Джордж Гордон Байрон – Чайльд Гарольд (страница 10)

Беда пренебрегать ее защитой, — Кинжал остер, удар неотразим! Давно б враги уж были перебиты, Когда бы мог кинжал, под платьем скрытый, Зазубрить вражий меч иль скрыть орудий дым. На выступах высоких скал Морены Орудья смертоносные блестят; Здесь новых укреплений видны стены, А там ряды зловещих палисад; Все войско под ружьем; спустив запруду, Глубокий ров наполнили водой; Ждут приступа; глядя на ядер груду,[48] На часовых, расставленных повсюду, Не трудно отгадать, что скоро грянет бой. Властитель, расшатавший в мире троны, Еще не подал знака; медлит он, Но скоро в ход он пустит легионы, Что ни преград не знают, ни препон; Вести борьбу напрасны все усилья С бичом судьбы. Испанцы! близок час, Когда над вами гальский коршун крылья Победно развернет, суля насилья И целым сонмищем сродняя с смертью вас! Ужель должны отвага, юность, сила Погибнуть, чтобы славой громких дел Гордиться мог тиран?[49] Ужель могила Иль рабства гнет Испании удел? Ужель напрасны вопли и моленья? Ужель спасти Испанию от бед Не могут ни героя увлеченья, Ни юности отважные стремленья, Ни патриота пыл, ни мудрости совет? Испанки позабыли звон гитары; Вступив в ряды солдат, лишь гимн войне Они поют. Как метки их удары! Разя врагов, летят вперед они… Вид легкой раны, крик совы, бывало, Их приводили в дрожь; теперь ни меч, Ни острый штык их не страшат нимало; Там, где бы даже Марсу страшно стало, Они Минервами идут средь грома сеч… Когда б вы Сарогоссы деву знали В то время как светило счастье ей, Когда б ее глаза черней вуали Вы видели и шелк ее кудрей, Когда б ваш слух ее ласкали речи, — Вы не могли б поверить, что с враждой Она искать с войсками будет встречи И с ними, не страшась опасной сечи, Близ сарогосских стен в кровавый вступит бой. Ее любовник пал, – она не плачет;[50] Пал вождь, – она становится вождем… Удерживает трусов; храбро скачет Пред войском, чтобы с дрогнувшим врагом Покончить; отомстить она сумеет За друга и за павшего вождя; Она бойцов лучом надежды греет; Пред нею галл трепещет и бледнеет, Средь стен разрушенных оплота не найдя. Не потому отважна так испанка, Что амазонки в ней струится кровь, — О, нет, ее услада и приманка — Исполненная страстности любовь. Она разит врагов, но так злодею За гибель голубка голубка мстит.