Джулианна Киз – Под вопросом (ЛП) (страница 57)

— Что почему?

— Почему… — Я переступаю порог, когда он отходит в сторону и жестом приглашает войти. Закрываю дверь и перевожу дух. — Почему ты… Почему там… — я судорожно озираюсь в поисках слов или доказательств, или чего-нибудь, чего и сама не знаю. — В твоем списке три новых имени, — говорю я, стараясь звучать ровно, но выходит холодно, это даже лучше, чем если бы получилось пронзительно и отчаянно. — И все на прошлой неделе. Когда ты отправился в ту поездку.

Ему потребовалось целых десять секунд, после чего выражение его лица с недоумевающего становится шокированным.

— Ты говоришь о туалете в Союзе Студентов?

— Конечно.

— И мой список пополнился?

— Да.

— Чье там имя? Твое?

— Нет, Кросби, не мое, а девчонок, которых я не знаю. Троих.

Он приподнимает бровь.

— И о чем ты спрашиваешь у меня?

— Я спрашиваю почему.

Он приканчивает бутылку с водой и как обычно ставит ее на стол позади себя.

— Почему пополнился список? Я не знаю. Я же говорил тебе, что не лазаю туда с маркером и не вписываю имена.

— Тогда кто?

— Не знаю.

— Зачем им это делать?

— Я и этого не знаю.

— Это точно? — я провожу рукой по глазам, не позволяя себе расплакаться.

Его щеки теперь пунцовые, и это никак не связано с прерванной тренировкой. Не желая выказывать свой гнев, он так крепко хватается за край стола, что белеют костяшки.

— Ты серьезно спрашиваешь, не трахнул ли я трех девчонок во время поездки? Нет, Нора, я этого не делал. Я был занят и полагал, что у меня есть девушка.

Я трясу головой. Его открытое окно подпирает учебник, но в помещении все равно слишком жарко. Мою кожу покалывает, и я чувствую, словно мне не хватает воздуха. Словно моя единственная цель в этом году — не облажаться — только что провалилась невероятно обидным и болезненным образом.

— Скажи мне правду.

— Это и есть правда.

Он удерживает мой взгляд, но мне тяжело ответить на него, поэтому я бегаю глазами по комнате. Эллиптический тренажер, календарь со спортивной статистикой за каждый месяц, аккуратно организованный письменный стол, вечно неприбранная постель. А в центре всего этого — мужчина, который казался в прошлом году таким недосягаемым, но на деле просто парень. С достоинствами и недостатками как у всех нас.

Он выдыхает и разжимает пальцы.

— Я не знаю, как это доказать, Нора. Ты же слышала, что в тот вечер сказал Келлан, я хотел тебя с первого дня, как увидел. Я бы не испоганил все, наконец добившись этого.

— А как же… — Чувствую себя круглой дурой. Дурой, если ошибаюсь, и дурой, если я права. — А как же тот раз, когда я взбесилась из-за списка Келлана?

Он пожимает плечами.

— И что?

— Может, ты пересмотрел свои взгляды.

— Из-за того, что девушку расстроил секс-список ее соседа, в котором у девчонок имена значатся как Фиолетовые волосы и Пахнет как картошка фри? Нет, я это понимаю. А также я понимаю Келлана. Порой ты трахаешься напропалую, и это ничего не значит, лишь развлечение на час или два, а потом ты просто об этом забываешь. Но порой… — Он подходит ближе, но недостаточно, чтобы прикоснуться. — Порой ты мутишь с кем-то и не можешь перестать об этом думать. А после оказывается, что ты вовсе не мутишь. — Он подхватывает мой подбородок пальцами и заставляет посмотреть в глаза. — Мы не просто мутим, Нора. По крайней мере, не я. И я не сплю с кем попало. С тех пор как увидел тебя и до сегодняшнего дня — никакой другой не было. Я не могу выразиться лучше.

Полагаю, он вообще не обязан был это говорить. Он мог просто открыть дверь и выставить меня, шлепнув по заднице и поблагодарив за приятные воспоминания. Но он этого не делает. Он не срывается на меня за то, что вот так заявилась и обвиняю его, не особо протестует и не оправдывается, он ничего не делает, разве что остается парнем, которого я узнала за прошедшие три месяца. Он настоящий и он старается.

— Прости, — жалобно бормочу я. — Я просто…

Он ждет, но когда я не заканчиваю фразы, спрашивает:

— Зачем вообще ты туда ходила? Что искала?

Я неловко кошусь на потолок.

— Свое имя.

— И?

— Его там не было. Но порой люди пялятся на меня или перешептываются, и я начинаю беспокоиться, что декан снова заведет беседу о сексе или просто… — перевожу дыхание. — Думаю, в прошлом году мне было бы плевать, если бы оказалась в том списке, я была бы просто счастлива, что меня приметили. А теперь меня это волнует. Я сказала, что изменюсь в этом году, и на самом деле даже не полагала, что у меня особо получается, однако это так.

— Я знаю, что ты не хочешь быть «Кросбабой». Я тоже этого не хочу. Мне не нравится это прозвище, и я им не пользуюсь, хотел бы даже чтобы его вообще не существовало. Но я не могу стереть прошлый год, впрочем, как и ты, как бы сильно ни старался. Я просто фокусируюсь на том, чтобы в этом году все делать лучше. И полагал, что мне это удавалось.

Я встречаюсь с ним взглядом.

— Так и есть. Прости меня.

С мгновение он молчит, а затем кивает.

— Хорошо. Побудь тут чуток. Мне надо принять душ, а потом нужно, чтобы ты погоняла меня по экзаменационным вопросам по химии.

— Я думала, его не будет в ближайшие две недели.

— Верно, но это самый паршивый предмет, что я когда-либо выбирал, и мне нужно включить голову. — Он подхватывает полотенце и сменную одежды, после чего открывает входную дверь. — Никуда не уходи. Буду через пять минут.

— Ладно.

Я делаю вдох и медленно выдыхаю, заставляя себя расслабиться. Все могло пройти и лучше, но могло быть и гораздо, гораздо хуже. Хотя вроде как унизительно сознавать, что мне преподает уроки зрелости парень, чье представление о сокрытии порядком зачитанного экземпляра «Хастлера»¹⁸ — это сунуть его в собственную наволочку.

Я прибираю постель, усаживаюсь у стены и в ожидании играю игру на своем телефоне. Когда пару минут спустя возвращается Кросби, его волосы еще мокрые после душа, и он переоделся в спортивные штаны и футболку. От него пахнет мылом.

— Тебе не холодно от открытого окна? — спрашивает он, бросая полотенце в направлении своей бельевой корзины и кивая в сторону окна.

— Нет, все в порядке.

— Ладно. — Он берет с эллиптического тренажера свой учебник по химии и присоединяется ко мне, скидывая в сторону недавно взбитые подушки и садясь у изголовья кровати.

— Откуда хочешь начать? — спрашиваю я, листая страницы, которые он отметил неоново-зелеными закладками. — Без разницы?

— Конечно.

— Хорошо. Давай начнем с чего-то полегче. Назови десять самых распространенных элементов во Вселенной.

— Э-э, гелий, водород, кислород… азот… углерод… — Он дергает заусенец. — Кальций?

— Нет.

— Гелий я уже называл?

— Хммм.

— Подскажи.

Я указываю жестом на лежащие в углу гантели.

— Ты любишь тягать…

— Железо.

Я отклеиваю одну из закладок в книге.