Джонатан Джэнз – Летящие в ночи (страница 60)

Снова загрохотали пулеметчики Риггса, и один из них смог попасть прямо в дерево, развалив его пополам.

Даже видя монстров, эти сволочи все равно решили стрелять по нам. Видимо, заставить нас навсегда замолчать хотели больше, чем жить. Уроды.

– Уилл! – закричала Пич.

Я вспомнил о поваленном дереве на нашем пути, в которое мы с Пич могли вот-вот врезаться. Когда мы приблизились к нему, я увидел пару слизней, прогрызших поверхность. Я не мог нырнуть под вяз, не с Пич на руках. Не мог даже свернуть влево, потому что пулеметчик с запада вел по нам огонь.

Я подпрыгнул.

Мы пробыли в воздухе пару секунд, а может, и больше, но, даже когда приземлились на бархатистую почву, я понял, какой невозможный трюк провернул. Как я умудрился перемахнуть через это дерево высотой в полтора метра? Тем более с семилетним ребенком на руках, пусть даже и худым?

Словно вторя моему удивлению, Пич спросила:

– Как ты смог так высоко прыгнуть? – Но я проигнорировал ее, переключив внимание на Мию. Она, судя по всему тоже заметившая мой героический прыжок, смотрела на меня со смесью страха и изумления.

– Не останавливайся! – крикнул я. Листья низко нависшего дуба заплясали, когда горячие пули пробили их насквозь.

Стрельба прекратилась, и раздался чей-то визг. Через пару секунд другой пулемет в последний раз укоризненно кашлянул, и еще один солдат начал причитать.

Больше они ничего не могли сделать.

Дети отвоевали Мирную Долину.

Я пробежал не так далеко, но и это расстояние показалось мне километрами. У меня болела спина от ношения Пич, а адреналин, который позволил мне перепрыгнуть через поваленное дерево, иссяк, так что я совсем выдохся.

Позади я услышал, как Пьер и Анита торопят семейство Марли. У отца Барли сильно кровоточил локоть. У мамы – бедро. Они и так никогда не отличались особой физической подготовкой. А сейчас, получив ранения, бежали совсем плохо.

– Я могу бежать сама, – предложила Пич, и, усаживая ее на землю, я еле подавил позорное «слава богу».

Хаддад крикнул:

– Сюда!

Мия встала по другую сторону от Пич, и, хотя в мое сердце закралось страшное предчувствие, я не мог не благодарить ее за то, что она поставила безопасность моей сестры превыше своей. Правда, вслух сказать об этом не успел.

Сзади раздался голос:

– Почти пришли.

Я обернулся. Пьер мне улыбнулся.

– Ну и ну, посмотри на себя. В последний раз ты так разволновался, когда я сказал, что «Кабс» не справятся с игрой на вылет.

– Не напоминай. – Я едва смог скрыть ухмылку.

– Вот и укрытие! – сказала Мия.

Деревья поредели. Я мог различить не только выкрашенные в коричневый цвет бревна, из которых состояло убежище, но и асфальт, который приобрел оттенок сланца в мрачном полуденном свете.

Пьер задержался, чтобы дождаться Марли. Впереди нас Хаддад вышел из леса. Я хотел сказать ему, что не стоит идти в сторону убежища, что прятаться внутри сейчас равноценно самоубийству. Нас атаковало слишком много тварей, а помощи ждать было неоткуда.

Но тут мои мысли оборвал истошный крик. Дети приближались.

Мия, Пич и я прорвались сквозь завесу листьев, наши ботинки зашлепали по асфальту.

Хаддад прогрохотал по тротуару между убежищем и парковкой, и я подумал: «Нам надо к машинам! Не внутрь!»

Но Хаддад пошел к машинам даже без моих подсказок.

Однако в следующее мгновение я понял, что это, скорее всего, ошибка. Только в кино люди оставляют ключи в замке зажигания или – не менее наивно – в бардачке.

Хаддад распахнул дверцу джипа.

– Залезайте! – крикнул он.

Мы поспешили к выбранному им автомобилю. Мия забралась на заднее сиденье, а следующей села запыхавшаяся Пич. Вместо того чтобы сесть рядом с Хаддадом впереди, я тоже сел назад, и в итоге мы с Мией оказались по бокам от Пич.

– Ключи внутри?

