Джон Ширли – Разорванный круг (страница 44)
Но Ковенант и Высшее Милосердие – ничего другого он не знал, и другие члены Ковенанта знали не больше, чем он.
И ему казалось, что Истина подвергает их всех серьезнейшей опасности, совершится или нет великое странствие. А если начнется гражданская война, то будет ли вообще возможно великое странствие?
– Г’торик, – сказал наконец Зо, – я рискую жизнью, говоря вам все это, потому что, как мне кажется, сан’шайуум недолго продержатся без вашего народа. Никто из нас не выживет против Потопа и землян без единства.
– Да будет так. Кое-кого из нас предупредят, и мы составим необходимый план на случай непредвиденных обстоятельств, как вы советуете.
Ореол Дельта
Центр управления
2552 г. н. э.
Девятый Век Восстановления
Выйдя из гравитационного лифта «Фантома», Г’торик в волнении задрал голову и посмотрел на Палату рукоположений – громадный центр управления Ореолом Дельта. Своими формами центр соответствовал названию: по крайней мере, внешне походил на храм больше, чем какой-либо модуль, контролирующий работу механизмов. Вычурные стены из серебристо-серого сплава сходились к замысловатой формы куполу, из которого торчала башня – точка фокуса энергий, которые активируют Ореол и начнут просвещение, открывающее дверь к самому великому странствию.
Посетив священное кольцо, он не переставал ему поражаться. Во-первых, прилетев на крейсере, Г’торик узрел Ореол «во плоти», ну или хотя бы часть его, из космоса – ему казалось невероятным, что он видит священное кольцо невооруженным глазом. Огромный объект удерживался на орбите голубого газового гиганта – орбите, что представляла собой идеальный круг, внутри которого и располагалась планета. Определенно ни один смертный не мог создать такое. Он никогда не был особенно религиозным сангхейли, но стоило взглянуть на Ореол в иллюминатор, и Г’торика бросало в дрожь от этого чуда.
Они подошли поближе, и он сумел разглядеть волокнистые облака и более широкие белые полосы над землей внутри кольца; крапчатые облака местами расходились, и тогда можно было увидеть воду, сооружения, холмы и долины – работу богов. Поразительно.
Потом его вызвали исполнять функцию, ради которой он и оказался здесь, – охрану верховного советника Торга ‘Грансами. Обычно элиты его статуса не привлекались для охраны верховных советников, традиционно эта церемониальная функция исполнялась почетной стражей. Но теперь почетными стражами стали джиралханаи, а элиты предпочитали не пользоваться их услугами.
Положение вещей было далеко от нормального: почетная стража сангхейли перестала существовать.
После тревожного разговора с Зо сгустились зловещие тучи. Верховные пророки истины и милосердия, ссылаясь на смерть Раскаяния и колоссальное поражение, имевшее место на священном кольце, публично передали функции почетной стражи джиралханаям, совершив односторонний шаг без одобрения совета. В ответ некоторые сангхейли в Верховном совете пригрозили отставкой, тогда как другие сочли необходимым прибыть сюда, на кольцо, и подготовить Палату рукоположений к священной иконе. И все же пока еще оставалась опасность, что верховный пророк истины совершит последний шаг, которого опасался Зо, и в любую минуту начнется гражданская война.
А кроме того, был и Потоп.
Г’торик наблюдал на мониторе, как Потоп встретили в карантинной зоне – громадной низкотемпературной территории между массивными герметизирующими стенами кольца и центральным помещением священной иконы – месте на этом Ореоле, отведенном Ковенантом под хранилище судьбы. Икона была ключом к активации Ореола. Без нее кольцо не смогло бы соответствовать цели. Всего несколько часов назад иерархи прислали небольшую специальную команду для извлечения иконы, но с тех пор от членов этой экспедиции не поступало никаких сообщений. Неужели они погибли в опустошительной волне Потопа?
Г’торик знал: после введения в действие священной иконы, активации Ореола из центра управления, все нечистое будет выжжено – а нечистое наверняка включает и паразитов – и благочестивые верующие Ковенанта перенесутся в божественное царство. Одно это действие могло предотвратить угрозу войны, о которой предупреждал Зо.
На мгновение Г’торик задумался: а что же значит «благочестивые верующие Ковенанта»?
И теперь он шагал за Торгом ‘Грансами, который, в армированной одежде и высоком шлеме, возглавлял направляющуюся в Палату рукоположений колонну верховных советников сангхейли и группу других элит, служивших прежде почетной стражей. Г’торик устыдился, когда подумал о собственных сомнениях… но да, они все еще беспокоили его. Разве это невероятное творение, Ореол, не является доказательством реальности великого странствия? Пророки утверждали, что является.
