Джули Мёрфи – Пышечка (страница 28)

Джудит изучает мою заявку.

– К первой неделе ноября вам нужно будет согласовать с комитетом свой номер для шоу талантов.

– Да, конечно.

Она пробегает глазами по строчкам с моим весом и ростом, меряет меня взглядом и возвращается к анкете:

– Мне нужна подпись вашей матери, милая.

– Уиллоудин!

Как по команде из ниоткуда возникает моя мама и хватает меня за локоть. Следом за ней возвращается Мэллори и вновь занимает свое место.

Мама оттаскивает меня в сторону и тянет куда-то через несколько стеклянных дверей. Сквозь них я вижу, как Аманда и Милли подают заявки. Мне очень хочется вернуться к ним и встать рядом и совестно за то, что я бросила их там одних.

Эллен, стоящая за ними, ловит мой взгляд и поднимает вверх два больших пальца.

– Ты что творишь? – хрипло шепчет мама.

Я выпрямляюсь и упираю руки в боки.

– Подаю заявку на участие в конкурсе.

– Это не смешно.

– Разве я смеюсь?

– И что за юные леди пришли вместе с тобой?

– Мои подруги. Они тоже хотят поучаствовать.

– Это что, какой-то хитрый способ привлечь к себе внимание? Или ты пытаешься мне за что-то отомстить? – Ее голос с каждым словом звенит все громче, и я стараюсь смотреть ей прямо в глаза, но затылком чувствую, что за нами наблюдают все собравшиеся в зале регистрации.

– Ого, а ты задаешь эти вопросы всем конкурсанткам? В анкете их не было.

Она тычет мне прямо в лицо своим идеально отполированным, жемчужно-розовым ногтем.

– Не смей. Не смей втягивать каких-то несчастных девушек в наши семейные дела. Этот конкурс не для того создан, чтобы ты прилюдно надо мной издевалась.

– С чего ты взяла, что я издеваюсь? Что за странные выводы, мам? Неужели мое участие в конкурсе красоты может быть вызвано только желанием отомстить или поиздеваться?

Она скрещивает руки на груди и поджимает губы.

– Ты не сможешь участвовать, если я не подпишу анкету.

Я так и знала, что дойдет до этого.

– А почему ты не подпишешь?

Ее голос становится мягче:

– Помимо того что я не уверена в чистоте твоих намерений? – Лизнув большой палец, она оттирает пятнышко над грудью у меня на футболке. – Не хочу, чтобы ты выставляла себя на посмешище. – Я открываю рот, собираясь огрызнуться, но она продолжает: – Кроме того, зачем ты втягиваешь в свою аферу этих девушек? Их же поднимут на смех, Пышечка.

Прозвище буквально вонзается мне в кожу, хотя раньше оно не вызывало у меня таких чувств.

Я многое могла бы сказать, очень многое, но перехожу прямо к сути.

– Мам. – Во рту у меня очень сухо. – Если ты не подпишешь мою анкету, ты признаешь, что я недостаточно хороша. Признаешь, что любая – буквально любая – из девушек, присутствующих в этом зале, симпатичнее и лучше меня. Вот что ты сделаешь.

Между нами надолго повисает тишина.

Мама никогда не склоняла меня к участию в этом конкурсе. Помню лето перед девятым классом: мы сидели на кухне с Эл и расписывали наши одинаковые дневнички, и я побежала наверх за маркерами. А на обратном пути услышала мамин голос и остановилась в тени на лестнице.

– Знаешь, милая, а ты ведь могла бы подумать о конкурсе красоты, когда тебе исполнится пятнадцать.

Эл тогда отмахнулась, не придав ее словам значения, но мне пришлось подождать, пока восстановится пульс, прежде чем вернуться за кухонный стол. В тот день я испытала странное чувство – сродни тому, когда осознаешь, что религия твоих родителей тебе не подходит.

Я смотрю на маму, ожидая, когда она сдастся.

– Ладно, – говорит она после долгой паузы. – Но не смей рассчитывать на поблажки или особое отношение.

Мы по очереди выходим в зал, и Эл наблюдает за нами с широко открытыми глазами. Я вижу немой вопрос у нее на губах.

