Джон Раттлер – Истории о Призрачном замке (страница 30)

Эфирная призма работала по неизвестному принципу. Стурастан не мог даже примерно сказать, как она влияет на организм и почему оказывает на него такое удивительное действие. Пожалуй, это была единственная известная эфирная магия изменения, которая не имела побочных эффектов.

Призма была установлена в середине нижнего зала Башни Лекарей, прямо под потолком. Она была выполнена из стекла и пронизана тончайшими каналами, образующими сеть, подобную кровеносной. У нее было восемнадцать граней высотой в полметра и длиной почти в метр, так что она занимала около половины площади помещения. На полу в центре комнаты стоял хирургический стол, оборудованный фиксаторами конечностей. Гектор прекрасно знал, для чего они нужны – когда Наследие Хранителя перенесло его в Призрачный Замок, Стурастан отнес его сюда, и несколько суток Гектор лежал, прикованный, не имея возможности повернуться. Принцип лечения эфирной призмой подразумевал непрерывное воздействие – в случае, если пациент покидал зону влияния магии, процесс восстановления откатывался в исходную точку. Другими словами, если бы Хронвек ушел даже за пару минут до конца работы устройства, он бы умер от кровотечения из многочисленных ран, открывшихся в тех местах, где они были до начала лечения.

Его переломанное тело три года назад появилось в нижнем зале Центральной Башни, которая при этом принялась гудеть, как пожарная сирена. Стурастан с женой спросонья бросились к ней. Была поздняя ночь. Распахнув двери, они увидели тело будущего Хранителя, парящее в воздухе – с него капала кровь. Наследие до этого говорило с наставником лишь однажды, поэтому он в тот момент страшно перепугался. Сирена замолкла, а голос, от которого завибрировал каменный пол, сообщил:

– Найден Хранитель. Он умирает. Воспользуйся эфирной призмой, наставник замка. Хранитель не должен погибнуть.

Гектора перенесли в Башню Лекарей и приковали к столу на первом этаже. Несколько дней он смотрел, не имея возможности пошевелиться, как пульсируют в такт его сердцу сосуды в прозрачном кристалле. Рядом сидел маленький человечек совершенно несуразного вида. Гектор не мог говорить первые двое суток – ткани гортани были повреждены. На третий день Хронвек обрел голос, спросив незнакомца по-немецки, где находится. Они не понимали друг друга, но с каждым днем Стурастан все лучше осваивал незнакомую речь, записывая и переводя слова, которые произносил пациент. К концу недели наставник выяснил, что Хронвек из России. Языкам Земли учитель уделял мало внимания, но английский, китайский и русский знал хорошо. Они много разговаривали, Гектору становилось все лучше. Только на девятый день пульсация призмы прекратилась, и учитель освободил пациента.

На втором этаже стояло оборудование. Сюда Хронвек поместил, вытащив из Плана Материи рентгеновский аппарат, УЗИ, несколько устройств для лабораторной диагностики, капельницы и четыре медицинских шкафа с препаратами. Он даже пытался извлечь из тумана аппарат МРТ, но у него ничего не вышло – чтобы План Материи дал то, что нужно, магу необходимо очень четко представлять, что же это такое. Гектор не настолько глубоко разбирался в технике.

Чтобы расположить все это добро, Хронвек передвинул часть вещей, которые уже стояли в зале. Это были очень странные и непонятные приборы из Зунтра, которые питались энергией неизвестно от чего, и было непонятно, как их использовать. Однажды Гектор поместил в большую камеру серого саркофага с эмблемой Крато пойманную близнецами крысу и включил его. Когда прибор открыл крышку, оттуда выскочило нечто блестящее и умчалось, металлически клацая по камню конечностями. Больше грызуна никто не видел, а Стурастан категорически запретил проводить подобные опыты.

Инспектор Бремер с интересом слушал рассказ Хранителя, рассматривая все эти диковины. Они поднялись на третий ярус, в большую палату для пациентов – в ней стояли койки и ширмы. Там не было ничего интересного, кроме красивого узкого окна с мозаичными стеклами. Витраж изображал сцену спасения ребенка от языков черного пламени человеком в плаще и капюшоне. Ганс долго разглядывал искусно выполненную работу, восхищаясь узором кропотливо выложенных крошечных разноцветных стеклышек.

Мужчины спустились вниз, во двор трех башен, и обнаружили Авеля – мошенник сидел на ступенях лестницы, держа на коленях болтливую Иону, и терпеливо ее слушал, с интересом кивая. Дочери Стурастана было пять, она родилась предпоследней, младшему сыну наставника в прошлом месяце исполнилось четыре. Беззвучный часто разговаривал с малышней, на которую никто, кроме родителей, не обращал особого внимания. Они облепляли его со всех сторон и тараторили наперебой, а вор только поддакивал, глубокомысленно мычал и хмыкал, отчего у тех раскрывались все шлюзы. Гектор каждый раз удивлялся, как у парня хватает терпения слушать этот нескончаемый бред.

