Джули Кагава – Закон бессмертных (страница 40)

— Мы не виноваты, что их тут нет, — пожал плечами другой мародер. — Ничего тут нет. И я подустал гоняться за призраками.

— Деррик и Роис точно что-то нашли. Если ты только не думаешь, что они ушли без байков.

Другой мародер что-то ответил, но слова потонули в реве двигателей — двое мужчин унеслись по дороге.

Я провожала их взглядом, пока шум моторов не стих, свет фар не исчез и все вокруг снова не стало спокойно.

Люди начали медленно выбираться из своего укрытия, от страха они боялись издать любой звук.

— Так! — голос Джеба положил конец всеобщей растерянности. — Слушайте все! На дорогах больше не безопасно. С этого момента больших дорог мы избегаем. И я хочу удвоить охрану в каждом карауле! Зик, ты за это отвечаешь.

— Так точно, сэр.

— Нам сегодня еще много нужно пройти, так что давайте двигаться! — И Джеб зашагал сквозь высокую траву, а остальные цепочкой потянулись за ним.

Я пробилась вперед и поравнялась с Джебедайей — тот шел, не глядя на меня.

— Что это было? — спросила я его. Он все равно не обращал на меня внимания, но я не собиралась его упускать. — Вы знаете этих людей, — тихо продолжила я. — Кто они? Почему они вас преследуют?

— Ты лезешь в то, чего не знаешь.

— Ну да. Потому и спрашиваю. Чтобы вам помочь, я должна понимать, кто нам угрожает.

— Нам не нужна твоя помощь, — ледяным тоном ответил Джеб. — Мы не просили о твоей помощи. Эти люди прошли через ад и выжили потому, что не задавали вопросов тем, кто отвечает за их безопасность.

— А возможно, следовало бы, — сказала я, и Джеб пронзил меня суровым взглядом.

— Не раскачивай нашу лодку, Эллисон, — предупредил он, поднося к моему лицу длинный костлявый палец. Я задумалась, что будет, если я отломлю его, как сучок. — Ты здесь потому, что я это позволяю, потому что я не отказываю никому в нужде, но ты не часть нашей семьи. Я слишком многое повидал, и мы через слишком многое прошли, чтобы кто-то вроде тебя угрожал нам. Ты уже выказала полное неприятие нашего образа жизни. Ты не будешь подвергать сомнению мой авторитет. И ты не будешь задавать вопросов о том, чего не понимаешь. — Он снова развернулся вперед и убыстрил шаг так, что я начала отставать. — Если тебе не нравится, как мы живем, можешь уходить, — бросил он мне, не оборачиваясь. — Но если хочешь остаться с нами, ты должна принимать правила и подчиняться им, как все остальные.

Злобно зыркнув на него, я присоединилась к остальному стаду. Правила. Это я уже слышала. Не задавай вопросов. Не привлекай внимания. Не высовывайся, держи рот на замке. Вот только я не из породы послушных овец, особенно когда речь идет о правилах, не имеющих смысла. Если мистер Самый Умный Джебедайя не собирается давать мне ответов, я получу их от кого-то другого.

Я непринужденно замедлила шаг, пропуская остальных вперед, и наконец поравнялась с замыкающим процессию Зиком. Он настороженно взглянул на меня, словно зная, что я собираюсь спросить что-то неудобное.

— Привет, — сказала я, и он кивнул, но промолчал, как будто ждал неизбежных вопросов. Наверное, он видел, как я разговаривала с Джебом, и понял, что я не узнала того, чего хотела. Зик был добрым и непритязательным, но не глупым.

— Слушай, — начала я, смотря в сторону. — Я… хм… хотела с тобой поговорить. До всей этой заварушки с мародерами я не успела, так что… спасибо.

Я почувствовала, как он растерянно нахмурился.

— За что?

— За то, что не бросил меня, — я все так же смотрела на горизонт — за холмами брело стадо огромных мохнатых зверей. — Я слышала, что ты перед этим говорил Джебу и Рут. Спасибо, что… вступился за меня. Никто раньше такого не делал, — смутившись, я замолчала.

Зик вздохнул.

— Джеб… не самый… легкий в общении человек, — признал он, и я еле удержалась, чтобы не фыркнуть. — Он хочет всех защитить, но он понимает, что ведет нас по опасным местам и не все выдержат путь. На его глазах многие… погибли, пытаясь добраться до Эдема. Раньше нас было гораздо больше, — вновь вздохнув, он замолчал. Я задумалась: что же он видел, скольких друзей потерял? — Сейчас Джеба заботит одно — довести до Эдема как можно больше людей, — по взгляду Зика было заметно, что он не ищет оправданий. — Если это означает, что кого-то надо бросить, чтобы спасти остальных, Джеб с готовностью принесет эту жертву. Его убеждения гораздо сильнее моих, и иногда я об этом забываю.

— Ты его защищаешь потому, что он с такой готовностью бросает людей на смерть?

— Иногда, чтобы спасти многих, необходимо принести в жертву нескольких, — горько улыбнувшись, он отвел глаза. — Джеб говорит, что я слишком мягкий и что мое упрямство мешает мне быть настоящим лидером. Нет, я не хочу, чтобы люди умирали, чтобы их бросали на погибель, но подобная слабость может стоить жизни нам всем.

