Джорджетт Хейер – Коринфянин (страница 9)

– Все экипажи сэра Ричарда, спортивные и другие, на месте, мадам, – отчитался Порсон, наслаждаясь своей осведомленностью.

– Так он ускакал верхом!

– Грум уверил меня, миледи, что все лощади в конюшне и он не видел сэра Ричарда.

– О господи, – пробормотал Джордж. Его глаза расширились от пугающей мысли. – Нет, только не это…

– Успокойся, Джордж. Ради бога, успокойся, – резко произнесла Луиза. – Что за глупая мысль пришла тебе в голову. Я уверена, что что-то заставило Ричарда ускользнуть, но что – хотелось бы мне понять. Десять к одному, что он отправился смотреть какие-нибудь спортивные состязания. Он скоро будет дома.

– Но он не спал дома, – напомнил Джордж. – И должен тебе сказать, что он не был трезв как стеклышко, когда уходил из клуба. Я не говорю, что он был совсем пьян, но ты знаешь, каким он бывает, когда…

– Рада сказать, что ничего подобного не знаю, – возразила Луиза. – Если он был нетрезв, это может объяснить его поведение.

– Его поведение! Должен сказать, Луиза, что это хороший способ говорить о бедном Рики, который может быть уже на дне реки, – воскликнул расхрабрившийся Джордж.

Она побледнела, но жалобно протянула:

– Как ты можешь говорить глупости? Умоляю, Джордж, не говори подобных вещей.

Дворецкий кашлянул.

– Прошу прощения у вашей милости, но, если мне позволят сказать, сэр Ричард вряд ли переодевался для того, что имеет в виду ваша милость.

– Нет, конечно нет, – с облегчением согласился Джордж.

– Больше того, милорд. Биддл доложил, что гардероб и ящики его милости были перерыты и некоторые вещи исчезли. Поднявшись в это утро к сэру Ричарду, Биддл нашел комнату в ужасном беспорядке, как будто сэр Ричард поспешно готовился к отъезду. Биддл сообщил, что исчезли маленькая сумка и чемодан, которые обычно хранились в шкафу.

Джордж внезапно захохотал:

– Сбежал!

– Джордж!

– Не важно, – вызывающе заявил Джордж. – Я дьявольски рад, что он сбежал.

– Но в этом не было необходимости, – удивилась Луиза, забыв, что Порсон в комнате. – Никто не вынуждал его жениться. – Она встретила взгляд Порсона и замолчала.

– Должен сообщить вашей милости, – сказал Порсон, который, видимо, остался глух к ее высказыванию, – что есть несколько других странных обстоятельств, относящихся к исчезновению сэра Ричарда.

– О господи, вы говорите так, будто его унесло по волшебству, – нетерпеливо воскликнула Луиза. – Какие еще обстоятельства?

– Если ваша милость позволит, я представлю их вам, – поклонился Порсон и вышел.

Муж и жена в недоумении посмотрели друг на друга.

– Ну, – заметил Джордж не без удовлетворения, – теперь ты видишь, что значит мучить человека.

– Джордж, это несправедливо. Как я могла заставить его сделать предложение Мелиссе, если он не хотел? Я убеждена, что его отъезд никак не связан с этим.

– Ни один человек не вынесет, если его оскорбляют и заставляют делать что-то, чего он не хочет.

– Тогда я могу сказать, что Ричард – еще больший трус, чем я могла думать. Я уверена, что, если бы он откровенно заявил, что не хочет жениться на Мелиссе, я бы ни слова не возразила.

– Ну да, – сказал Джордж, позволив себе ухмыльнуться.

Он избежал порицаний, так как в комнату вернулся Порсон, неся какие-то предметы, которые он разложил на столе. С величайшим изумлением лорд и леди Тревор рассматривали шаль, смятый галстук, несколько коротких прядей рыжих локонов.

– Что это? – воскликнула Луиза.

– Это было обнаружено слугой, когда он вошел утром в библиотеку, – доложил Порсон. – Ни я, ни Биддл не можем вспомнить, чтобы видели прежде эту шаль, которая лежала на полу. Галстук был брошен за каминную решетку, а волосы мы нашли под шалью.

– Честное слово, – проговорил Джордж, надевая очки, чтобы разглядеть эти предметы. Он указал на галстук. – Это говорит о многом. Бедный Рики, должно быть, пришел в скверном состоянии. Осмелюсь сказать, с больной головой. Моя бы тоже раскалывалась, если бы я выпил столько бренди, сколько он прошлым вечером. Я сам видел. Он дал слово явиться к Саару утром и не видел никакого выхода. Голова горит. Он дергает галстук, как будто он его душит, и рвет его. Не важно, как далеко он зашел. Рики никогда не носил мятых галстуков. И вот он сидит в кресле, запустив пальцы в волосы, как человек…

– Ричард никогда не портил прическу, каким бы пьяным ни был. И он не мог вырвать из своей головы волосы такого цвета, – прервала его Луиза. – Больше того, они отрезаны. Любому это видно.

