Джули Абэ – Алиана, спасительница драконов (страница 20)

Вскоре после того королевский советник признал Алианиного отца погибшим в пропасти, хотя тела и не нашли, а сам он даже не потрудился прислать на поиски своего управителя. Один старатель, жалея ее, объяснил, что в пропасти и кости долго не лежат – их за несколько дней изгладывают тамошние твари.

«Я буду его искать».

– Его больше нет.

Больно было это говорить, но Алиана знала, что это правда.

Кабо тихо, горестно вскрикнул и крепче прежнего обвил ее плечи.

«Это не то же самое, но я здесь, с тобой».

У нее закапали слезы.

От отца и бабушки Мари остались только воспоминания. Маму она даже не помнила, хотя отец рассказывал, что та каждый день пела для растущей у нее в животе Алианы. Но у Алианы были другие, избранные родные, и оставались еще дни, луны, годы, чтобы накопить воспоминания о них.

Нела сказала: «Я верю в невозможное». Алиана не была так уверена. Ее мечты теперь казались больше чем невозможными. Вернуть отца? Поступить в Королевскую академию? Хотя бы вырваться от мачехи, из душившей ее гостиницы? Бывают желания, совсем, никак не исполнимые.

«Теперь я твоя избранная семья, – твердо объявил Кабо. – И буду искать других твоих громов».

Слезы жгли Алиане глаза, но она прижалась лбом к плечу дракона:

– Спасибо тебе, Кабо.

Глава 12

Королевское приглашение

Когда позвонили в дверь, Алиана мела большой зал. Звонок пронизал гомон гостей, уплетавших приготовленные ею на завтрак пышные оладьи. Рейцо так набил рот, что от него даже обычных насмешек было не слышно.

– Ступай! – велела мачеха, смахнув с губ крошки и швырнув в Алиану грязной льняной салфеткой. На руках у нее громко брякнули новые эмалевые украшения. – Если это мальчишка привез хлеб, напомни еще раз, что парадная дверь не для него.

Алиана брезгливо, за уголок, сняла с плеча промокшую, измазанную салфетку и, держа на вытянутой руке, выбросила в корзину для стирки. Проходя под дедушкиными стенными часами к дверям, она жадно вдохнула аромат оладий. Ей даже померещился вкус густого темного сахарного сиропа. Мачеха, услышав, чтó будет на завтрак, стояла у нее над душой – боялась, как бы Алиана не утащила себе оладушек. У девочки заурчало в животе. Доставшаяся ей с утра жидкая кашица не шла ни в какое сравнение с тем сладким воздушным лакомством по рецепту Исао, но, может, друг найдет, чем ее угостить. Алиана заправила в косички растрепанные пряди и потянула на себя дверь.

– Исао, как хорошо…

На крыльце стоял пожилой солидный господин в небесно-голубой ливрее. В его темных волосах уже проглядывала седина. Позади него щипал редкую придорожную траву конь. Ласково улыбнувшись, гость отвесил ей поклон:

– Здравствуй, жительница Нарасино. Я принес послание от королевского советника.

– Зд-драв… ой, здравствуйте! – выговорила Алиана, стараясь ответить подобающим поклоном.

Пожилой господин протянул ей руку в перчатке и вручил толстый конверт с выпуклой голубой печатью.

– Троим, согласно последней переписи, достигшим должного возраста детям этого дома. Вас ведь по-прежнему трое?

– Да… Я, Рейцо Енокида и Рейна Енокида.

– А твое имя?

– Алиана. Алиана Ривельская.

Она теперь не могла называться именем родителей, ведь их не было на свете.

В глазах посланца мелькнула жалость, однако он молча вытащил записную книжечку и угольный карандаш.

– Понятно. Мы будем ждать…

– На приглашение ответят двое детей.

В плечо Алианы впились когти.

Мачеха возвышалась над ней. Рейцо и Рейна жались к ее бокам. Рейцо выхватил у Алианы конверт и, разорвав его, достал три пергаментных карточки-приглашения. У Алианы захватило дух от блеска золотых чернил. Ее приглашают на бал!

– Я уж заждался, – пробурчал Рейцо. – Этот паршивый советник слишком долго тянул с приглашением. Патока тягучая. Надо бы мне его проучить.

Посланец откашлялся.

– Сударыня, я вижу здесь троих достигших должного возраста детей. Если не случится болезнь или не последует личный отказ, мы ожидаем на балу всех троих.

