Джон Рональд – Повесть о кольце (страница 80)

Крутые стены перевала смыкались вокруг него. Прежде чем достичь его вершины, прежде чем ступить на тропу, ведущую в пределы Мордора, он обернулся снова. На мгновение, застыв неподвижно, терзаемый жестокими сомнениями, он взглянул назад. Он еще видел устье туннеля, как черное пятнышко в сумраке; он видел или угадывал место, где оставил лежащего Фродо. Ему показалось, что он различает там какое-то мерцание — или, может быть, так подшучивали над ним его слезы, когда он смотрел на площадку среди утесов, где разбилась вся его жизнь.

— Если бы только исполнилось мое желание, мое единственное желание, — вздохнул он, — вернуться и найти его! — Потом, наконец, он снова обратился к дороге и сделал несколько шагов, самых тяжелых, самых неохотных, какие ему приходилось когда-либо делать.

Только несколько шагов; а потом еще несколько, и он начнет спускаться и никогда больше не увидит той площадки. Но вдруг он услышал крики и голоса. Он окаменел на месте. Голоса Орков. Они были и впереди, и позади него. Топот ног и хриплые возгласы: Орки поднимаются на перевал с той стороны, вероятно, со. стороны башни. Топот ног и возгласы позади. Он быстро обернулся и увидел красные огоньки факелов, мигающие внизу, словно вышедшие из туннеля. Значит, за ним охотятся. Красный глаз башни не был слепым. Он пойман.

Колеблющийся свет факелов и лязг оружия были совсем близко. Через минуту они будут на вершине и увидят его. Он слишком долго раздумывал, и это оказалось опасным. Как он сможет убежать, или спастись сам, или спасти Кольцо? Сам не зная, как и почему действует, он почувствовал, что достает цепочку, что берет талисман. Первые Орки уже появились на перевале, прямо перед ним. Тогда он надел Кольцо.

Мир изменился, и в один короткий момент времени сместилось множество мыслей. Сэм сразу же ощутил, что слух у него обострился, а зрение затуманилось, но не так, как в логове Шелоб. Все вокруг него сделалось не темным, а смутным, и сам он остался в этом туманном мире как плотная, черная скала, а Кольцо, оттягивавшее ему руку, было, словно шар из раскаленного золота. Не невидимым он чувствовал себя, а напротив — единственным видимым; и он знал, что Око где-то проснулось и ищет его.

Он слышал стук камней и ропот ручья в далекой долине Моргула; где — то внизу, в толще камня, он слышал жалобное бульканье Шелоб, слепо нащупывающей себе дорогу, затерянную в подземных переходах; слышал оглушительный топот и пронзительные возгласы Орков впереди. Он отшатнулся, прижался к утесу. Но они шли, как отряд призраков, как туманные, серые фигуры страшного сна, и в руках у них было бледное пламя. И они прошли мимо, пока он пытался скрыться от них в какой — нибудь расщелине или впадине среди камней.

Он вслушался. Оба отряда заметили друг друга и с криками бежали друг другу навстречу. Он ясно слышал тех и других и понимал их речь. Быть может.

Кольцо давало понимание языков — во всяком случае, языка слуг своего создателя, так что, прислушавшись, он понимал и переводил себе их мысли.

Конечно, сила Кольца возрастала по мере приближения к тому месту, где оно было создано; но одного только не могло оно дать: отваги. Сейчас Сэм мог думать только о том, чтобы спрятаться, пока все не утихнет снова; и он тревожно прислушивался. Он не мог бы сказать, далеко ли от него эти голоса: они раздавались словно в ушах у него.

— Эй, Горбаг! Что ты тут делаешь? Надоело воевать, да?

— У меня приказ. А что тут делаешь ты, Шаграт? Тебе надоело ждать наверху? Ты хочешь спуститься и драться?

— У меня тоже приказ. Я стерегу этот проход. Так что говори со мною вежливо. Что ты можешь сообщить?

— Ничего.

— Хай! Хай! Хай! — прервали обоих громкие вопли. Орки внизу увидели что-то. Они побежали туда, остальные за ними.

— Хай! Гей! Тут что-то есть. Лежит прямо на дороге! Лазутчик!

Лазутчик! — раздался гнусавый звук рога и галдеж хриплых голосов.

Сэм резко вздрогнул, оторванный от своих мыслей об укрытии. Орки нашли Фродо. Что они с ним сделают? Он слыхал о них рассказы, от которых кровь застывала в жилах; Этого нельзя было стерпеть. Он вскочил, отбрасывая все свои решения, а с ними — все сомнения и страхи. Он знал теперь, где было и будет его место: рядом с его другом; правда, он не совсем ясно представлял себе, что сможет сделать. Он сбежал по лестнице, потом по тропе, спеша обратно к Фродо.

— Сколько их там? — спросил он себя. — Из башни — не меньше тридцати или сорока, а снизу, кажется, и того больше. А скольких я смогу уложить, прежде чем они убьют меня? Как только я выхвачу меч, они увидят, что он светится, и рано или поздно мне придет конец. Интересно, сложат ли когда-нибудь песню о том, как Сэмвиз пал мертвым на тропе в Мордор, навалив груду трупов вокруг своего мертвого друга? Нет, песен не будет: ведь, если они найдут Кольцо, то не будет больше никаких песен. Но я не могу иначе. Я должен быть с Фродо. Они должны понять это — Эльронд и Совет и все эти мудрецы со своей мудростью. Их замыслы пошли прахом. Я не могу быть Кольценосцем. Не могу, если Фродо нет со мной!

