Джош Рейнольдс – Повелитель клонов (страница 34)

Фабий зарычал и резко развернулся на месте. Жезл пыток рассек воздух с воплем расщепленных молекул. Армированное стекло треснуло и разбилось, изнутри хлынул загрязненный раствор. Бак быстро опустел; Фабий оказался на пути вонючего потока. Младенец несся к нему на волне собственных выделений. Апотекарий бережно поймал полупроснувшееся дитя и прижал его хрупкое тельце к себе.

Фабий взглянул на свою ношу. На него смотрели фиолетовые глаза, в которых не было ничего, кроме наивного изумления. Ребенок был грязен с головы до ног, но все равно красив. То было одним из свойств Фулгрима — выглядеть наилучшим образом даже в худшие моменты. Крошечные ручонки вцепились в апотекария в поисках защиты. Фабий нахмурился и покачал головой.

— Ну и что теперь? — проворчал он.

Единственным ответом Фулгрима было радостное гуление.

Часть вторая: Мальстрим

Глава 11: Вглубь Мальстрима

— Мне это не нравится, — тихо сказал Арриан.

Командная палуба «Везалия» была тускло освещена: фрегат готовился покинуть орбиту Гармонии. Сервиторы горбились в своих колыбелях управления, приглушенно гудя между собой на бинарном наречии, внося мельчайшие изменения в запланированные траектории и отслеживая суда III легиона, блуждавшие поблизости, словно неусыпные стражи. Эйдолон не оставил им ни единого шанса на побег.

— Как и мне, но свободы выбора в этом вопросе у нас мало. — Фабий взглянул на апотекария. — Можешь не сомневаться, я не намерен покорно принять судьбу, Арриан. Сохраняй бдительность и осторожность. И будь готов.

Отчеты о стыковке эхом разнеслись по кафедре наблюдения, когда летательные аппараты III легиона скользнули в ангары, не использовавшиеся веками. Впервые за долгое время «Везалий» принял у себя боевую группировку Детей Императора.

— Для чего? — спросил Арриан.

— Сам пока не знаю. — Фабий наклонился вперед, вглядываясь в потоки данных, прокручивающиеся на дисплее. — Просто оставайся начеку.

Он решил не рассказывать ни Арриану, ни кому-либо еще о том, что нашел в своих старых помещениях. Секреты легче хранить одному, чем двоим: он не мог позволить себе, чтобы Эйдолон или любой другой член его легиона узнал о новорожденном примархе, тайно перевезенном на борт и теперь надежно спрятанном в секретных камерах лабораториума. По крайней мере, до тех пор, пока Фабий не придумает, что с ним делать.

Неуверенность грызла его так, как никогда в жизни со времен окончания Ереси. По идее, он должен был убить младенца сразу, как обнаружил его. Или оставить во мраке храма мутантов. Но что-то остановило апотекария. Какой-то подсознательный импульс, который он пока не смог опознать.

Он пытался избавиться от этой мысли, но она упорно цеплялась за его разум. Вернувшись на «Везалий», Фабий распорядился организовать регулярные сканирования палуб корабля с помощью сенсоров, настроенных на определенные частоты. Если на фрегате кто-то что-то скрывал, он хотел об этом знать.

— Вы еще не проложили курс. В чем причина задержки?

Фабий отвернулся от гололитического дисплея, когда по командной палубе зашагал Алкеникс в сопровождении нескольких своих воинов.

— И какой маршрут мне выбрать? — При этом Фабий тайком подавал знаки Арриану, упреждая любую реакцию с его стороны. Пожиратель Миров откинулся назад, прислонившись к перилам смотровой площадки, и скрестил руки на груди.

Может быть, они и покидали Гармонию, но никак не зону влияния Эйдолона. Алкеникс притащил с собой внушительную армию: сто легионеров, отобранных из числа тех, кто теперь поклялся служить Эйдолону. Это были закаленные ветераны Долгой войны и опытные путешественники по просторам Ока. С некоторыми Фабий был знаком благодаря тому, что короткое время находился на командной должности. Другие были известны ему только понаслышке. Любой из них при желании мог командовать собственной бандой. И тот факт, что они были здесь и сейчас и охотно подчинялись Алкениксу, говорил о значимости, которую первый лорд-командующий придавал этому заданию и его успеху.

Алкеникс изучал гололитическую проекцию. Пока звездная карта медленно вращалась, координаты, предоставленные Эйдолоном, загружались в банки данных «Везалия». Выстраивались возможные варианты прокладывания курса.

— Планета расположена на Восточной Окраине. Существует множество путей добраться туда, я предоставил несколько на выбор.

— Да, и большинство из них проходят через имперские территории. Даже учитывая капризы варпа, мы будем на прицеле дольше, чем мне хотелось бы.

— Испугался, Паук?

— Практичность, Флавий. Если бы ты дал мне более точное направление…

Алкеникс прервал его:

— Это вряд ли. Сначала доставь нас на Восточную Окраину, а там посмотрим.

