Джудит Макнот – Ночные шорохи (страница 27)

– Что-то вроде того, – уклончиво пробормотала Слоан.

– Превосходно. Я много лет изучал восточные единоборства. Пойдем, покажешь, что успела узнать.

Слоан смерила отца испуганным взглядом. Он не просто спортсмен, но и всюду стремится быть первым и не оставит ее в покое, пока не попытается сломить. Теперь ей известно, что Картер Рейнолдс ненавидит проигрывать, и поскольку она здесь, чтобы вывести отца на чистую воду, будет неразумно унизить его на людях.

– Знаете… по-моему, это не столь уж блестящая идея.

– Не волнуйся, постараюсь быть осторожнее, – настаивал Картер, не обращая внимания на ее протесты. Он положил ракетку на траву и отошел на несколько шагов. – Ну же, не стесняйся.

Слоан беспомощно оглянулась на Пола и только сейчас заметила идущего через газон Ноя Мейтленда с большим канцелярским конвертом в руках. Картер тоже увидел его и помахал рукой.

– Не ожидал увидеть вас сегодня, Ной.

– Я привез документы на подпись вам и Эдит, – объяснил он.

– Минутку, Ной. Слоан недавно закончила курсы самообороны и хочет показать мне свое искусство.

– Ради Бога, не спешите, я подожду, – отозвался Мейтленд.

Слоан неохотно последовала примеру отца и тоже оставила ракетку на траве. Парис выглядела смущенной, но не проронила ни слова. Полу тоже было явно не по себе, но Слоан так и не смогла определить, за кого он боится – за нее или Картера. Что, если она покалечит приветливого хозяина?

Ной Мейтленд сложил руки на груди и скептически покачал головой, чем еще больше обозлил Слоан.

– Не хочу вас задерживать, – обратилась она к Ною, надеясь избежать прямого столкновения. – Уверена, что эти бумаги куда важнее, чем наши развлечения.

– Только не для меня, – отрицательно покачал он головой. – Не стесняйтесь, действуйте.

Слоан столь пренебрежительное отношение к партнеру показалось несколько странным, но что ей оставалось? Она подошла к отцу, снова и снова напоминая себе, что независимо от того, как он себя вел и ведет, следует обращаться с ним помягче.

– Готова? – спросил Картер с быстрым небрежным поклоном.

Слоан кивнула и вернула приветствие. Картер бросился на нее так внезапно, что Слоан не успела среагировать и, к своему стыду, пропустила удар и оказалась на земле.

– Зеваешь, – заметил отец тем же самым снисходительно-наставительным тоном, которым только что пробирал Парис, и, вместо того чтобы дать ей прийти в себя, снова сбил с ног и, покачав головой, проговорил: – Слоан, ты никак не сосредоточишься!

Это оказалось последней каплей: Слоан твердо решила, что, пожалуй, будет совсем неплохо раз и навсегда избавить отца от излишнего тщеславия. Картер, похоже, вообразил, что сделает ее в третий раз, но когда рванулся вперед, Слоан взметнулась в воздух и в безупречном развороте уложила его на траву.

– Похоже, на этот раз мне удалось сосредоточиться, – мило улыбнулась она.

Картер настороженно прищурился, встал и пошел по кругу, пытаясь выиграть время для новой атаки. Слоан мысленно отметила, что он грозный противник, но слишком самоуверен, и это может его погубить. Бросок… она едва успела поставить блок и ответить ударом в солнечное сплетение. Картер переломился в поясе и судорожно пытался втянуть в себя воздух.

– Следую вашему совету быть начеку, – обронила Слоан.

Она привыкла иметь дело с разъяренными хищниками и, когда одержала вторую победу, поняла, что перед ней дикий зверь. Он все еще не пришел в себя; лицо побагровело от гнева и смущения, а движения потеряли отточенность и грацию. Немного помедлив, Картер развернулся и попытался достать ее ногой, но промахнулся. Стоило ему выпрямиться, как Слоан снова уложила его на землю, но тут же сообразила, что заходит слишком далеко и пора прекращать представление, прежде чем она действительно изувечит его.

– С меня довольно. – Упершись кулаками в бедра, Слоан отступила и деланно засмеялась, пытаясь снять возникшее напряжение. – Слишком жесткая игра.

– Но мы не закончили, – запротестовал Картер, стряхивая с брюк прилипшие травинки.

– Закончили. Я на ногах не держусь.

К неподдельному изумлению Слоан, именно Ной Мейтленд пришел ей на помощь:

– Картер, по-моему, просто невежливо терзать гостей на второй день после приезда.