— Зик… — я хотела сказать ему, что все это чушь собачья, что Джебедайя Кросс — хладнокровный бессердечный безумный ублюдок, но не могла. Потому что как бы это ни было печально и дико, в чем-то я с ним соглашалась. Если растешь на Периферии, приходится признавать горькую правду. Жизнь несправедлива. Мир — жестокое место, и люди умирают. Так все устроено. Мне это не нравилось, но доводы старика не были лишены смысла.

Но я все равно считала его законченным мерзавцем.

— В общем… — Зик пожал плечами и смущенно улыбнулся мне краешком губ. — Пожалуйста. И я рад, что ты вернулась. А еще хорошо, что ты вовремя прогнала нас с дороги. Спасибо тебе за это.

— Ага. — Я помолчала, пожевывая губу. Почему бы не сейчас? Но как лучше начать? Я решила выбрать мою обычную тактику «прыжка с обрыва». — Зик… кто такой Шакал?

Зик сбился с шага, строго посмотрел на меня, прищурив голубые глаза. Я поняла, что попала в точку, и поспешно продолжила:

— Человек на дороге сказал, что Шакал кого-то ищет. Тебя? Или всех? — Я кивнула на шедших перед нами людей. — Кто он и что он от вас хочет?

Зик глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Он еще больше замедлил шаг, его опасливый взгляд скользнул по впереди идущим и задержался на возглавляющем процессию Джебедайе.

— Никому нельзя об этом знать, — прошептал он мне — я тоже пошла медленнее. — Они не знают, кто такой Шакал, и пусть лучше остаются в неведении. Кроме Джеба только мне что-то о нем известно, так что больше ни при ком этого имени не упоминай, хорошо? — Он закрыл глаза. — И, пожалуйста, не говори Джебу, что я тебе сказал.

Я кивнула и спросила, нахмурившись:

— Так в чем секрет? Кто такой этот Шакал?

— Он вампир, — ответил Зик, и внутри у меня все сжалось. — Очень могущественный вампир. Он возглавляет команду мародеров и ищет нас. Остальные думают, что мы просто то и дело натыкаемся на разрозненные банды, которые хотят нам навредить. Они до смерти напуганы даже при том, что не знают, кто такой Шакал. Но Шакал — король мародеров, и он идет по нашим следам уже несколько лет.

— Зачем?

— Он ненавидит Джеба, — пожав плечами, пояснил Зик. — Джеб однажды чуть не убил его, и он этого не забыл. Поэтому он охотится за ним, чтобы отомстить, но он убьет всех нас, если найдет.

Звучало это как-то странно.

— То есть этот король-вампир понапрасну рассылает повсюду своих мародеров, пытаясь найти одного человека, который может быть где угодно, и все потому, что у него на этого человека зуб?

Зик отвел глаза. Я прищурилась.

— Что ты недоговариваешь?

— Не могу сказать, — Зик умоляюще посмотрел на меня. — Я обещал Джебу, что никому не скажу. Я не нарушу это обещание ни за что. Прости.

Что удивительно, я ему верила. Я никогда еще не встречала человека, которого нельзя было бы уломать, умаслить или подкупить, но Зик, похоже, был из тех, кто уносит тайны в могилу. Однако оставаться во тьме неведения было крайне неприятно. Особенно если учесть, что где-то совсем неподалеку в этой тьме рыскает могущественный король-вампир.

Я стала раздумывать, о чем бы еще поговорить, чтобы выманить у Зика его драгоценный секрет, но тут кое-что из того, что он уже сказал, зацепило меня.

— Погоди-ка, — пробормотала я, нахмурившись. — Вы бродите в поисках Эдема уже несколько лет?

— Кажется… — наморщив лоб, после паузы ответил Зик. — Кажется, этим летом будет три года. Или четыре? — Он вздернул тонкое плечо. — Теперь уже трудно следить за временем.

— И ты все еще думаешь, что Эдем где-то там?

— Он должен где-то быть, — пылко ответил Зик. — Если его нет, значит, все, кто умер, умерли зря, и все, кто доверился нам, доверились зря. — Его лицо затуманила боль, но он взбодрился, упрямо сощурил глаза. — С каждым годом мы всё ближе, — сказал он. — Каждый раз, когда мы куда-то приходим и не находим Эдем, мы лишь на шаг приближаемся к нему. Шакал и его банда ищут нас. Но они нас не найдут. Мы слишком далеко зашли, нас уже ничто не остановит. Нам необходимо поддерживать в людях веру. Если они узнают, что за нами охотится вампир, то потеряют надежду. А надежда — иногда единственное, что помогает нам пережить очередной день.

Голос у него был очень усталый, и я внезапно поняла, какое ужасное бремя на нем лежит, какую ответственность несет он из года в год. Я вспомнила, как потемнели его глаза, когда я спросила, почему все кочуют ночью, какое у него сделалось лицо — будто он вспомнил что-то страшное. На Зике лежала печать смерти, потерянные жизни давили на него тяжким грузом, я не сомневалась — он помнил всех и каждого.