Джой Эллис – Гиблая трясина (страница 39)

– Не знаешь, когда он придет? Я постараюсь быть на месте.

– Он сперва позвонит, но, скорее всего, в районе обеда. – Выпрямившись на стуле, Лиз посмотрела на Мэтта долгим, внимательным взглядом. – Я все это время думала…

Ее серьезный тон его насторожил.

– Звучит довольно угрожающе.

Не обращая внимания на комментарий, она продолжила:

– Откровенно говоря, я никак не могу решить, как ты отнесешься к тому, что я расскажу Гэри про нас?

Вопрос повис в воздухе, потом Мэтт негромко присвистнул.

– Ого! Вот уж чего не ожидал.

– Мэтт, мы оба знаем, что все… все переменилось. Разве нет?

Мысли заметались в его голове. Он понимал, что она права, только не представлял, что ответить.

Она продолжила:

– Быть может, дело в ужасной ситуации, в которой мы все сейчас оказались, или это все равно случилось бы рано или поздно, но… все переменилось, и я уверена, что не для меня одной. Или я ошибаюсь?

Он громко сглотнул.

– Нет, Лиз, не только для тебя. И все же… – Он принялся изо всех сил тереть рукой лоб. – Черт! Столько всего творится, не знаю, смогу ли я еще и с этим справиться. Что, если для него это окажется ударом? Бедняга и так завтра на войну отправляется, это по отношению к нему просто нечестно! – Мэтт сам себя возненавидел за эти слова, похожие на гнилую отмазку. – Лиз, мы обещали друг другу, что это никогда не выйдет наружу. Ты представляешь, какие слухи пойдут по участку? Мы и работать в одной команде не сможем, потому что…

– Ну-ка замолчи!.. Я не предлагаю дать объявление в полицейскую стенгазету! Речь о том, чтобы рассказать Гэри и больше никому. Я уже объясняла, что у нас не совсем старорежимный брак. И для него будет легче знать, что у меня здесь кто-то есть, что обо мне будут заботиться и беспокоиться.

Голова у Мэтта все еще кружилась.

– Ты правда считаешь… я хочу сказать, правда веришь, что для него так будет легче?

Лиз застонала.

– По-твоему, я это так, для поддержания разговора? Да я всю ночь только про это и думала! Гэри вчера часами не слезал с телефона, пытаясь выбить себе дополнительный отпуск, однако у него на базе заварилась очень дерьмовая каша, и он в ней по самые уши. Надо вернуться и закончить дело. Я не могу рассказывать, это все секретно, но поверь мне, ситуация действительно паршивая. Иначе он бы остался.

Мэтт принялся грызть ноготь.

– Не знаю, что и сказать. Вдруг эффект будет не таким, как ты ожидаешь? Вдруг ему будет только хуже?

– У нас с ним договор, заключенный еще перед свадьбой. – Лиз смотрела на него почти с отчаянием. – Гэри просил меня рассказать, если в моей жизни появится кто-то другой, кто-то мне небезразличный. Случайные знакомства его мало волновали, и он не хотел ничего знать о моих внебрачных связях при условии, что все будет очень, очень тихо. – Она смотрела Мэтту прямо в глаза. – За все годы нашего брака у меня ни разу не возникало необходимости о чем-то ему рассказывать – до нынешней поры.

– И ты уверена, что сейчас, в столь тяжелый для него момент, пора настала? – Мэтт хотел протянуть к ней руку, взять ее ладонь в свою. Но здесь нельзя.

– Мы с Гэри остаемся лучшими друзьями, как и прежде. И я хочу, чтобы он знал. Я думаю, честное слово думаю, что если он будет беспокоиться о моей безопасности, то не сможет на сто процентов быть внимателен на службе. И тогда его могут убить.

Мэтт поднял руки, сдаваясь.

– В таком случае я согласен на все, что ты считаешь нужным. Я примерно представляю, почему ты вышла за него замуж. Просто постарайся не делать ничего такого, о чем потом пожалеешь.

– Тогда внимательно выслушай все, что он тебе скажет, и если после этого ты все еще будешь думать, что я не права, то я не буду ничего ему говорить, хорошо? – Голос Лиз понизился почти до шепота. – И еще, старший инспектор, я знаю, что время сейчас совершенно неподходящее, и все же хочу тебе сказать: я тебя люблю.

Сердце бешено колотилось у него в груди.

– Как ты верно заметила, время действительно самое неподходящее, и все же тебе следует знать, что я могу сказать совершенно то же самое. – Мэтт посмотрел на нее, не в силах скрывать переполнявшей его теплоты, и медленно покачал головой. – Нам следует продолжить эту беседу в более подходящее время и в более подходящей обстановке.

– Так точно, сэр! – Комично отсалютовав, она выскользнула из кабинета.

Два часа спустя позвонил патологоанатом.