Но Орки были уже за пределами его туманного зрения. А он ощутил вдруг усталость, усталость до изнеможения: ноги не хотели ни нести, ни держать его. Он слишком медлил. Тропа растягивалась словно на много миль. Куда они исчезли в этом тумане?

— А, вот они, далеко впереди. Кучка фигур склоняется над чем — то лежащим на земле, а другие шныряют туда и сюда, словно собаки, ищущие след.

— Он попытался прибавить скорости.

— Иди, Сэм! — сказал он себе. — Иди, а то опять опоздаешь. — Он шевельнул Жало в ножнах. Сейчас он выхватит его, и тогда…

Но тут раздались громкие вопли, гиканье и хохот, и что-то было поднято с земли. — Я — хой! Я — хой! Вот он!

Потом чей — то голос крикнул. — Живо! Коротким путем! Обратно в Нижний ход! Она не потревожит нас нынче ночью.

Вся толпа Орков зашевелилась. Посредине ее четверо несли высоко на плечах чье-то тело. — Я — хой!

Они уносили труп Фродо. Они ушли. Он не мог догнать их, но все же ковылял вслед. Они достигли туннеля и входили в него. Те, что несли тело, вошли первыми, а позади них началась суматоха и свалка.

Сэм приблизился. Он обнажил меч, голубовато сиявший в его дрожащей руке, но они не видели его. Пока он подбежал, последний из них исчез в черной дыре.

На мгновение Сэм остановился, задыхаясь, хватаясь за грудь. Потом он провел рукавом по лицу, стирая грязь, пот и слезы. — У, гнусная мразь! — крикнул он и прыгнул за ними в темноту.

Туннель больше не казался ему темным: скорее было похоже, что он вступил из редкого тумана в густой. Усталость в нем росла, но тем больше крепла его воля. Ему показалось, что он видит факелы далеко впереди, но, несмотря на все усилия, ему не удавалось догнать их. Орки ходят в темноте быстро, а этот туннель был хорошо им знаком: несмотря на Шелоб, им часто приходилось пользоваться этим кратчайшим путем между горами и мертвой крепостью, и они прорыли вокруг логова множество обходных коридоров, чтобы не попасться чудовищу, бегая туда и обратно по приказанию своих начальников. В эту ночь они не намеревались уходить далеко вниз, но спешили найти боковой выход к своей сторожевой башне на утесе. Большинство их веселилось, радуясь тому, что они нашли и увидели; и на ходу они галдели и перекрикивались по привычке своего племени. Сэм слышал их грубые голоса, резкие и хриплые в мертвом воздухе, и мог различить среди них два, самых громких и самых близких к нему. Начальники обоих отрядов шли позади всех, ворчливо беседуя.

— Можешь ты приказать своим ребятам не шуметь так, Шаграт? — говорил один. — Нам совсем не нужно, чтобы Шелоб погналась за нами.

— Замолчи, Горбаг! Твои шумят не меньше, — ответил другой. — Но пускай они забавляются! Насчет Шелоб можно пока не тревожиться, я думаю. Похоже, что она села на гвоздь, но мы об этом плакать не будем. Разве ты не видел, какие следы она оставляла на своем пути! Так что пусть они посмеются. Нам повезло, наконец, мы раздобыли кое-что, нужное в Лугбурзе.

— В Лугбурзе, вот как? А что это такое, по-твоему? Похоже на Эльфа, но не Эльф. Чем оно может быть опасным?

— Не знаю, пока не увижу.

— Ого! Так тебе не сказали, в чем дело? Нам не говорят всего, что знают, далеко нет! Но они тоже могут ошибаться, даже Самые Верхние.

— Тссс, Горбаг! — Шаграт понизил голос настолько, что даже странно обострившийся слух Сэма едва улавливал его. — Они могут, конечно, но у них есть глаза и уши повсюду; даже среди моих, я уверен. Но сомневаться нельзя: они чем-то встревожены. И Назгулы внизу, и Лугбурз. Что-то чуть не сорвалось!

— Чуть — чуть, говоришь ты? — переспросил Горбаг.

— Да, но об этом поговорим позже, — сказал Шаграт. — Подожди, мы достигнем Нижнего пути, а там есть место, где можно поболтать, пока они идут.

Вскоре после этого Сэм увидел, что факелы исчезают. Раздался рокот, а в тот самый миг, когда он подбежал, — глухой стук. Насколько он мог догадаться, Орки свернули в тот самый проход, который они с Фродо нашли загороженным. Он и сейчас был загорожен.

Там был как-будто огромный камень, но Орки каким-то образом миновали его, так как Сэм слышал их голоса по ту сторону. Они шли к башне, продолжая углубляться в толщу горы. Сэма охватило отчаяние. Тело его друга уносили с какими-то черными целями, а он не мог помешать этому. Он тянул и толкал камень, бросился на него всем телом, но камень не шевельнулся. Потом, словно недалеко от себя, он услышал голоса обоих предводителей. Он прислушался, надеясь узнать что-нибудь полезное для себя. Может быть, Горбаг — очевидно, принадлежащий к воинам Минас Моргула — выйдет, а тогда он сможет проскользнуть туда.