Джон Ширли – Разорванный круг (страница 29)
Глава 12
Убежище: неисследованный
мир-крепость Предтеч
Стратегический зал
850 г. до н. э.
Век Единения
‘Кролона, ‘Дрема, Гмеззу и Скоринн вызвали в Стратегический зал к Уссе ‘Кселлусу. Терса стоял с Лнур в стороне и внимательно смотрел на них. Вид у ‘Кролона и ‘Дрема был мрачный, у Гмеззы и Скоринн – испуганный.
– Мы не говорили о предательстве, великий Усса, – сказал Гмезза.
Он, припадая на одну ногу, подошел поближе к подиуму, где сидел Усса, полурасслабившись на стуле и внимательно слушая.
Эрника Наносящий Шрамы, чьи глаза метали молнии, встал между ними.
– Все в порядке, Эрника, – сказал Усса, оглядев всех, кто стоял перед ним; его взгляд чуть задержался на Лнур. – Он не вооружен. К тому же я его не боюсь.
– Мы лишь потребовали от него более подробных объяснений, – сказала Скоринн, опустив глаза. – Мы не могли понять почему… До нас доходили слухи… Мы… Я приношу свои извинения, кайдон, что мы не…
– Предательства я не потерплю, – сказал Усса. – Если я здесь вождь, значит слушайте меня. Если меня не принимают, так тому и быть. Но те, кто хочет, чтобы я вел их, должны принять мое слово. Так взаимодействуют клан и кайдон. Но не всякое сомнение может считаться изменой. Иначе нас всех пришлось бы казнить в какую-то минуту. – Он посмотрел на ‘Кролона и ‘Дрема. – Я слышал от Гмеззы и Терсы, что вы двое говорили, будто я планирую уничтожить всех… пустить в расход мир-крепость. Что я планирую пригласить сан’шайуум в союзники.
– Нет, мы этого не говорили, – ровным голосом сказал ‘Кролон. – Нас неправильно поняли. Видимо, шум водопада мешал. Мы слышали, как Терса говорил о методе, которым можно разобрать планету на части – этот мир-крепость, – и мы слышали, как машина, которая называется Несокрушимый Уклон, с симпатией говорила о сан’шайуум. Но больше всего волновались за Терсу, а не за тебя, великий Усса. На самом деле…
– Я, кажется, слышал, как кто-то назвал мое неформальное имя, – раздался голос Несокрушимого Уклона, который тут же и влетел в комнату. Летающий Голос пронесся над головами и завис над возвышением, разглядывая группу, собравшуюся перед Уссой. – Подозреваю, что кое-кто неправильно меня интерпретировал. И не в первый раз.
– Ты теперь знаком с нашими традициями, Несокрушимый Уклон, – сказал Усса, не глядя на аппарат. – Ты знаешь, что` мы считаем нарушением наших правил и тех правил, которые касаются подстрекательства – предательства, измены, опасных уровней нелояльности. В некоторых случаях существуют тонкие грани, но, может быть, ты слышал замечания этих двоих, – он кивнул на ‘Кролона и ‘Дрема, – которые могут попасть в категорию предателей и изменников.
– Если ты дашь мне несколько мгновений, я свяжусь с ячейками наблюдения планеты…
– Ячейки наблюдения? – спросил Усса. – Это что еще такое? Мне такой термин незнаком.
– Я сообщил о них Соолн, – сказал Несокрушимый Уклон. – Ячейки наблюдения организованы коммуникационным центром – камерой чувствительных геометрий. Ячейки внедрены в стены по всей планете. Это было еще одной особой инновацией для планеты, я бы даже сказал – чудом. Пока мы разговаривали, я организовал что-то вроде выборки любопытных наблюдений за двумя интересующими тебя сангхейли.
И Несокрушимый Уклон спроецировал записи голографического наблюдения разговора ‘Кролона и ‘Дрема. Начиналось все с разговора с Терсой в камере чувствительных геометрий, потом последовала запись разговора с ним в зале трапез, включая и высказывания о том, что они при необходимости будут фальсифицировать показания против него. Потом последовал частный разговор между ними в углу спальни, в котором ‘Дрем заметил: «Если мы хотим спасти себя от безумия Уссы, он должен умереть», а ‘Кролон на это ответил: «Говори потише, мой друг. Но скажу тебе: я с тобой согласен. Мы должны организовать народ против него. И кого-то нужно выбрать новым кайдоном. Я думал, что, возможно, и сам гожусь на эту роль…»
– Я выслушал достаточно, – твердо сказал Усса, свирепо глядя на ‘Кролона.
– Но тут еще много чего есть! – сказал Несокрушимый Уклон.
– Мне этого хватает.
– И вы верите этому темному ангелу? – спросил ‘Дрем, отчаянно оглядывая всех. – Машине против истинного сангхейли во плоти? Я знал: в нем есть что-то демоническое. Чувствовал!
– Ах, ‘Дрем, – успокаивающим голосом сказал ‘Кролон, – Усса никогда не будет настолько глупым, чтобы поверить машине, а не его собрату во плоти! Он, естественно, заподозрит, что Летающий Голос сфабриковал эти картинки, эти якобы разговоры, – у этого аппарата есть такие способности.
– Да, у меня есть такие способности, – сказал Несокрушимый Уклон. – Но в этом не было необходимости, поскольку разговоры состоялись в реальности.
