Джон Рональд – Устроение средиземья (страница 25)
освободившись от чар со смертью Глорунга, пришла туда и прочла надпись на камне».
Когда Ниэнор-Ниниэль оказывается у водопада Серебряная Чаша, с ней приключается приступ дрожи, как и в более позднем повествовании, в то вре-
мя как в «Сказании» говорится только то, что она преисполнилась ужаса ( .
101, 130). Весьма примечательный факт: утверждение о том, что Ниниэль жда-
ла ребенка от Турамбара, было добавлено в позже, так же, как и в «Сказание»
(см. . 117, прим. 25, 135).
Выше я остановился лишь на тех подробностях, что явственно демонстри-
руют отличие концепции событий от варианта «Сказания». Я не стал приво-
дить множества мелких расхождений (включая огромное количество пропус-
ков), которые, возможно (или даже наверняка), объясняются конспективнос-
тью изложения.
14
Данный раздел повествования в более ранних текстах представлен лишь заключительной частью «Сказания о Турамбаре» ( . 112–116) и «Сказанием о Науглафринге» ( . 221 и далее), где история продолжается. Начало близко воспроизводит финал «Сказания о Турамбаре»: Мелько обвиняет Тингола в малодушии, Хурин, размышляя о словах Мелько, ожесточается душой; Ху-
рин собирает вокруг себя отряд изгоев; из страха перед призраком мертвого дракона никто не дерзает разграбить Нарготронд; в Нарготронде обосновал-
ся Мим; Хурин осыпает Тингола упреками и швыряет золото к его ногам; Ху-
рин уходит прочь. Формулировка касательно судьбы Хурина заимствована из «Сказания», в котором, однако, Хурин умер в Хитлуме, и лишь «тень» его «явилась в леса, ища Мавуин, и долго эти двое обитали в чащах возле водо-
пада Серебряной Чаши, оплакивая своих чад»13.
С этого момента источником (или, точнее, предшествующим вариантом повествования, сохранившимся в письменном виде) является «Сказание о Науглафринге». Здесь невозможно утверждать доподлинно, многое ли из прихотливого сюжета «Сказания» к тому времени было отвергнуто.
Непонятно, находился ли Мим в Нарготронде еще во времена дракона (см.
. 137); неизвестно, были ли изгои отряда Хурина людьми или эльфами (в «Сказании» в результате внесенной правки люди стали эльфами), и нет ника-
ких указаний на то, как именно золото было переправлено в Дориат. В по-
сле убийства Мима изгои исчезают вовсе, и ни словом не упоминается о сра-
жении в Тысяче Пещер, что в «Сказании» привело к возведению кургана пав-
ших, Кум ан-Идрисайт, Кургана Алчности.
Следующая часть «Сказания» (ном-изменник Уфедин и сложные взаи-
моотношения Тингола с ним и с гномами Ногрода, . 223–229) сокращена в до нескольких строк, которые, вероятно, можно счесть предельно сжа-
тым пересказом старого варианта истории, даже при том, что Уфедин здесь вообще не упомянут. В «Сказании», в отличие от , изготовление Ожерелья в просьбу короля не входило: самая мысль о нем зародилась 41–31§§САМЫЙ РАННИЙ «СИЛЬМАРИЛЛИОН» 61
13 УС , стр. 115.
14 УС , стр. 226.
в голове Уфедина, пока тот находился в плену, – как о приманке, «дабы вер-
нее завлечь короля в сети» ( . 226)14; но и это тоже можно списать на крат-
кость изложения. Однако, как мне кажется, на самом деле отец решил сокра-
тить и упростить рассказ, и вся сюжетная линия Уфедина была отвергнута.
Проблема вступления гномьей армии в Дориат, защищенный Поясом Ме-
лиан, по-прежнему решается с помощью все того же – слишком простого –приема, см. . 250, – то есть посредством «нескольких номов-предателей» (в «Сказании» предатель был только один); сохраняется мотив убийства Тинго-
ла во время охоты; и, как и в «Сказании», Мелиан, которой никто не в силах повредить, покидает Тысячу Пещер и отправляется искать Берена и Лутиэн.
