Джордж Бёрд Гриннелл – Рассказы из вигвамов черноногих. Истории жителей прерий (страница 3)

Вскоре он снова положил руку на ногу и провёл вверх. Он коснулся живота человека. Он был тёплым. Он нащупал грудь и почувствовал, как она поднимается и опускается при дыхании, а сердце быстро бьётся. Но человек не двигался. Может быть, он боялся. Может быть, он думал, что это призрак.

Теперь Совиный Медведь знал, что этот человек не умер. Он решил, что попытается узнать, кто это, потому что не боялся. На сердце у него было грустно. Его народ и родственники бросили его, и он решил отдать своё тело Змеям. Поэтому он начал и ощупал всего человека – его лицо, волосы, одежду, штаны, пояс, оружие – пока не ощупал его всего. Он не мог сказать, был ли это кто-то из его народа, или нет.

Вскоре этот странный человек сел и ощупал Совиного Медведя, а когда закончил, взял пиегана за ладонь, разжал её и поднял вверх, помахивая ею из стороны в сторону и спрашивая знаками:

– Кто ты?

Совиный Медведь приложил свою закрытую ладонь к щеке человека и потер её; так он сказал на языке жестов: «Пиеган!» – а затем спросил человека, кто он такой. Тот приложил палец к его груди и провёл по ней зигзагом. Это означало «Змея».

– Хай ях! – подумал Совиный Медведь. – Змея, мой враг.

Долгое время он сидел неподвижно, размышляя. Наконец он вытащил из-за пояса нож, вложил его в руку Змеи и знаками сказал:

– Убей меня!

Он ждал. Он думал, что скоро его сердце будет пронзено. Он хотел умереть. Зачем жить? Его народ покинул его.

Тогда Змея взял Совиного Медведя за руку, вложил в неё нож и дал понять Совиному Медведю, что это он должен пронзить его сердце, но пиеган не стал этого делать. Он лёг, и Змея лёг рядом с ним. Может быть, они уснули. Скорее всего, нет.

Так прошла ночь, и наступило утро. Стало светло, и они выползли из пещеры и долго разговаривали на языке знаков. Совиный Медведь рассказал Змее, откуда он пришёл, как его сородичи увидели плохой сон и бросили его, и что он идёт один, чтобы отдать своё тело Змеям.

Тогда Змея сказал:

– Я тоже собирался на войну. Я собирался воевать с пиеганами. Теперь я закончил. Ты вождь?

– Я главный вождь, – ответил Совиный Медведь. – Я веду. Все остальные следуют за мной.

– Я такой же, как ты, – сказал Змея. – Я вождь. Ты мне нравишься. Ты храбр. Ты отдал мне свой нож, чтобы я тебя убил. Что в твоём сердце? Заключат ли Змеи и пиеганы мир?

– Твои слова хороши, – ответил Совиный Медведь. – Я рад.

– Сколько ночей тебе понадобится, чтобы вернуться домой и возвратиться сюда со своим народом? – спросил Змея.

Совиный Медведь подумал и подсчитал.

– Через двадцать пять ночей, – ответил он, – пиеганы поставят лагерь у того ручья.

– Мой путь, – сказал Змея, – лежит через горы. Я постараюсь быть здесь через двадцать пять ночей, но я разобью лагерь со своим народом сразу за первой горой. Когда ты придёшь сюда с пиеганами, приходи с одной из своих жён и останьтесь со мной на всю ночь. Утром Змеи уйдут и поставят свои вигвамы рядом с пиеганами.

– Как скажешь, – ответил вождь, – так и будет.

Затем они развели костёр, приготовили немного мяса и поели вместе.

– Мне стыдно возвращаться домой, – сказал Совиный Медведь. – Я не добыл ни лошадей, ни скальпов. Позволь мне отрезать твои косы?

– Возьми их, – сказал Змея.

Совиный Медведь отрезал косы вождя у самой головы, а Змея отрезал косы у пиегана. Затем они поменялись одеждой и оружием и отправились в путь: пиеган на север, Змея на юг.

III

– Совиный Медведь пришёл! Совиный Медведь пришёл! – кричали люди.

Воины бросились в его вигвам. Ух ты! как быстро он наполнился! Сотни людей стояли снаружи, ожидая новостей.

Вождь долго молчал. Он всё ещё был зол на свой народ. Один старик говорил, рассказывая новости лагеря. Совиный Медведь не смотрел на него. Он поел и отдохнул. В вигваме было много тех, кто отправился с ним в поход. Теперь им было стыдно. Они тоже молчали, глядя на огонь. Через некоторое время вождь сказал:

– Я отправился в путь один. Я встретил Змею. Я взял его скальп, одежду и оружие. Смотрите, вот его скальп! – и он поднял вверх две косы.

Никто не проронил ни слова, но вождь заметил, как они переглянулись и слегка улыбнулись. Вскоре они вышли и сказали друг другу:

– Что за ложь! Это не скальп врага, на нём нет плоти. Он обокрал какого-то мертвеца.

Кто-то передал вождю их слова, но он лишь рассмеялся и ответил:

– Мне всё равно. Они слишком боялись даже ограбить мертвеца. Им следовало бы носить женские платья.

Ближе к закату Совиный Медведь подозвал лошадь и проехал через весь лагерь, чтобы все слышали, и кричал:

– Слушайте! Слушайте! Завтра мы переносим лагерь. Мы отправляемся на юг. Пиеганы и Змеи собираются заключить мир. Если кто-то откажется идти, я убью его. Все должны идти.