– Верно, – пошутила Слоан. – Следует подождать до третьего дня.

Она нагнулась, но Мейтленд опередил ее и подал ракетку.

– Отец передает вам привет, – шепнул он с ленивой белозубой улыбкой, такой неотразимой, что Слоан, ошеломленная и завороженная, едва вникла в смысл его слов.

– Простите?

– Отец рассказал о вашем занимательном разговоре сегодня утром. По-моему, вы произвели на него неизгладимое впечатление.

– Я понятия не имела, что он ваш отец, – пролепетала Слоан.

– Я догадался.

Ной снова обернулся к Картеру, и Слоан поспешила воспользоваться возможностью поскорее исчезнуть.

– Картер, – раздалось у нее за спиной, – если собираетесь во вторник, как обычно, поиграть в покер в клубе, я хотел бы пригласить Слоан, Пола и Парис на ужин.

Слоан, тащившая за собой Пола, уже была на полпути к дому, но все же успела расслышать ответ отца:

– Блестящая идея! Слоан! Надеюсь, вы с Полом согласны?

Идея показалась Слоан вовсе не такой блестящей: меньше всего ей хотелось проводить вечер в обществе Мейтленда, и она не сбавила шага, совершенно по-детски стараясь удрать подальше от Ноя.

– Неплохо звучит, – пробормотала она на ходу. – Пол, как бы нам увильнуть от приглашения?

Пол искоса глянул на нее:

– Хотелось бы побольше узнать о тех документах, что Мейтленд принес на подпись.

– Вы и его в чем-то подозреваете?

– Здесь все подозреваемые, кроме меня и вас. Впрочем, – пошутил он, – я не совсем уверен и насчет вас. – Но, тут же став серьезным, добавил: – Интересно, что за бумаги требуют подписи Эдит Рейнолдс? Знай мы их содержание, возможно, сумели бы найти верное направление поиска.

У Слоан возникло отчетливое ощущение, что он не говорит всей правды, но расспрашивать не имело смысла: все равно не скажет.

– Каким образом вы познакомились с отцом Мейтленда?

– Возвращалась домой после утренней пробежки и увидела человека, копавшего клумбу. Тут он выпрямился, и по лицу было заметно, как ему плохо. Я остановилась помочь и немного поговорила с ним. Приняла его сначала за садовника.

– Надеюсь, вы ни о чем не проболтались?

– Совершенно ни о чем. Он узнал только мое имя, и я не смогла умолчать о том, где живу. А что, возникли проблемы?

Пол ненадолго задумался.

– Пока нет, – загадочно улыбнулся он. – Отец Мейтленда не единственный, на кого вы сегодня произвели впечатление. По-моему, сын тоже сражен вашими чарами. И несколько заинтригован.

– Не может быть!

– Я видел, как он на вас смотрит. И вы тоже это заметили, не отрицайте. Недаром вздрагиваете от малейшего шороха.

Слоан, недоверчиво усмехнувшись, покачала головой.

– Что за абсурд! Люди, подобные Ною Мейтленду, так и искрятся сексуальной энергией, достаточной, чтобы осветить весь Нью-Йорк, и умело пользуются ею, буквально парализуя тех дурочек, кто имеет несчастье оказаться в непосредственной близости. Меня словно током стукнуло от его присутствия, недаром, по вашему замечанию, я сама не своя.

– Неужели именно так оно действует? И скольких людей, подобных Ною Мейтленду, вы встречали в жизни?

– Наследственная проницательность, а следовательно, генетический иммунитет, – туманно выразилась Слоан.

– О чем это вы?

– О своей матери. Судя по тому, что она мне рассказывала, а я видела собственными глазами, мой папаша мало чем отличается от Мейтленда. Кстати, вы знаете, что Парис влюблена в Ноя? Они вроде бы неофициально помолвлены.

Они подошли к ступенькам, ведущим во внутренний дворик, и Пол понизил голос:

– Парис в него не влюблена. Это ваш отец давит на нее, чтобы поскорее выдать замуж за Мейтленда, а она пока упирается. К сожалению, – философски добавил он, – это еще не означает, что Парис в конце концов не сдастся и не станет миссис Мейтленд. Перед двойным напором она не устоит.

– Откуда вы все это знаете?

– Сегодня за завтраком она мне исповедалась. Остальное я домыслил сам.

– И Парис все вам рассказала? – потрясенно охнула Слоан. – Не могу представить, чтобы она стала откровенничать с посторонним. И почему именно с вами?