Джордж Мартин – Танец с драконами (страница 55)

Глава 16. Дейенерис

Гладкие, выбритые тела танцоров, покрытые маслом, блестели в свете факелов, перелетавших из рук в руки под бой барабанов и трель флейты. Всякий раз, когда два факела встречались в воздухе, между ними, кружась, проскакивала обнажённая девушка. Свет пламени выхватывал из темноты блестящие ноги, руки, груди и ягодицы.

У танцующих мужчин была эрекция. Это возбуждало, хотя, по мнению Дейенерис Таргариен, и выглядело комично. Все мужчины были высокими, с длинными ногами, плоскими животами и рельефными, будто выточенными из камня, мускулами. Даже их лица почему-то казались одинаковыми… что было весьма странно, так как у одного кожа была тёмной как эбеновое дерево, у другого молочно-белой, а у третьего отсвечивала начищенной медью.

«Они специально пытаются меня распалить?» – Дени поёрзала на шёлковых подушках. Её Безупречные в шипастых шлемах стояли у колонн, неподвижные словно статуи, с ничего не выражающими гладкими лицами. Чего нельзя было сказать о полноценных мужчинах. Резнак мо Резнак смотрел с открытым ртом и влажно блестевшими губами. Хиздар зо Лорак, разговаривая с соседом, не отводил глаз от танцующих девушек. Безобразное лоснящееся лицо Бритоголового было как всегда сурово, но и он ничего не упускал.

Разгадать же мысли почётного гостя было сложнее. Бледный худой крючконосый мужчина, сидевший с ней за головным столом, великолепно выглядел в бордовых шёлках, расшитых золотыми нитями. Он элегантно, маленькими кусочками ел фигу, и его лысая голова блестела в свете факелов. Когда Ксаро Ксоан Даксос поворачивался вслед за танцорами, выложенные вдоль его носа опалы мягко мерцали.

В честь гостя Дейенерис оделась по моде Кварта, в шёлковый фиолетовый наряд особого кроя из тончайшей ткани, оставлявший левую грудь открытой. Её серебристо-золотые волосы струились по плечу, ниспадая почти до соска. Половина мужчин в зале украдкой бросали на неё взгляды, но не Ксаро. «Так же, как в Кварте». Её красота не действовала на купеческого старшину. «А найти его слабое место надо». Словно в ответ на её молитвы, он прибыл из Кварта на галеасе «Шёлковое Облако» в сопровождении тринадцати галер. После отмены рабства, торговля Миэрина сошла на нет, но в силах Ксаро было её восстановить.

Под нарастающий бой барабанов три девушки взвились в воздух над факелами. Танцоры поймали их за талии и опустили на свои члены. Дени смотрела, как женщины выгнули спины и обвили ногами своих партнёров, пока плакали флейты и мужчины двигались в такт музыке. Наблюдать половой акт было для неё не в новинку – дотракийцы совокуплялись так же открыто, как их кобылы и жеребцы. Однако она впервые видела, чтобы похоть совмещали с музыкой.

Лицо Дени пылало. «Это всё вино». Но почему-то её мысли неожиданно обратились к Даарио Нахарису. Его посыльный прибыл этим утром. Вороны-Буревестники возвращались из Лхазара. Её капитан ехал назад, везя с собой дружбу Ягнячьих Людей. «Еда и торговля, – напомнила она себе, – он не подвёл меня и не подведёт. Даарио поможет мне спасти город». Королеве не терпелось увидеть его лицо, погладить бороду, разделённую на три пряди, поделиться с ним своими бедами… но Вороны-Буревестники всё ещё в нескольких днях пути, за Кхизайским проходом, а ей нужно править королевством.

Между фиолетовыми колоннами висел дым. Танцоры опустились на колени и склонили головы.

– Вы были великолепны, – сказала им Дени. – Мне редко доводилось видеть такую грацию и красоту.

Она подозвала Резнак мо Резнака, и сенешаль спешно подошёл к ней. Капельки пота усыпали лысую морщинистую голову.

– Проводите наших гостей в купальни, пусть освежатся. И принесите им еды и питья.

– Это большая честь для меня, Великолепная!

Дейенерис протянула свою чашу, чтобы Ирри вновь её наполнила. Вино было сладким и крепким, с сильным ароматом восточных пряностей, гораздо лучше слабых гискарских вин, что ей наливали в последнее время. Ксаро внимательно осмотрел фрукты на блюде, поднесенном ему Чхику, и выбрал хурму такого же оранжевого цвета, как и коралл в его носу. Он откусил кусочек и скривил губы:

– Терпкая.

– Милорд предпочитает что-нибудь послаще?

– Сладость приедается. Вяжущие язык фрукты и острые на язычок женщины придают вкус жизни. – Ксаро откусил ещё кусочек, прожевал и проглотил. – Дейенерис, милая королева, не могу передать словами, какое удовольствие для меня вновь наслаждаться вашим присутствием. Кварт покинула девочка, потерянная и прекрасная. Я боялся, что она уплыла навстречу своей гибели, однако теперь нахожу её здесь, на престоле, хозяйкой древнего города, окружённой могучей армией, что выросла из мечты.

