Джозеф Шеридан – Желание покоя (страница 15)

После этой небольшой заминки продолжился разговор о здоровье, и доктор посоветовал молодому человеку не утомляться и не выходить на улицу, по крайней мере до завтра.

Затем Мервил начал смешивать ингредиенты для мази. Незнакомец, затянув шелковый халат, с трудом дошел до окна и оперся о раму рукой, глядя во двор. Он мрачно улыбался плющу на стене напротив, как будто увидел союзника, глядящего на него из тени.

– Он не знал, что я наблюдаю за ним, – сказал доктор, – а улыбка человека, когда он думает, что его никто не видит, о многом говорит, и эта улыбка мне не понравилась. Думаю, этого достаточно, чтобы отнестись к нему с подозрением.

Вот что рассказал нам доктор. Ему ничуть не понравился пациент, но он подумал, что, судя по изящным чертам и тому превосходству, которое и раздражало, и восхищало одновременно, спасшийся мог быть «важной персоной». В разговоре с нами он назвал его «бесчеловечным щенком», однако заметил, что существуют правила, от которых не может уклониться ни один христианин, среди которых, конечно, числилась помощь больному.

Глава XIII

Встреча в саду

Я была немного застенчива, как все деревенские затворницы, и потому почувствовала облегчение, услышав, что спасенному наказали не выходить на улицу по крайней мере в тот день. Лауре Грей нужно было написать письмо, и, надев шляпку, я отправилась в сад. Фруктовые деревья в нашем саду давно одичали, между дряхлых груш, вишен и яблонь сорняки были едва ли не по пояс, тропинки заросли травой, и был только один клочок земли, который обрабатывали, чтобы ежедневно приносить корзинку овощей повару. Но я обожала этот сад, где можно было уединиться.

Сильный ветер оборвал почти все яблоки, и хозяйственный Томас Джонс – кто же еще? – собрал и унес падалицу на хранение. Но одно яблоко осталось висеть, и я как раз пыталась дотянуться до него длинной палкой, когда вдруг увидела, что ко мне приближается молодой человек, в котором я узнала героя кораблекрушения. Он шел медленно, прихрамывая и опираясь на палку. Он улыбался, и я готова была провалиться сквозь землю со стыда – еще бы, застать меня за столь неблагородным и корыстным занятием. Возможно, будь я более хладнокровной, я бы ушла. Но я стояла с палкой в руке, притворяясь, что не вижу его, хотя это было, конечно же, глупо.

Я уже не помню, как он представился: я была смущена и взволнована. На нем не было шляпы, и он сказал, что послал за ней в Кардайлион, но еще не получил, – вроде бы так и завязался разговор. Извинившись, он назвал меня «хозяйкой», поблагодарил за гостеприимство и сказал, что хотя не знает моего отца, часто видел его в Лондоне. Потом он заговорил о кораблекрушении, очень интересно описал свои приключения, и я отметила, что говорит он с большим чувством и совсем не в том тоне, который описал доктор Мервин.

Он спросил, видела ли я что-то из дома в ту роковую ночь, и тогда настала моя очередь говорить. Вскоре я преодолела робость: он был так хорошо воспитан, что было невозможно, даже для такой дикарки, как я, не почувствовать легкость в его обществе.

Я болтала, все больше оживляясь, и он улыбался, глядя на меня, как я думала, с большой симпатией. Я сочла его очень красивым. Его лицо было бледным, но кожа темной, как у цыгана. Улыбка была белоснежной. Я подумала, что он совершенно не похож на того призрака, который прошел мимо меня ночью. Теперь я видела лицо страсти и отваги. Широкий низкий лоб, темные горящие глаза и решительный рот с выступающим подбородком указывали на непреклонность и твердость. Возможно, ему недоставало благородного аскетизма мистера Кармела, но я не сочла это большим недостатком.

Прежде чем мы расстались, я позволила ему сбить яблоко, с которого завязалось наше знакомство. Уверена, он непременно проводил бы меня до дома, но я воспользовалась его хромотой и убежала, пробормотав что-то, – сочла, что мы и так слишком долго говорим.

Выйдя из садовой калитки, я незаметно обернулась и увидела, что он внимательно смотрит мне вслед, прислонившись к стволу старой груши. Моему тщеславию льстило, что я произвела приятное впечатление на столь интересного незнакомца.

На следующий день я снова гуляла одна, и он снова встретил меня на тропинке, когда я возвращалась домой.

– Сегодня утром мне нанес визит ваш священник из Кардайлиона, – сказал молодой человек. – Он показался мне очень добрым джентльменом. День так хорош, что он предложил мне лодочную прогулку по эстуарию, и если вы не откажетесь составить нам компанию – знаете ли, я опытный моряк и умею управлять лодкой, – уверен, прогулка вам понравится.

Он посмотрел на меня, с предвкушением улыбаясь.

