Джордан Питерсон – Диалог с Богом. История противостояния и взаимодействия человечества с Творцом (страница 47)

Подсказку в понимании того, как в Библии отражен упадок женственности в хаос, мы найдем, изучив общий, единый и контекстуальный мотив жизни в Вавилоне – обители разврата, где пребывает матриарх всех блудниц: «И жена облечена была в порфиру и багряницу, украшена золотом, драгоценными камнями и жемчугом, и держала золотую чашу в руке своей, наполненную мерзостями и нечистотою блуда ее. И на челе ее написано имя: тайна, Вавилон великий, мать блудницам и мерзостям земным» (Откр 17:4–5). В конце концов все, кто населяет великое, но ложное здание – и мужчины, и женщины – теряют способность к общению. Что происходит, когда патриархат вырождается, теряет единство, обесценивается и становится греховным? Свои высшие цели утрачивает и матриархат; он распадается и регрессирует, подпадая под воздействие двух сил – жажды власти и гедонизма, неизбежно возникающих, когда Бог, законно правящий наверху, умирает, пусть и на время.

Вавилонская блудница – это дух, который проявляет свое присутствие и даже почитается, когда женская сексуальность по воле ее обладательниц становится орудием манипуляции, заигрываний и сиюминутного гедонистического самоудовлетворения. Вырождение женственности в секс, превращенный в товар – это неизбежное следствие морального краха мужчин, хотя она и не задумана как дар, удел которого – быть брошенным к ногам последних. Такая склонность – аналог искушений люциферианского интеллекта. Невероятная сексапильность здоровых красивых женщин – это дар или талант, реализация которого, как и у интеллекта, может оказаться чудовищно неправильной. Конечно, вероятность этого гораздо выше там, где мужчины отказались от своей ответственности – в частности от обязанности соблюдать священные предписания моногамии, – и женщины ищут замену в случайном удовольствии и в поклонении силе, которая делает такое удовольствие, по крайней мере временно, более доступным (хотя лишь для немногих, да и для них оно, в конечном счете, шатко и ненадежно). Это не преуменьшает соучастия женщин: искушение выставлять себя напоказ и извлекать выгоду из привлекательности, независимо от последствий, будущих и социальных – это явный и заметный признак женской манипулятивности и инфантильности. Черты «темной триады» или «темной тетрады», описанные выше для мужчин, также предсказывают, например, женскую склонность торговать своим телом за желаемые ресурсы (в самом прямом случае – за деньги) или избегать ответственности за продолжение рода человеческого в браке и материнстве.

Рассмотрение антитетических отношений – в плане символизма – между образом Вавилонской блудницы и традиционным идеалом женской природы поможет еще лучше понять сущность вырождения государства с патологической целью. Конечно же, традиционный идеал – это Дева и Младенец. Общество, которое поклоняется Деве и отказывается от Младенца, видит в женственности лишь неоспоримую и грубую сексуальность (труд не способен проявить истинно женскую сущность, и насколько бы хорошо женщины ни справлялись с принятыми обязанностями, на рабочем месте их будут воспринимать лишь как мужчин, работающих на общественных началах). Общество, в котором к девственницам относятся с почетом, напротив, возвышает статус женщин, добровольно отказавшихся от манипулятивного и корыстного использования своей сексапильности. Общество, которое идет еще дальше, прославив священный дуэт женщины и ребенка (по-настоящему разумный подход), ориентировано на долгосрочную перспективу и стремится к стабильным социальным отношениям, которые идеально подходят для детей, а также, с учетом всех соображений, в полной мере удовлетворяют самые сокровенные потребности мужчин и женщин.

Но как понять это выражение – «c учетом всех соображений»? Что именно нам стоит учесть? То, что брак, в котором заинтересованы оба, призван обеспечивать психологическую целостность и стабильность и быть постоянным диалогом и танцем. То, что нам необходимо всеми силами создавать плодотворное, мирное и гостеприимное общество, в котором пары, связавшие себя обязательством, служат ему необходимой основой. При всех иных договоренностях семейная лодка обречена дрейфовать, треща по швам, и это ужасно. Осмысление женственности как явления, имеющего реляционный характер (иными словами, понимание того, что женщина в некотором фундаментальном смысле неотделима от младенца – и, следовательно, от мужа) – это важнейший элемент функционального общества. Есть все основания считать, что при отсутствии такого осмысления психика мужчин и женщин не может развиваться и распадается. Что же, выходит, «одинокая женщина» – это персона нон грата? Не больше и не меньше, чем «одинокий мужчина».