Тогда к нему подошёл старый шаман и сказал:

– Кай, Совиный Медведь! Послушай меня. Зачем так говорить? Ты же знаешь, что мы не боимся Змей. Разве мы не сражались с ними и не прогнали их из этой страны? Думаешь, мы боимся встретиться с ними? Нет. Мы пойдём и заключим с ними мир, как ты и сказал, а если они захотят сражаться, мы будем сражаться. Теперь ты злишься на тех, кто отправился с тобой в поход. Не злись. Сны принадлежат Солнцу. Он дал их нам, чтобы мы могли видеть будущее и знать, что произойдёт. Пиеганы не трусы. Их сны велели им повернуть назад. Так что больше не злись на них.

– В твоих словах есть доля правды, старик, – ответил Совиный Медведь. – Я запомню твои слова.

IV

В те дни пиеганы были великим племенем. Когда они путешествовали, если вы были в голове колонны, то не видели тех, кто был в её конце – так далеко они отставали. У них было столько лошадей, что они не могли их сосчитать, поэтому каждый день они меняли лошадей и ехали очень быстро. На двадцать четвёртый день они добрались до места, где, как сказал Совиный Медведь Змее, они разобьют лагерь, и поставили свои вигвамы вдоль ручья. Вскоре пришли несколько молодых людей и сказали, что видели свежие следы лошадей, ведущие к горе.

– Должно быть, это Змеи, – сказал вождь, – они уже прибыли, хотя ещё не наступила ночь.

Он позвал одну из своих жён, и они, сев на лошадей, отправились на поиски лагеря Змей. Они поднялись по склону горы и вскоре увидели вигвамы. Это был большой лагерь. Каждое открытое место в долине было заставлено вигвамами, а на холмах было полно лошадей, потому что у Змей было гораздо больше лошадей, чем у пиеганов.

Некоторые из Змей увидели приближающихся пиеганов и побежали к вождю, говоря:

– Мы заметили двоих чужаков, они идут сюда. Что будем делать?

– Не причиняйте им вреда, – ответил вождь. – Они мои друзья. Я их ждал.

Тогда Змеи удивились, потому что вождь ничего не рассказывал им о своём военном походе.

Когда Совиный Медведь прибыл в лагерь, он знаками спросил, где вигвам вождя, и ему указали на вигвам в центре. Он был маленьким и старым. Пиеган слез с коня, и вождь Змей вышел, обнял его, поцеловал и сказал:

– Я рад, что ты сегодня пришел в мой вигвам. И мой народ тоже рад. Ты устал. Войди в мой вигвам, и мы поедим.

Они вошли внутрь, и многие Змеи тоже вошли, и они устроили большой пир.

Тогда вождь Змей рассказал своим людям, как он встретил пиегана и каким храбрым тот был, и что теперь они собираются заключить великий мир. Он послал нескольких человек, чтобы они рассказали об этом людям, чтобы они были готовы к тому, что утром придётся покинуть лагерь. Наступил вечер. Повсюду люди кричали, зовя на пир, и вождь привёл к ним Совиного Медведя. Они вернулись очень поздно. Тогда Змея велел одной из своих жён постелить постель в задней части вигвама, и когда она была готова, он сказал:

– Вот, друг мой, твоя постель. Теперь это твой вигвам; и женщина, которая постелила постель, теперь твоя жена; и всё в этом вигваме твоё. Попоны, сёдла, еда, одежды, чаши – всё твоё. Я отдаю это тебе, потому что ты мой друг и храбрый человек.

– Ты слишком много мне даёшь, – ответил Совиный Медведь. – Мне стыдно, но я принимаю твои слова. У меня нет ничего, кроме одной жены. Она твоя.

На следующее утро лагерь был снят рано. Привели лошадей, и вождь Змей отдал Совиному Медведю весь свой табун – двести голов, все крупные, сильные лошади.

Теперь все были готовы, и вожди двинулись вперёд. За ними следовали все воины, сотни и сотни воинов, а последними шли женщины и дети, а также юноши, ведущие свободных лошадей. Когда они увидели лагерь пиеганов, все воины вышли им навстречу, одетые в боевые костюмы и распевающие великую военную песню. Ветра не было, и звук разносился по долине и поднимался на холм, словно раскаты грома. Затем запели Змеи, и так обе стороны двинулись вперёд. Наконец они встретились. Пиеганы развернулись и поскакали рядом с ними, и так они добрались до лагеря. Затем они спешились и поцеловались. Каждый пиеган пригласил Змею в свой вигвам, чтобы поесть и отдохнуть, а женщины-Змеи поставили свои вигвамы рядом с вигвамами пиеганов. Так был заключён великий мир.

В вигваме Совиного Медведя был большой пир, и когда они закончили, он сказал своим людям:

– Вот человек, чей скальп я снял. Я сказал, что убил его? Нет. Я дал ему свой нож и сказал убить меня. Он не стал этого делать; и он дал мне свой нож, но я не стал его убивать. Итак, мы вместе обсудили, что нам следует делать, и теперь мы заключили мир. А теперь (поворачиваясь к Змее) это твой вигвам, а также все вещи в нём. Своих лошадей я тоже отдаю тебе. Всё это твоё.