– Риггс знал, что им придется уезжать в спешке. – Хаддад завел мотор. – А в итоге уезжаем отсюда мы. Иронично, не находите?

Вот черт. А ведь звучит логично. Да, нам чертовски повезло. Но все равно же звучит как что-то, что могло бы произойти в реальной жизни.

Пьер, семья Марли и Анита тоже вышли из леса. Это зрелище меня не обрадовало. Судя по количеству крови, пропитавшей бок отца Барли, его рана была серьезнее, чем я предполагал. Мама Барли передвигалась неуверенно, прижимая руку к пояснице.

Инстинкт потянул меня к ним, но не успела моя кроссовка коснуться асфальта, как кто-то схватил меня за руку.

Пич смотрела на меня круглыми глазами.

– Пожалуйста, не оставляй меня.

Я кивнул и вернулся в машину.

Пьер остановился у первого попавшегося автомобиля – черного джипа без крыши и окон – и заглянул внутрь. Очевидно удовлетворенный увиденным, он открыл эту дверь, затем заднюю. Тем временем, шаркая, подошли Анита и Марли. Пьер помог мистеру и миссис Марли забраться на заднее сиденье, пока Анита заводила двигатель. Барли забрался на сиденье рядом с мамой, а Пьер сел впереди.

За секунду до того, как он закрыл дверь, я заметил темное пятно крови на его боку, чуть выше пояса.

Только не это.

Хаддад подождал, пока джип с нашими товарищами начнет движение, а затем завел машину и вырвался вперед. Я выглянул в окно, уверенный, что Дети вот-вот выползут из леса, но пока казалось, что мы в безопасности.

Я размышлял об этом, когда мое окно разбилось вдребезги.

Это было так неожиданно, что я не успел вскинуть руки, но зато успел закрыть глаза, прежде чем в меня полетели осколки стекла. Только благодаря этому я не потерял зрение.

– Отдайте мне пистолет, – прорычала Мия.

– Нет времени, – ответил Хаддад.

Мия яростно смотрела в заднее окно, удерживая обеими руками Пич внизу, вне пределов досягаемости выстрелов. Хотя в глазах у меня помутилось, а мы уже приближались к повороту, я мельком увидел пару человек, бегущих к черному «Хаммеру».

Ну конечно. Риггс и Кастро.

Они забрались в «Хаммер», а затем – хотя я не мог быть уверен – мне показалось, что за ними мелькнула еще одна фигура. Наш джип с грохотом скрылся за поворотом, и я потерял из виду и другой джип, и «Хаммер».

– Все хорошо, Пич, – сказала Мия, поглаживая волосы моей сестры, – но пока полежи согнувшись.

Я положил руку на спину Пич и подумал, вот оно каково – быть родителем: ты хочешь защитить свою семью, но, как ни старайся, сделать этого не сможешь.

Но я быстро отбросил эту печальную мысль. Впереди с обеих сторон подступал лес. Узкое асфальтовое полотно теперь казалось однополосной дорогой. Лес тянулся к нам, ветви жаждали вцепиться в нас когтями, увлечь в темноту. В голове мелькали слухи о резне в Мирной Долине. Двести человек убиты. Еще больше пропало без вести. Ужасная кровавая бойня.

И тут я вспомнил, что случилось в прошлом году. Как Дети забрали Криса и Ребекку. Безжалостные твари обращались с ними как с игрушками. Монстры с отвратительными белыми лицами пожирали моих друзей, упиваясь их страданиями.

Хватит. Через десять минут мы все будем в безопасности. Конечно, придется иметь дело с Риггсом и Кастро, но мы хотя бы будем вне зоны досягаемости Детей.

«А как же Ночные ужасы?» – напомнил мне голос.

От этой мысли у меня перехватило дыхание. Я задрожал и попытался побороть нарастающий страх. Нет, я не мог сказать наверняка, что Ночные ужасы охотятся исключительно по ночам, но мои встречи с ними происходили именно ночью – или, по крайней мере, в сумерках.

– Уилл?

Я проследил за взглядом Мии, направленным на что-то впереди нас, в конце длинной прямой дороги.

Что-то среди деревьев.

– Эй, полковник? – позвал я Хаддада. Мия увидела – и вслед за ней разглядел и я – качающийся клен, достаточно большой, чтобы при падении раздавить человека.

Ну или хотя бы перегородить дорогу.