Джордж Вервольф – Монолог Некроманта. Часть 1 (страница 7)

– Убить инквизитора, – сказал я своему отражению, – ну, и как мне это сделать? Подсыпать яд в чарку с вином? Выждать его в безлюдном месте и зарезать, как домашний скот? Задушить, как ревнивец жену? А? Есть предложения, Аксэль? А может, сама Судьба подскажет мне способ? Или Смерть? О, а Она искусно это делает. Может, например, остановить сердце мучающегося от паралича старика. Или дать идею отверженной любовью девице, чтобы та покончила с собой с помощью петли. Или еще лучше: сделать так, чтобы какой-нибудь неряха пролил масло на дороге, а случайный прохожий ступит на него и упадет затылком прямо на доску с торчащим вверх гвоздем. Вот это искусство. И все-таки, как мне убить этого святошу-рыцаря?

– А может сначала нужно побольше узнать о жертве? – словно из ниоткуда возник знакомый мне бархатно-холодный голос.

– Какие люди здесь! От тебя несет полынью, Морс, – посмотрел я через зеркальное отражение в темный угол, где стоял беловолосый странник, который когда-то отвез меня в Моро.

– Так уж получилось, гулял недавно по кладбищу.

– Как романтично.

Я повернулся к подходящему ко мне Морсу.

– А ты не изменился. – посмотрел я на него.

– Чего не скажешь о тебе, Аксэль, – спокойно улыбнулся беловолосый, глядя в мои глаза, затем на волосы, – даже поседел немножко.

– Поседеешь от такой жизни! – оценил я его сарказм.

– Ты сам подписался на это.

– Почти сам.

– Не суть важна. Такова Судьба.

– Верно.

– Так, – Морс вернулся к предыдущей теме, – начнем с того, что ты должен хорошенько изучить жертву, прежде чем убить ее.

– Да ты, я погляжу, многому обучен: балаболишь умно, знаешь магию, еще и в убийствах разбираешься.

– В жизни нужно знать многое. Если надо, даже убивать. Тем более, это входит в твой профиль.

Я скрестил руки и отвел взгляд от беловолосого:

– Я не уверен, что смогу это сделать.

– Вообще, по сути, в этом нет ничего сложного. Убивать не трудно.

– Но надо это сделать так, чтобы в этом не заподозрили нас, некромагов.

– Если включить голову, мой дорогой Аксэль, то и на это найдется ответ, – в очередной раз улыбнулся Морс.

***

Карло Бруно – довольно-таки авторитетное лицо. За тридцать лет службы королю и ордену он добился большого расположения. За его плечами была организация государственного переворота, за счет которого и восседал тогда на троне Деоде́н, сын Ко́ммэда – рыцаря того же ордена. Также Бруно – ярый борец за единую религию во всем мире, ибо, по его словам, так мир и настанет, если каждая сущность будет следовать по пути Ксардаса. «Ксардас есть мир! – твердил он, – Он любит и помогает любому живому существу на земле, воде и воздухе. Но беда лишь в том, что есть псевдорелигии – ложные веры в ложных богов, либо вообще неверие в них! От сего наш мир и рушится! Ежели все сплотятся воедино, тогда и настанет благополучие, радость и мир! А если оставить все как есть, весь Э́лианор рухнет как гнилая изба, поедаемая червями и прочей тварью. Но миссия нашего Ордена состоит в том, чтобы не дать рухнуть этой «избе», избавить ее от всяческих паразитов! И это мы будем делать во имя нашего бога Ксардаса – единого и могущественного!»

Когда Бруно выступал с подобной речью, то народ просто скандировал и провожал его всяческими овациями. Так влияние его росло и росло и начинало вскоре приравниваться к королевскому. Но была и другая сторона его сущности. За маской святого рыцаря пряталось чудовище, жаждавшее власти и не знавшее жалости. Он, как и многие члены различных религиозных Орденов, лишь прикрывался верой.

В этом и суть таких организаций: сотвори красивую сказку, расскажи другим, и они поверят тебе, а ты можешь манипулировать ими как стадом. Вообще, власть держится на двух чашах: вера и страх. Стадо верит в дело вожака, но боится кары. Пойти против вожака, значит пойти против веры и дела, а это наказуемо. Карло Бруно как раз и держал свою власть в этих чашах. Не знаю, почему, но у него была особая ненависть к некромагии. Да и в целом к магии как к таковой. Он вел активную борьбу против ее использования в повседневной жизни, считая ее порождением иллюзий, а иллюзии для него – это богохульство. Он вообще всю магию считал черной, а светлая магия, по его мнению, – это не магия, а чудо, сила Ксардаса, подаренная людям для борьбы со Злом. Да, тяжелый случай.

Бруно хоть и держался этих принципов, но для него наверняка вся магия – зло, будь то черная или белая. Он не раз вносил королю предложение об упразднении магии в повседневной жизни, вообще вести борьбу против нее, применяя военную силу. Но Деоден, не будь дураком, каждый раз отвергал его идеи, считая, что это не целесообразно, ибо приведет к масштабной войне. На эту тему было поднято немало дискуссий в Сенате, отчего образовались две стороны баррикад: те, кто поддерживал идею Карло и те, кто был против. Те, кто против войны с магиками имели преимущество в количестве, а также поддержку короля. Стоит отдать должное – король Деоден был одним из немногих адекватных религиозников.