– Не может быть, чтобы Предтечи оставили такую штуковину! – закричал ‘Дрем, показывая на машину и одновременно отступая к двери. – Ее оставили… сан’шайуум! Наши враги!
– Эрника, задержи этих двоих, – сказал Усса, показывая на ‘Кролона и ‘Дрема. – Запри их в кладовой номер семь. Мы в самое ближайшее время созовем собрание для утверждения их казни.
– Нет!
‘Дрем развернулся и бросился наутек, Эрника пустился за ним, на ходу доставая пылающий клинок. Он запустил оружие вслед убегающему, и клинок вонзился в спину ‘Дрема; тот упал и, крича, забился в агонии.
Корчи ‘Дрема вызывали отвращение у Терсы. То же самое чувствовал и Усса.
– Эрника, закончи, что начал, – сказал Усса.
Эрника подошел, выдернул раскаленный клинок из ‘Дрема, а потом одним плавным движением отделил голову предателя от тела.
‘Кролон в отчаянии смотрел на происходящее:
– Великий кайдон… я…
– Эрника, возьми часового и отведи этого, который еще жив, в кладовую, – сказал Усса.
Эрника грозно повернулся к ‘Кролону и взмахнул пылающим клинком:
– Иди, я за тобой.
‘Кролон на нетвердых ногах пошел из зала, поскользнулся в луже крови ‘Дрема и чуть не упал в нее лицом.
Эрника подхватил ‘Кролона под руку и, крепко держа, вывел из зала.
– Что касается вас четверых, – сказал Усса, обращаясь к Терсе, Лнур, Гмеззе и Скоринн, – вы должны знать, что, хотя механизм разборки планеты и существует, он не имеет ничего общего с ее уничтожением. – Усса задумался на мгновение, словно не был уверен, что эти слова абсолютно правдивы, потом продолжил: – Вы должны верить мне.
– Я тебе всегда верил, великий Усса, – сказал Терса. – А сегодня убедился, что моя вера покоится на твердой основе.
Усса показал на Гмеззу:
– А ты будь поосторожнее, когда болтаешь с другими… ты и твоя половина!
– Да, кайдон!
– Идите занимайтесь своими делами! Вы четверо меня утомляете. Я хочу поговорить с Несокрушимым Уклоном наедине. Возникли кое-какие новые вопросы…
«Мстительная живучесть»
На орбите Джанджур-Кума
850 г. до н. э.
Век Единения
– Коммандер… мы готовы покинуть орбиту? – нервно спросил Мкен, глядя на монитор сканера.
Пока никаких указаний на атаку с земли не наблюдалось. Но у стоиков было достаточно средств, чтобы представлять опасность для корабля, – может быть, у них даже имелся корабль, не уступающий «Мстительной живучести» и находящийся на той же орбите. В иллюминаторе было видно величественное сияние Джанджур-Кума, но теперь Мкен хотел как можно скорее оставить его в прошлом.
Трок ‘Тангхил чуть сместился в капитанском кресле, чтобы смягчить боль ранения. Пулю из его тела извлекли, нанесли бальзамы на рану, перевязали, но Мкен знал, что старому воину все еще очень больно. Трок прищурился, вглядываясь в приборную панель.
– Я вас предупреждал, ваше высокопреосвященство, – проворчал он, – что у меня нет того опыта, который был у Вервума. Кажется, он заблокировал двигатели. Я думаю, что вскоре смогу отправиться в путь, но…
– Я знаю, ты ранен, Трок, но ты еще и единственный, кто знает достаточно, чтобы пилотировать корабль.
– Я не жаловался на рану, ваше высокопреосвященство, – пробормотал Трок. – Я только говорю, что на это уйдет больше времени.
– Я знаю. Не думай об этом. Просто веди корабль с той скоростью, на которую способен. А я проверю женщин.
Они понизили искусственную гравитацию корабля до уровня гравитации Высшего Милосердия, поэтому Мкен встал с кресла и пешком направился в грузовой отсек корвета, оснащенный для удобства пассажиров.
Он пошел туда, чтобы хоть чем-то занять себя. Его мозг мучили вопросы о люминарии. Он шагал по коридору, а его рука автоматически залезла в карман, где лежал проектор просвещающего видения. Мкен не мог носить люминарий с собой – слишком велик, но просвещающее видение – вполне. Он собирался взять его в офицерский кубрик и снова посмотреть голограмму.
Проектор был вещью бесценной. Времени, в течение которого Мкен наблюдал за люминарием, хватило, чтобы удостовериться: в приборе содержатся галактические координаты легендарных Ореолов, спецификации приборов и их изготовления, а также их происхождение и ограничение по сроку службы. Он прежде не очень вдумывался в эти данные – ему требовалась помощь других пророков, имеющих больший опыт в технологиях священных реликтов. Но почему бы ему в какой-то момент на пути к Высшему Милосердию не обследовать люминарий еще раз? Он по-прежнему хранился в безопасности на десантном корабле в ангаре «Мстительной живучести». Мкен чуть ли не слышал зов люминария.
Он нашел девять женщин надежно пристегнутыми к мягким креслам – четыре с одной стороны и пять с другой вдоль фюзеляжа корабля. Лилумна округлившимися глазами смотрела в иллюминатор на Джанджур-Кум.