И хотя напрямую этого не утверждается, скорее всего, в этой версии вести и предостережение Берену принесла Мелиан (именно таков сюжет «Квенты», стр. 134). В «Сказании» известия о нападении на Артанор и о смерти Тинве-
линта Берену и Лутиэн доставил Хуан; а Уфедин, бежавший прочь от гномье-
го воинства (после неудачной попытки умертвить Наугладура и украсть Науг-
лафринг и после убийства Бодруита, владыки Белегоста), сообщил, какой до-
рогой идут гномы, благодаря чему стало возможным устроить засаду у Каме-
нистого брода; однако в Хуан погибает в ходе Волчьей охоты (§ 10), а линия Уфедина, как мне кажется, отвергнута вовсе.
Засаду у брода устраивают «Берен и бурые и зеленые эльфы леса», что вос-
ходит к формулировкам «Сказания о Науглафринге»: к «бурым эльфам и зе-
леным» и «эльфам, что все одеты в бурое и зеленое», которыми правил Берен в Хитлуме, а впоследствии – Диор. Но от живого и энергичного повествования «Сказания» о битве у брода, – о смехе эльфов при виде того, как удирают урод-
ливые гномы и их длинные белые бороды треплет ветер; о поединке Берена и Наугладура, в ходе которого удары гномьего кузнечного молота сокрушили бы Берена, если бы Наугладур не споткнулся и Берен не опрокинул его на зем-
лю, схватившись за Науглафринг, – от всего этого в не сохранилось ни сло-
ва; хотя и нет ничего, противоречащего старому варианту рассказа. Однако про двух гномьих владык, Наугладура Ногродского и Бодруита Белегостского, не упоминается; и хотя названы оба гномьих города, гномы описаны как не-
кая объединенная сила, возглавляемая, по всей видимости, одним королем (он гибнет у брода). Для работы с золотом Тингол призвал в Дориат гномов как из Белегоста, так и из Ногрода, в то время как в «Сказании» ( . 230) пер-
вые возникают в повествовании лишь после унизительного изгнания гномов Ногрода, дабы посодействовать им в мщении. От исходного рассказа о смер-
ти Бодруита и раздоре и смертоубийстве между двумя гномьими родами (спровоцированных Уфедином) не осталось ровным счетом ничего.
Затопление сокровища в реке восходит к «Сказанию»; однако там создает-
ся впечатление, что клад не был брошен в воду нарочно: скорее, золото кану-
ло в реку вместе с телами несших его гномов:
Те, что уже шли вброд, побросали свой золотой груз в поток и в страхе ки-
нулись к тому берегу и к этому, но многих поразили безжалостные стрелы, и попадали гномы вместе со всем своим золотом в реку ( . 237).
26 УСТРОЕНИЕ СРЕДИЗЕМЬЯ§14
15 УС , стр. 246.
В «Сказании» не говорится, будто какую бы то ни было часть золота утопили сами эльфы. В нем Гвенделин явилась к Берену и Тинувиэли после битвы у Ка-
менистого брода и обнаружила, что Тинувиэль уже носит Науглафринг; упо-
минается о величии ее красоты в тот момент, когда она надела украшение.
Предостережение Гвенделин касается только Сильмариля (остальное сокро-
вище утоплено в реке); более того, при виде Ожерелья Гномов на Тинувиэли Гвенделин пришла в такой ужас, что Тинувиэль поспешила снять его. Берен же остался этим недоволен и сохранил ожерелье ( . 239–240). В клад утоп-
лен, вероятно, в ответ на предостережение Мелиан о наложенном проклятии, и последовательность событий выстраивается следующая: Мелиан приходит к Берену и Лутиэн и сообщает им о приближении гномьего воинства, что воз-
вращается из Дориата; после битвы Лутиэн носит Науглафринг и становится безмерно прекрасна; но Мелиан упреждает Берена и Лутиэн о проклятии, на-