И киваю.

Мама обгоняет меня, первая подходит к столу и подписывает мою анкету.

Тридцать

Я сажусь за столик к Эллен, Милли и Аманде, и тут мама встает перед одним из столов и хлопает в ладоши, призывая всех к тишине.

– Добро пожаловать, дамы! – Она прочищает горло. – Все вы на пороге пути, который пройден многими до вас и будет пройден столь же многими после. Юная Мисс Люпин города Клове…

Тяжелая дверь в глубине комнаты громко скрипит, и все головы, включая мою собственную, поворачиваются к ней.

– Я опоздала на регистрацию? – безучастным голосом интересуется Ханна Перес.

У меня отвисает челюсть. Как и у всех остальных.

Какая-то девушка из комитета вскакивает и бежит к Ханне с папкой наперевес, после чего быстро просматривает ее заявку и просит присесть.

Ханна садится за свободный столик.

Мама снова откашливается.

– Раз-раз-раз, не вижу ваших глаз! – Секундная пауза. – Итак, я говорила, что конкурс красоты «Юная Мисс Люпин города Кловера» – уважаемая традиция с богатой историей. Среди наших победительниц – нынешние предпринимательницы, врачи, заботливые матери и жены. В наших рядах даже мэр города!

Потом она рассказывает, как возник конкурс и как во время Второй мировой и после убийства Кеннеди традиция временно прерывалась.

Никогда прежде я не видела, чтобы моя мама столь мастерски держала внимание аудитории. Она стоит с прямой спиной, и ее голос легко долетает до всех уголков зала. Она хозяйка.

Но больше всего меня, пожалуй, поражает то, насколько завороженно все ее слушают. И наш стол не исключение. Здесь, в своей стихии, перед нами не моя мама, а Рози Диксон, Юная Мисс Люпин города Кловера – 1997. Здесь она королева. Преклоните колени!

– Так вот, если вы не указали в заявке, что именно представите на шоу талантов, то у вас есть время до первой недели ноября. И не забудьте: комитет будет одобрять ваш номер, поэтому не пытайтесь выехать на своей сексуальности, ясно? Кроме того, ваше вечернее платье, купальник и костюм для шоу талантов также подлежат одобрению; происходить это будет в последнюю среду непосредственно перед началом конкурса.

Она молчит, дожидаясь, пока тут и там ей ответят кивками.

– Чу́дно. А теперь хочу представить вам своих коллег, работающих со мной в этом году. Миссис Джудит Клоусон, Мисс Люпин города Кловера – 1979. – Старшая из дам встает и делает реверанс. – А также миссис Мэллори Бакли, Мисс Люпин города Кловера – 2008.

Мама замолкает, пока звучат редкие аплодисменты.

– «Да» этих дам означает и мое «да», а «нет» равно моему «нет».

Женщины обходят зал и раздают ярко-розовые папки с эмблемой Восемьдесят первого ежегодного конкурса красоты «Юная Мисс Люпин города Кловера», отпечатанной на первой странице золотой фольгой.

– Оглянитесь вокруг. – Мама дает нам время напряженно окинуть друг друга взглядами. – Где-то в этом зале сидит будущая Мисс Люпин. Плохая новость заключается в том, что корону получит лишь одна девушка. Но есть и хорошая новость: победительница уже здесь, среди нас. В этом году наш конкурс проходит в восемьдесят первый раз, и мы подготовили для вас изумительную программу. Открывать конкурс вы будете прекрасным хореографическим номером…

– Про танцы нас никто не предупреждал, – бормочет Аманда.

– …А еще список конкурсанток опубликуют на первой странице «Кловер Трибьюн».

Мэллори (она так молода, что я даже мысленно не могу назвать ее «миссис Бакли») подходит к нашему столу и вручает всем папки. В том числе Эл.

– Ой, – шепчу я. – Она не участвует в конкурсе. Просто морально нас поддерживает.

Мэллори, чьи каштановые волосы вьются упругими кудрями, улыбается, будто я обратилась к ней на иностранном языке, и все равно протягивает Эл папку.

– Эллен, – шепчу я.