Сторона Бруно потерпела поражение, но тот не сдался и решил создать тайное сообщество под его командованием, которое занималось неформальной борьбой с магией. Под борьбой подразумевались казни всякого, кого подозревали в использовании магии. Они начали с самих адептов магических институтов. Немного времени понадобилось, чтобы «карающая длань» дотянулась и до алхимиков, и, были слухи, что даже простых фокусников. В общем, Мехта находилась тогда под тайной властью инквизиции Карло Бруно.

Вы спросите, откуда я это узнал? Это было нетрудно. Вся Мехта говорила о Карло Бруно, цитировала его фразы, восхваляли, даже исполняли баллады, посвященные ему. Поэтому вся информация была от народа. А вот как я узнал о его инквизиторской деятельности – в первую очередь от Аракхама, у него были свои информаторы. Но чтобы узнать подробности, мне хватило немного времени. Меньше, чем ожидалось.

***

Июнь 732 года. Беньяш. Мехэллад.

В городе уже ползали слухи о странных исчезновениях людей. Также, по словам некоторых, были слышны ужасающие крики где-то в окраинах Беньяша. Этот момент меня заинтересовал. Только оставалось одно: найти дорогу до источника криков, а это можно было сделать только одним способом – сам Карло Бруно или его приспешники невольно указали бы мне дорогу к их тайной комнате. Все просто с одной стороны: найти и выследить, но если учесть то, что эта «лавочка» тайная, то найти и тем более выследить не так легко.

Было около полудня, когда я, выходя из рынка на площадь, увидел эшафот, возле которого собирался народ. Он постоянно скандировал уже заевшее в моем мозгу имя – Бруно! Я видел большое количество фанатиков, но этот идиотизм превосходил всех и вся. Я решил встать подальше от толпы, не подавая вида. Ведь с таким лицом, как у меня, могло возникнуть немало проблем. Благо, капюшон помогал прикрыться от ненужных глаз. И, к счастью, мой слух позволял услышать речь отчетливо при весьма немалом расстоянии.

И вот появился Святейший из Святейших. С момента его явления у меня появилось дикое желание вырвать глотки у всей треклятой толпы, ибо орала она очень громко. Но Бруно жестом руки усмирил фанатиков и начал свою «торжественную» речь:

– Друзья мои! – он выдержал паузу, – Братья и сестры! Я стою пред вами на месте, где проливается кровь грешников, для того, чтобы спросить вас: зачем мы грешим?

Он выдержал небольшую паузу, то ли дожидаясь ответа, то ли театральности ради, а после продолжил:

– Как и почему мы поддаемся искушению и идем против Святой Истины Ксардаса? Кто или что нами движет? А я скажу, кто. Это черная сила, посланная нечестивым Малумом. Эта сила сосредоточена в магии и тех, кто ею пользуется: магах, колдунах и, в первую очередь, некромантах!

Какая «неожиданность»!

– Они входят в подсознание наивных умов и манипулируют им, подталкивая нас на грешный путь! А когда настанет Час Расплаты, то жнецы Смерти забирают эти грешные души и обрекают их на вечные муки. Вот и весь коварный план Темных Сил! Скажите, хотите ли вы вечных мук?

– Не-е-ет! – чуть ли не разом проорала толпа.

– Тогда не поддавайтесь чарам нечестивых колдунов! Боритесь с ними, гоните их из ваших домов! Расскажите нам об их кознях! Поведайте нашим бравым воинам о злых помыслах! И тогда коварный план разрушится! Не будет магии – не будет и Зла!

Да, хреновое у него представление о магах и, тем более, некромагах. Я почувствовал чье-то присутствие за моей спиной. И оно явно было неслучайным.

– Я как вижу, Вам тоже неприятна эта ересь? – спросил меня незнакомый пожилой голос.

Я обернулся и увидел бородатого старика в коричневой рясе с капюшоном, какие обычно носят монахи. Его лицо было прикрыто наполовину.

– Правильно видите, с кем имею честь? – спросил я старика.

– Я, так уж получилось, член Королевского Сената – Уи́нстон Фраки́йский, – и старик приподнял капюшон, явив моему взору свое лицо.

Морщины, слегка обвисшие щеки, бледно-голубые глаза, казавшиеся чуть стеклянными. На вид – обычный старик, если не брать в расчет отсутствие грязи, причесанные назад седые волосы и ровно подстриженную бороду. Я ответил ему кивком.

– Я знаю, ты маг. – сообщил мне Уинстон.

– Неужели? – иронично спросил я.

– Знаю, знаю, вывод мой весьма очевиден. – слегка улыбнулся старик, но, посмотрев в сторону собрания, стал серьезнее, – Я не понимаю, что стало с Карло. Ведь он был раньше совсем другим, еще до того, как Деоден стал королем.