Мы с Лаурой Грей были едины в том, что ничто не заставит нас сесть в лодку, пока риск неожиданно наткнуться на один из ужасных обломков кораблекрушения не минимизируется. Поэтому я как можно вежливее отказалась, сославшись на то, что после шторма мы боимся выходить на воду.

Он казался раздраженным и мрачным.

– О! Я понимаю… Мисс Грей? Я не знал… конечно, я должен был подумать о ней. Может быть, ваша наперсница передумает и вы поменяете решение? Сегодня такой прекрасный день.

Я снова поблагодарила его, но сказала, что прогулка на лодке даже не обсуждается. Он улыбнулся и слегка поклонился, но казался огорченным. Уж не подумал ли он, что я отказала ему только по той причине, что мы, по сути, незнакомы? – такая мысль пришла мне в голову. Чтобы чуть смягчить отказ, я сказала:

–Мне очень жаль, что мы, – я выделила это «мы», – не можем поехать. Нам бы понравилось, я совершенно уверена, но это просто невозможно.

Он вызвался проводить меня и у входа в дом спросил, не против ли я продолжить прогулку. Однако я попрощалась и закрыла за собой дверь в полной уверенности, что завоевала его симпатии.

Позже мы с Лаурой Грей отправились в Кардайлион и по пути встретили доктора Мервина. Тот остановился сказать нам, что только что видел пациента из Мэлори, Р. Р. М., в лодке Уильямса, они с викарием плыли по эстуарию.

– Неужели после всего случившегося он уже соскучился по воде? – воскликнул доктор. – Это самое непоседливое создание, с каким я сталкивался за всю профессиональную карьеру! Если бы он поберегся вчера и сегодня, завтра был бы почти здоров, но если он продолжит в том же духе, не удивлюсь, что у него начнется жар.

Глава XIV

Неожиданная встреча

На следующее утро, примерно в девять часов, незнакомец, к моему удивлению, снова появился на аллее, когда я возвращалась домой. Перед завтраком я бегала к воротам, чтобы встретить почтальона и узнать, пришли ли письма.

Р. Р. М. – я буду так его называть – пошел к дому рядом со мной. Никогда еще я не встречала мужчину настойчивее. Он сказал, что снова взял лодку Уильямса и пригласил на прогулку не только викария, но и его жену: я ведь решусь поехать в их обществе? «Мы поплывем против течения, и вам нечего бояться – вы не увидите следов кораблекрушения», – так он уговаривал меня.

Я очень хотела поехать и сказала, что прежде должна спросить мисс Грей. Когда мы расстались у дверей, я дала ему условное обещание, и он пообещал, что жена викария зайдет за мной в три часа.

Он был очень доволен, когда расстался со мной. Полагаю, когда он остался один, его темное лицо осветилось той самой улыбкой, о которой говорил доктор Мервин. Я еще не видела ту улыбку. Господи, помоги! У меня есть причина помнить об этом.

Я уже забыла, по какой причине, но Лаура не могла поехать, однако она не возражала против моей прогулки, тем более что там будет миссис Джермин.

Мы с Лаурой сидели вдвоем, когда в комнату вошел не кто иной, как мистер Кармел… Я встала и протянула ему руку. Чувствовала я себя очень странно и обрадовалась тому, что в комнате темно: не так видно мое смущение.

Спустя некоторое время я заметила, что мистер Кармел сильно взволнован. Время от времени он тяжело вздыхал, погруженный в свои мысли. Нам с Лаурой он сказал:

– Я приехал, чтобы повидаться с вами, перед тем как снова исчезнуть больше чем на месяц, и… и нашел у себя джентльмена.

Мы рассказали ему о кораблекрушении и поспешили заверить, что чудом спасшегося молодого человека приютили лишь на несколько дней.

Он слушал нас молча, почти не дыша, сосредоточенно устремив глаза в пол. Потом поднял взгляд на меня:

– Он уже познакомился с вами?

– Со мной – да, – ответила я, – но мисс Грей еще не видела его.

Казалось, его что-то гложет.

– Какой сейчас адрес у вашего отца? – вдруг спросил он.

Я назвала, и мистер Кармел сделал запись в блокноте. После этого он встал, собираясь уходить.

– Я хочу попросить вас об услуге. Вы ведь слышали о запечатанных письмах, которые нельзя открывать до определенного момента? Пообещайте мне открыть это письмо только через пять минут после моего ухода.

Я подумала, что он шутит, но лицо у него было серьезным.

Лаура Грей с любопытством посмотрела на него и, кивнув, взяла сложенную бумагу.

Его экипаж стоял внизу, и уже через минуту он ехал по аллее.

Что привело к таким странным предосторожностям и какое отношение они имеют к спасенному после кораблекрушения? Сейчас расскажу.

Примерно в одиннадцать – то есть за десять минут до визита мистера Кармела к нам – Р. Р. М. лежал на диване с двумя старыми потрепанными романами, невесть как оказавшимися в доме священника. Вдруг дверь распахнулась, и в комнату вошел мистер Кармел в дорожном костюме. И замер на пороге. Они в смущении смотрели друг на друга.