«Нет, – подумала она, – из крови и огня».

– Я рада твоему появлению. Приятно вновь увидеть твоё лицо, друг мой.

«Я не доверяю тебе, но ты мне нужен. Мне нужны твои Тринадцать, твои корабли, твои товары».

В течение многих веков Миэрин и его братья Юнкай и Астапор были оплотом работорговли, местом, где дотракийские кхалы и пираты с Островов Василиска продавали своих пленников, а остальной мир покупал их. Без рабов Миэрину практически нечего было предложить торговцам. В Гискарских холмах было полно меди, но теперь этот металл уже не ценился так, как в прежние времена, когда миром правила бронза. Кедры, когда-то возвышавшиеся вдоль всего побережья, исчезли, поваленные топорами Старой Империи или спалённые драконьим огнём во время войн Гиса с Валирией. Без деревьев почва высохла под горячим солнцем, и пыльные бури унесли её плотными красными тучами. «Эти бедствия и превратили моих людей в работорговцев», – сказала ей Галазза Галар в Храме Милости.

«Значит, я стану тем бедствием, которое превратит этих работорговцев обратно в людей», – поклялась себе Дени.

– Я должен был прийти, – томно ответил Ксаро. – Даже в таком далеком отсюда Кварте до моих ушей дошли ужасные истории. Я плакал, слушая их. Говорят, твои враги обещают богатство, славу и сотню рабынь-девственниц любому, кто убьёт тебя.

– Дети Гарпии. – «Откуда он знает об этом?» – По ночам они пачкают стены и убивают спящих ни в чем не повинных освобождённых. А когда всходит солнце, прячутся как тараканы. Они боятся моих Медных Зверей.

Скахаз мо Кандак создал новый дозор, о котором она просила, состоящий из равного числа освобождённых рабов и миэринских Бритоголовых. Они днём и ночью патрулировали улицы в тёмных капюшонах и медных масках. Дети Гарпии обещали ужасную смерть любому предателю, посмевшему служить королеве драконов, в том числе своим родным и близким, поэтому люди Бритоголового ходили в масках шакалов, сов и прочих зверей, пряча свои истинные лица.

– У меня была бы причина опасаться Детей Гарпии, окажись я одна на улице ночью, голой и безоружной. Они – трусливые твари.

– Нож труса может убить королеву так же легко, как и нож героя. Я спал бы спокойнее, зная, что отрада моего сердца держит своих свирепых лошадников поблизости. В Кварте трое кровных всадников никогда не отходили от тебя. Где они теперь?

– Агго, Чхого и Ракхаро всё ещё служат мне. – «Он играет со мной». Дени тоже умела играть в эти игры. – Я всего лишь юная девушка и мало смыслю в таких вещах, но люди постарше и мудрее говорят, что нельзя удержать Миэрин без контроля внутренних земель – к западу от Лхазара и до Юнкайских холмов на юге.

– Мне дороги не твои земли, а ты сама. Случись с тобой беда, этот мир потеряет свой вкус.

– Милорд очень добр, что так заботится обо мне, но меня хорошо охраняют, – Дени указала в сторону Барристана Селми, державшего руку на рукояти меча. – Барристан Отважный, так его называют. Уже дважды он спасал меня от убийц.

Ксаро бросил беглый взгляд на Селми.

– Барристан Старый, ты сказала? Медвежий рыцарь был моложе и предан тебе.

– Я не желаю говорить о Джорахе Мормонте.

– И не удивительно. Он был груб и волосат. – Купеческий старшина наклонился над столом. – Лучше поговорим о любви, мечтах и желаниях, и о Дейенерис – прекраснейшей женщине в мире. Я пьянею, глядя на тебя.

Напыщенные квартийские любезности были ей не в новинку.

– Если ты пьян, то дело в вине.

– Ни одно вино и вполовину не одурманивает так, как твоя красота. Мой дом кажется пустым как гробница, с тех пор, как Дейенерис покинула его, и все удовольствия Королевы Городов теперь на вкус как пепел. Почему ты оставила меня?

«Меня выгнали из твоего города под страхом смерти».

– Пришло время. Кварт желал, чтобы я ушла.

– Кто? Чистокровные? В их венах течёт вода. Гильдия Пряностей? У них творог между ушей. А все Бессмертные мертвы. Тебе следовало взять меня в мужья. Я почти уверен, что просил твоей руки. Даже умолял.

– Лишь полсотни раз, – поддразнила его Дени. – Ты слишком легко сдался, милорд. Ведь с тем, что я должна выйти замуж согласны все.

– У кхалиси должен быть кхал, – подтвердила Ирри, вновь наполняя чашу королевы. – Это известно.

– Мне следует попросить снова? – спросил Ксаро. – Нет, я знаю эту улыбку. Жестокая королева, играющая сердцами мужчин. Простые купцы вроде меня – лишь булыжник под твоими расшитыми самоцветами сандалиями.

Одинокая слеза медленно скатилась по его бледной щеке.

Дени слишком хорошо его знала, чтобы растрогаться. Квартийские мужчины могли расплакаться в любой момент по собственному желанию.