– Дорогой старший инспектор, хочу вас успокоить, по крайней мере, в отношении одного аспекта расследования.

Было слышно, как Рори Уилкинсон, не прекращая разговора, стучит по клавишам компьютера.

– Полагаю, вы будете рады услышать, что кольцо вашей жене не принадлежало. Компьютерная обработка фотографии показала, что обручальное кольцо было заметно выпуклым. То, которое поступило в лабораторию, более плоское, и, хотя оно, вероятно, сделано примерно в то же время и также подверглось переделке, оно заметно уступает кольцу на снимке по качеству и весу. Так что, мой дорогой, о версии, что в Линкольншире завелись расхитители могил, можете забыть.

Мэтт издал громкий вздох облегчения.

– Благодарю вас, профессор Уилкинсон! А также спасибо за то, что вы предложили подойти к вопросу подобным образом. Я вам очень признателен.

– Мне сказали, что пока вы искали у себя дома фото, заодно обнаружили и «жучка».

– Это верно. Думаю, ваши техники сейчас вовсю над ним работают.

– Еще как. Удалось вам приблизиться к ответу на вопрос, кто вас до такой степени ненавидит?

– Увы. – Мэтт бросил взгляд на раскрытую папку у себя на столе, а в ней – на увеличенную фотографию человека, доставившего цветы в дом престарелых. – Все очень странно. У меня даже его фото есть, но толку от них никакого. Я этого сукина сына в глаза никогда не видел.

– В архивах на него тоже ничего нет?

– Ничегошеньки. Потому-то он так нагло и улыбается прямо в камеру. Знает, скотина, что чист как стеклышко.

– В прессу фотографию передали?

– Мы полагаем, что еще рано, хотя она разослана во все участки через главный полицейский компьютер.

– И его до сих пор никто не опознал? Хм, не будет с моей стороны наглостью тоже попросить фотографию?

– Разумеется, я перешлю вам копию. Чем больше людей увидят фото, тем лучше. Если он из местных, нам может повезти и кто-нибудь его опознает.

Патологоанатом негромко фыркнул.

– Я планировал изучить его внешность с профессиональной точки зрения. Наверное, вы не в курсе: одна из областей, в которых я эксперт, – судебная антропология. Наука о людях и человеческих культурах. Да, понимаю, под этим обычно имеется в виду изучение человеческих останков, в частности остеология, однако я много всего могу определить о человеке по форме его лицевых костей.

– В таком случае отправлю вам копии всех изображений, которыми располагаю. Они взяты с различных камер видеонаблюдения, и многие не самого лучшего качества, но я буду признателен за все, что вы сможете сообщить. – Мэтт беззвучно выругал себя за то, что так зачастил. Студент-третьекурсник какой-то, а не опытный детектив.

– Хорошо, лекция окончена. Все могут отправляться на перемену. – По голосу патологоанатома было ясно, что ситуация его забавляет. – Когда выкрою минутку между трупами, гляну на ваши снимки.

На лице Джейсона была написана неуверенность.

– Я понимаю, сейчас, должно быть, не время снова возвращаться к этому вопросу, однако…

– Можешь не продолжать. Снова про Андерхилла? – Мэтт зажал ладонями уши. – Давай поговорим о чем-нибудь другом. От жены и детей ты что-нибудь слышал? Как они там?

– Да, мы на связи. Жена не знает, что и думать, дети ее измучили, хотят домой, а я лично полагаю – нам стоит вернуться к теории о том, что Андерхилл может быть жив.

Мэтт покачал головой.

– Джемма из тебя кровь пьет?

– Нет, то есть да, но я и правда начинаю подозревать, особенно принимая во внимание различные моменты наподобие этих распятий, что она может быть права.

– Хорошо.

Джейсон вытаращил глаза.

– Хорошо? То есть мы отправляем запрос на эксгумацию?

– Нет. Я хотел сказать – хорошо, дай Джемме еще одну фотографию, увеличенный снимок из дома престарелых. Пусть отнесет компьютерщикам, чтобы они и его сравнили с состаренным фото Андерхилла. Этот снимок намного лучшего качества, они дадут ей однозначный ответ, и она поймет, что перед нами вовсе не возрожденный Андерхилл.

– Вы совершенно уверены, сэр?

– Уверен, но дай ей фотографию, пусть поиграется. – Наклонившись, Мэтт взял снимок в руки. – Чем больше я на него смотрю, тем больше уверен, что это не Андерхилл. Да, я знаю, что никогда не проводил с ним много времени лицом к лицу, однако в тех воспоминаниях, которые у меня все же остались, совсем другой человек.

– Чем дальше по времени, тем воспоминания менее надежны, а он мог принять серьезные меры, чтобы изменить внешность.

– Не исключено. – Он перебросил фотографию инспектору. – Вот, возьми, порадуй Джемму.