Они перешли на мост, нависающий над широким водным потоком близ ряда каньонов, – центр управления стоял на гигантской основе с большими дверями, открывающимися в узкий коридор, некое подобие вестибюля, а дальше в центральную Палату, где к пульту управления сходились другие мостообразные сооружения. Сюда перенесут священную икону, которая и активирует Ореол, чтобы начался путь к великому странствию.
Торг ‘Грансами удивленно огляделся.
– Где сан’шайуум, Г’торик? – пробормотал он. – Они должны появиться одновременно с нами для церемонии активации…
Тот же вопрос пришел и в голову Г’торику.
– Я думал, вы знаете.
– Ключ у сан’шайуум, священная икона – они заявили, что ее взял Тартарус, а он и те, кто пошел с ним, застряли в Потопе. Вероятно, они задержались. Мы подождем, мы ждали много веков, в конечном счете весь наш народ ждал этой минуты…
Они прождали еще долго, роптали, бросали благоговейный взгляд на панель управления. Г’торик все время спрашивал себя, не является ли пощипывание у него на загривке следствием внимания к нему богов? Не присутствуют ли они здесь, пусть и невидимые, не наблюдают ли?
Наконец они услышали топот.
– Смотрите, вот и джиралханаи, – сказал Торг, показывая на крупное подразделение брутов, приближающихся по другому мосту.
Г’торику увиденное ничуть не понравилось. Для церемонии бруты были слишком уж хорошо вооружены.
– Зачем их столько? И где советники-сан’шайуум?..
Он замолчал, увидев, что некоторые джиралханаи вооружены громоздкими баллистическими устройствами собственной конструкции – он таких прежде не встречал. Не об этом ли оружии говорил Зо? Новом оружии, тайно заказанном верховным пророком истины? Брутов вел первый помощник Тартаруса, капитан по имени Мелчус, широкогрудый, покрытый коричневым мехом вождь племени, второй в иерархии. Он нес внушительный гравитационный молот размерами чуть меньше, чем Кулак Рукта, хотя и угрожающий ничуть не в меньшей мере.
И нигде никаких сан’шайуум. Как не было и верховного пророка милосердия. Или верховного пророка истины.
– Похоже, это предательство, – вполголоса сказал Г’торик.
– Чепуха! – с жаром проговорил Торг. – Предательство в таком святом месте – они бы никогда не пошли на это. Вероятно, пророки…
Мелчус взревел и атаковал советников элит.
Другие джиралханаи, сопровождавшие его, поняли знак и согласованно бросились в атаку, окружая сангхейли, которых превосходили числом.
Схватка быстро достигла пика. Две группы перестреливались на открытом пространстве, а потом сошлись в яростной рукопашной в центре моста; джиралханаи жгли, косили, секли ударными волнами, убивали, прежде чем советники успевали достать их энергетическими мечами. Другие элиты могли наносить только легкие раны плазменными винтовками и иглами, тогда как двухклинковые карабины брутов стреляли копьями, пробивавшими энергетические щиты сангхейли и вонзавшимися в открытую плоть. На стороне брутов был и элемент неожиданности, они прижимали элит к контрольному механизму близ отвесного обрыва, уходящего далеко вниз в центр управления. Сангхейли пришли сюда с духовной миссией и не были готовы к такому повороту событий, у них здесь не имелось ни укрытия, ни места для отступления.
Мелчус столкнулся с двумя храбрыми элитами, которые бросились к нему навстречу; их кристаллические игольчатые пули отскакивали от толстых наплечников брута. Мелчус обрушил гравитационный молот на одного стражника, взрывая плоть и кости: другого сбил с ног удар оружия по дорожке, а гравитационная волна сбросила его с моста. Еще один элита набросился на Мелчуса с энергетическим мечом и сделал убийственный замах. Капитан джиралханаев с удивительной для его комплекции быстротой увернулся от удара и, обрушив молот на живот противника, подбросил разломанное тело в воздух. Стражник умер, еще не успев упасть на землю.
– Дядя, прячься за мной! – прокричал Г’торик.
Он бросился к Мелчусу, надеясь, что если ему удастся свалить капитана брутов, то джиралханаи, оставшись без лидера, будут сбиты с толку, а ему удастся вывести советников-сангхейли и, возможно, получить столь отчаянно необходимое преимущество.
Мелчус взвыл от радости и жажды крови, он уложил очередного стражника-сангхейли – тот упал, раненный градом стрел. Стражника добили, а воздух вокруг него полнился криками боли и ярости, шипением и треском оружия, гулким грохотом военных молотов.
Обезумевший от ярости, Г’торик услышал собственный голос:
– Мелчус! Повернись ко мне и умри, предатель!