Эйдолон сообщил только общие сведения о том, где вести поиски. Точные координаты Алкеникс держал в голове и не собирался ни с кем делиться ими раньше необходимого. Разумное стратегическое решение, учитывая все обстоятельства.

— Ты мне не доверяешь.

— А ты мне?

— Намек понял, Флавий. — Фабий постучал по кнопкам управления, чтобы подсветить один из намеченных маршрутов. — Тем не менее ранее поднятая мною проблема никуда не делась. У нас не крупная военная экспедиция, и мы не проводим масштабный рейд. Все, что у нас есть, — один быстроходный корабль. Нельзя просто так взять и прорваться сквозь любое сопротивление, не привлекши к себе лишнего внимания.

— И что ты предлагаешь?

— Мальстрим — вот самый верный путь к месту назначения, — поделился соображениями Фабий, указывая на звездную карту. — Если, конечно, ты не горишь желанием пробиваться сквозь два сегментума.

Алкеникс проигнорировал издевку.

— Хочешь сказать, что сможешь пройти по Эмпиреям то огромное пространство, что простирается отсюда до туда? — с сомнением поинтересовался он.

— Лучше. Я могу обойти его. Или, во всяком случае, большую его часть. — Фабий нагнулся к панели управления и, проделав некоторые манипуляции, заставил голографическую проекцию увеличиться и сместиться в соответствии с рассеянными данными. — В этом регионе Ока есть несколько функционирующих паутинных порталов. Я изучил их и смею утверждать, что они сократят наше плавание на недели. Конечно, данные участки Паутины опасны, но, уверен, нам хватит огневой мощи и скорости, чтобы проскочить по ним без особых проблем.

Он бросил взгляд на Алкеникса:

— Если согласен, можем отправляться прямо сейчас.

— Откуда мне знать, что это не уловка?

— Да ниоткуда, Флавий. — Старший апотекарий победно улыбнулся. — Тебе придется довериться мне, если не остается ничего другого.

— Ты просишь невозможного, Паук.

— Я бы попросил больше меня так не называть. — Фабий прокрутил экран. — Посмотри сам. Данная область Паутины тянется между несколькими узловыми точками. Есть транзитные порталы сродни тому, который вы использовали, чтобы найти нас. Большинство из них были деактивированы или бесполезны для наших целей по иным причинам. Но некоторые все еще активны, если уметь их запускать.

— Что ты, конечно, умеешь, — вставил Алкеникс.

Фабий ухмыльнулся.

— Разумеется. Око — место опасное даже для самых мощных флотов. А корабль, путешествующий в одиночку, даже такой, как этот, — легкая добыча для пиратов или кого похуже. Тут надо сказать, что немногие осмелятся напасть на боевую баржу легиона или артиллерийский барк, но вот фрегат вроде нашего кому-то может показаться слишком заманчивой добычей.

Алкеникс уставился на карту.

— Как долго?..

— Несколько недель, как я уже сказал. Зависит от проходимости участков. Потребуется несколько дней на нужные модификации, но этого как раз хватит, чтобы добраться до первого перекрестка.

Фабий снова застучал по кнопкам; изображение растянулось и превратилось в план корабля. Одна из конечностей хирургеона выдвинулась и, проникнув в зону проекции, заставила ее неспешно вращаться. Изучая схему, Фабий производил в уме расчеты.

— Рано или поздно я собирался внести эти изменения в конструкцию. Поэтому, полагаю, мне следует поблагодарить вас за то, что дали мне стимул заняться этим сейчас.

— Лучше отблагодари меня, доставив нас на Восточную Окраину целыми и невредимыми. — Алкеникс показал на одного из своих подчиненных. — Это Палос Гир. Моя верная правая рука. Он останется здесь в качестве наблюдателя.

Воин был невысок, крепко сложен и облачен в доспехи цвета кровоподтека. Шлем его был укреплен полосками керамита, в том числе зачем-то закрывавшими визор, на котором, как отметил Фабий, были нарисованы два странных глаза — звериных глаза. Когда их владелец молча отсалютовал, они встретились со взглядом старшего апотекария.

— Он не очень любит разговаривать. Да ему и не нужно.

— Уверен, меня все равно мало заинтересовало бы, что он скажет.

Рука Палоса опустилась на фрикционный топор, висевший на бедре. Фабий лишь улыбнулся.

— Не обращай на него внимания, Палос, — махнул ему Алкеникс. — Наш Паук может сколько угодно обнажать клыки, но ему не хватает яда, чтобы причинить какой-либо вред.

— Тогда ему лучше не показывать их вовсе, иначе я их вырву, — в басистом голосе Палоса слышалось недовольство.

Фабий засмеялся:

— В этом всегда и заключалась наша проблема. Мы так быстро обижаемся на любую мелочь, даже самую незначительную. — Он посмотрел на Алкеникса. — Мне не нужна нянька.