У Алианы в сердце затеплилась надежда. Ее тоже ждут?

– Он прав. Алиане надо ехать, – широко улыбнулась Рейна, показав щербинку между зубами. – Ты что, ма, считать не умеешь? Один, два, три.

– Цыц, Рейна! – насупилась мачеха. И рявкнула на старика: – Я глава домохозяйства и сама решаю, что делать с моими подопечными!

Алиана ждала разочарования, но оно оказалось гораздо сильнее и было острым как иголки.

– Кроме того, кто вы такой, чтобы решать? Обычный почтальон! – фыркнул, задравши нос, Рейцо. – Там будем только Рейна и я. Она нам не нужна. Королевский советник и не заметит, что ее нет.

– Прошу прощения. – Посланец дернул усом. – Мне следовало представиться. Я Кио Райдерн, главный управитель королевского советника.

– Я просто шутил, сударь. – Рейцо побагровел.

– Значит, вы учились в Королевской академии? – выпучила глаза Рейна. – И как там? Там же можно выбирать разные направления, да? Все говорят, что будут служить при королеве, но ведь можно работать и на кого-то из королевских советников или помогать межкоролевским дипломатам, можно даже стать мэром какого-нибудь городка. Если я поступлю в академию, стану кем захочу.

– В самом деле, я ее окончил, – ответил ей Кио. – Этот путь достоин восхищения, поэтому я очень серьезно отношусь к обязанности пригласить всех законных претендентов. Всех, независимо от их положения в семье.

– О, мы очень сплоченная семья, – протянула мачеха, и ее рука змеей обвила плечи Алианы. Ногти, острее драконьих когтей, впились прямо в кости. – Да ведь госпожа Сакамаки, моя свекровь, о которой я заботилась в ее преклонные годы, всегда относилась к Алиане как к родной. Они целыми вечерами рассказывали сказки и вышивали коврики.

У Алианы сжалось сердце. Она и раньше догадывалась, что мачеха ревнует. Каждый раз, когда она проводила вечер у бабушки, помогая ей с починкой и штопкой, мачеха безжалостно заваливала ее работой.

– Поэтому мне нужно на бал, – светлым и чистым, как хрусталь, голосом сказала она.

Мачеха захлебнулась злостью. У Рейцо брови сошлись на переносице; казалось, вот-вот срастутся.

Алиана взглянула на Кио, и надежда в ней разгорелась ярче огня.

Управитель решительно кивнул:

– Королевский советник ожидает всех троих.

Рейцо открыл было рот, чтобы возразить, но мачеха поспешно заслонила его и взволнованно прочистила горло:

– Разумеется. Мы все там будем.

– Хорошо. До встречи на Балу селян.

С этими словами посланец отвесил прощальный поклон и повернулся к своему коню. Алиана осталась стоять в дверях. Голова у нее шла кругом, словно она плыла в облаках. Она все-таки попадет на бал! Она, Алиана Ривельская, увидит королевского советника и, может быть, поступит в Королевскую академию.

– Удачи с выбором наряда! – Сводный брат, ухмыляясь, ткнул ей под нос карточку с приглашением. «Вход только в подобающих нарядах». – Читать умеешь? Насколько мне известно, в таком… – он многозначительно оглядел рабочую одежду Алианы: обтрепанную черную юбчонку и линялую блузку, – на бал не пускают. Придется тебе подождать нас под дверью.

– Но…

Мачеха угрожающе улыбнулась:

– Твой умненький брат прав. Вряд ли у них найдется для тебя лишняя юбка. И никому ты там не нужна, а меньше всех – королевскому советнику Миве. Да и Королевская академия не для тебя. Слишком высоко метишь, милочка!

Если бы мачеха отдала ей обрезки от сшитых для нее платьев, Алиана сумела бы выкроить из них приличный наряд.

– Но я…

Поздно. Мачеха обхватила Рейцо за плечи и увела в главный зал по коридору, сплошь увешанному портретами двух родных детей, а на Алиану даже не взглянула.

Алиана совсем тихо закончила:

– Но я… мне так хочется на бал.

Рейна, задержавшаяся в дверях, чтобы посмотреть, как уезжает на своей лошадке посланец, погладила ее по плечу:

– Удачи тебе. Я отдала бы свое платье, у меня ведь их так много, но мамочка мигом заметит. С нее станется сорвать его с тебя посреди танца и объявить воровкой.