Здесь будет уместен комментарий английского священнослужителя и известного библеиста Чарльза Джона Элликотта (1819–1905):

Иеремия назвал Вавилон «золотой чашею в руке Господа» (Иер 51:7). Чаша опьянила всю землю; чаша с отравой, роскошная, влекущая, была полна злой силы, забиравшей мужские чувства и разлагающей мужчин. Великий город мира извечно подает эту блистающую чашу. «Увы, воздержность свойственна немногим! [Кто] согласится жажду утолить – его лицо, подобье лика божья, становится немедля мордой тигра, медведя, волка, вепря иль козла, хоть тело остается человечьим».

О каких же «звериных мордах» здесь говорится? Это истинная идентичность, скрытая за маской поверхностной сексапильности, монетизируемой в современном мире так часто и в самых разнообразных формах – все это производится, распространяется и покупается технологическими детьми Каина. Вся власть такого греха и его всеохватная природа раскрыты в соответствующих текстах, а также другими сложными способами. Во-первых, это связь между Вавилоном и блудом как таковым, на которую мы уже ссылались: уничижение и эксплуатация женщин (другими и ими самими), особенно на сексуальном фронте, связаны в Библии, а затем, более явно, в комментариях к ней, с возрастанием гордого и технократического духа Вавилона. Об этом вполне стоит задуматься в наше время, когда технология объединилась с проституцией таким образом, что это стало своего рода извращенным чудом. Около четверти всего интернет-трафика связано с распространением порнографических материалов. Нет никаких сомнений в том, что это – технологически опосредованное подчинение женственности гедонистическому и узко экономическому, а если взглянуть еще глубже, это союз проститутки (или ее виртуальных эквивалентов) с ужасным духом надменной безответственности, характерным для строителей вечного Вавилона. Именно возможность широкого доступа к порнографии стала одним из движущих факторов как для развития, так и для повсеместного восторженного принятия всемирной паутины, свершившегося в мгновение ока.

Как прав был Зигмунд Фрейд, настоятельно повторяя, что нельзя недооценивать роль сексуальной мотивации в поведении людей, каким бы сложным оно ни казалось! В этом отношении важно и, конечно, не случайно то, что именно инженеры так отчаянно пытаются в прямом смысле создать себе женщин, поскольку женщины их просто не желают и никогда к ним добровольно не придут, и эта неспособность стать предметом вожделения, столь часто пародируемая и, по сути, суженная до предела, становится еще более отвратительной из-за их ужасающей интеллектуальной гордыни, замешанной на обиде. Именно инженеры создали системы, приводящие современных вавилонских блудниц-суккубов и их неосязаемые прелести на ноутбуки, липкие от пальцев техно-инцелов, не выходящих из своих подвальных жилищ. Здесь подойдет еще один комментарий Элликотта на соответствующий отрывок из книги Откровения 18:24:

«Не только в соблазне мера ее вины – руки ее осквернены кровью: кровью пророков, которые свидетельствовали против нее; святых, чья святая жизнь была восстанием против ее грехов и была ей столь ненавистна… Вавилон, мировой город, основан на принципах, из которых логически проистекают насилие, кровопролитие и враждебность к высшему закону; многие ли погибли от рук ее или малая часть, они свидетельствуют о том, что вся ее власть противится святости и истине».

Сам Христос винит и попрекает тех, кто ложно хвалится своей мнимой добродетелью – и поступает вопреки духу, на следование которому они притязают:

Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что строите гробницы пророкам и украшаете памятники праведников,

И говорите: если бы мы были во дни отцов наших, то не были бы сообщниками их в пролитии крови пророков;

таким образом вы сами против себя свидетельствуете, что вы сыновья тех, которые избили пророков.

Дополняйте же меру отцов ваших [альтернатива: «Давайте же, закончите то, что начали ваши предки» (New International Version)]

Грешники, порицаемые Христом – это те, кто сознательно преступил таинственную третью заповедь («Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно; ибо Господь не оставит без наказания того, кто произносит имя Его напрасно» [Исх 20:7]). Как мы уже говорили, она запрещает притязание на божественную добродетель или служение Богу, когда стремление исключительно эгоистично; кроме того, она запрещает ниспровергать высшее и подменять его чем-то иным, видя во всем лишь орудия и средства и действуя хитрыми и коварными путями. Так же, как фарисеи грешат против духа Божьего, который они клялись поддерживать, тем самым «убивая» этот дух – или, метафорически, пророков, которые несли его послание, – деяния вавилонской блудницы настолько сильно нарушают принципы главного объединяющего духа, что верно изобразить их как пьяную кровожадность.