Джордж внимательно посмотрел на блестящий завиток. Эмоции захлестывали его. Он затаил дыхание.

– Ты права, Луиза. Я не могу поверить. Хитрец.

– Не нужно ждать, Порсон, – резко произнесла Луиза.

– Хорошо, миледи. Но возможно, я должен сказать, что свечи в библиотеке горели, когда пришел лакей.

– Не понимаю, какое это может иметь значение, – ответила Луиза, отмахиваясь от него.

Порсон вышел.

Джордж, все еще держа локон на ладони, сказал:

– Не могу назвать никого с волосами такого цвета. Были одна или две танцовщицы, но Рики не пришло бы в голову подстригать их. В одном нет сомнения. Этот локон – подарок.

– Спасибо, Джордж, я так и поняла. Я думала, что знаю всех уважаемых женщин, знакомых Ричарда. Можно сказать, что такой подарок принадлежит дням его юности. Я уверена, что он теперь не настолько романтичен, чтобы хранить локоны.

– Он выбросил их, – предположил Джордж, покачивая головой. – Знаешь, это чертовски печально, Луиза, честное слово. Выбросил, потому что собирался делать предложение этому айсбергу.

– Очень трогательно. И, выбросив локоны, он сам сбежал, не сделав, сознайся, никакого предложения. А откуда взялась эта шаль? – Она взяла ее в руки и встряхнула. – Ужасно мятая. Почему?

– Другой подарок, – продолжал фантазировать Джордж. – Он мнет его в руках. Бедный старина Рики. Он не может вынести воспоминаний и вышвыривает шаль.

– Чепуха, – возмутилась Луиза. – Что еще, Порсон?

Дворецкий, вернувшись в комнату, чопорно произнес:

– Достопочтенный Седрик Брэндон, миледи, хочет видеть сэра Ричарда. Возможно, ваша милость примет его?

– Не думаю, что могу пролить свет на эту тайну, но пригласите его, – кивнула Луиза. – Все зависит от того, приехал ли он узнать, почему Ричард не посетил Саара, – добавила она, обращаясь к мужу, когда Порсон вышел из комнаты. – Уверена, что не знаю, что сказать.

– Если ты спрашиваешь меня, думаю, Седрик не будет ругать Ричарда. Говорят, он болтал много лишнего в клубе вчера. Пьяный, конечно. Как ты и твоя мать можете желать, чтобы Ричард вошел в эту семью, я понять не могу.

– Мы знаем Брэндонов всю жизнь, – защищаясь, напомнила Луиза. – Я не притворяюсь, что…

Она замолчала, так как достопочтенный Седрик вошел в комнату, и шагнула вперед, протянув руку.

– Как поживаешь, Седрик? Боюсь, Ричарда нет дома. Мы думаем, что его внезапно вызвали по неотложным делам.

– Значит, он принял мой совет, – обрадовался Седрик беззаботно, пожимая ее руку. – «Беги, Рики. Не делай этого» – вот что я ему сказал. Я сказал, что мы присосемся к нему как пиявки, если он будет таким дураком, что даст себя поймать.

– Хотелось бы, чтобы ты не говорил так вульгарно, – заметила Луиза. – Конечно, он не сбежал. Надеюсь, он вернется с минуты на минуту. Конечно, это очень невежливо с его стороны не сообщить лорду Саару, чтобы он не ждал его, так как он занят, но…

– Неправда, – прервал ее Седрик. – Он не занят. Мелисса направила его к отцу. Он не сказал, что придет. Выведал это у самой Мелиссы час назад. Господи, вы никогда не видели никого в такой ярости. А это что? – Его блуждающие глаза остановились на предметах, лежащих на столе. – Локон, о боже. Дьявольски красивые волосы.

– Нашли в это утро в библиотеке, – зловеще произнес Джордж, игнорируя предупреждения жены.

– Здесь? У Рики? – спросил Седрик. – Вы шутите.

– Нет, правда. И мы не можем понять.

В глазах Седрика заплясали смешинки.

– Вот здорово. И кто это придумал? Это меняет дело. Дьявольски неудачно, но, будь я проклят, я рад, что он скрылся. Я всегда любил Рики и никогда не хотел, чтобы он погиб со всеми нами. Но теперь мы разорены, и это абсолютно точно. Исчезли бриллианты.

– Что? – поразилась Луиза. – Седрик, не ожерелье ли Брэндонов…

– Оно. Последняя соломинка. Оно пропало. – Он щелкнул пальцами и засмеялся. – Я приехал сказать Ричарду, что принимаю его предложение купить мне обмундирование, чтобы уехать на войну.

– Но как? Где оно? – ахнула Луиза.

– Украдено. Моя мать взяла его с собой в Бат. Никогда не ездит без него, к сожалению. Я удивляюсь, как мой отец не продал его много лет назад. Единственная вещь, которую он не продал, за исключением поместья, оно будет следующим. Моя мать и слышать не хотела, чтобы расстаться с этим ожерельем.