– Авель, ты не составишь нам компанию? Мы хотим осмотреть башню для гостей. Инспектор решил устроить полную проверку замка.

Беззвучный кивнул, осторожно поставил Иону на землю и последовал за Хронвеком.

6. Гостевая Башня

Она была толстая и приземистая. В нижней ее части находилась большая арка, через которую проходила дорога с нижнего двора на верхний. Массивные створки ворот всегда были распахнуты, но иногда Хранитель замечал, что кто-то их закрывает ненадолго, оставляя для прохода маленькую калитку.

С обеих сторон к башне примыкала крепостная стена, превращая ее в подобие барбакана. Выходы из нее вели на стены, еще имелась крутая неудобная лесенка к дверце под аркой, она выходила прямо на дорогу. Гостевые комнаты были просторными, в здании имелись такие удобства, как канализация и водопровод. Вода поступала откуда-то из-под земли: под замком находился горячий источник, питающий бассейны в Доме Чистоты. Он же снабжал теплом жилые помещения. Этаж на уровне стен делили Ганс и Авель, второй ярус пустовал. Инспектор уже изучил Гостевую Башню, однако заставил Гектора подняться наверх, осмотрев все по дороге. В одной из комнат была лестница на крышу. Бремер открыл люк и забрался на верхнюю площадку, остальные последовали за ним. Когда Хронвек очутился наверху, он увидел очень большой металлический прибор, напоминающий астролябию. Полицейский стоял рядом с ним – устройство было выше инспектора минимум на метр. Ганс спросил:

– Что это такое, Хронвек?

Гектор пожал плечами в недоумении. Беззвучный подошел и уверенным движением повернул полированную медную ручку, закрепленную на металлической ленте с делениями. Потянув за нее, Авель привел в движение всю конструкцию, заставив витые стальные кольца вращаться и крутиться. В центре задвигались стрелки с шарами на концах, у подножия конструкции пришла в движение большая шестерня, повернув всю сферу на несколько градусов. Вор усмехнулся.

– Стабилизатор Плана Пути Свода Диосии. Вы что, никогда такого не видели?

Бремер посмотрел на Хронвека, тот пожал плечами.

– Не видел. И что он делает?

Беззвучный поднял брови вверх.

– Откуда я знаю? Это по вашей части. Диосийцы крутили эту штуку каждое утро у себя в замке. Каждый раз одно и то же.

Хронвек нахмурился, извинился и исчез. Через минуту он появился на том же месте, задумчиво почесывая в затылке.

– Стурастан говорит, что стабилизатор облегчает работу с Планом Пути, приводя вектора направлений к правильному знаменателю, что бы это не значило. Но перемещаться и вправду стало значительно проще.

Инспектор заметил:

– Почему наставник не рассказал тебе об этой штуке раньше?

– Не хотел, чтобы я пользовался помощью приборов при работе с Планами. Он прав, по своему – стабилизатор не всегда будет под рукой. Однако, это отличная находка, дорогой инспектор! Продолжим нашу прогулку?

7. Башня Хранителя

Самой высокой точкой в замке была обзорная площадка над личными покоями Хранителя Призрачного Замка. С нее было видно все – и крепостные стены, и другие башни, и синие шапки гор, и Заячье Озеро у подножия Акатака.

По периметру крыши были установлены девять мощных громоотводов. Они крепились к зубчатому каменному ограждению и придавали башне вид лаборатории Франкенштейна. В центре стоял огромный мраморный трон. Его очень любила Дака Кад-Хедарайя, она устраивала в нем логово из подушек и целыми днями заседала там, будто царица, читая книги и слушая ветер. Прямо позади него находилась лестница, ведущая в покои Хранителя. В его жилище было три комнаты и ванная, совмещенная со спальней. В личном кабинете Хронвек разместил компьютерный стол и огромный кожаный диван, другое помещение заняла Черная Пантера – теперь там был ее будуар.

На первом этаже находилась читальня, на втором малая библиотека Хранителя, на третьем был гардероб и второй кабинет, а на четвертом гостевой этаж. Бремер осмотрел всю эту роскошь с равнодушием старого полицейского, заинтересовавшись только каменным постаментом на обзорной площадке, но Хронвек не знал, с какой целью тот был установлен, так что они решили закончить осмотр. Спускаясь вниз, Авель сказал:

– Если бы я был Хранителем, то выходил бы наверх во время грозы, садился на трон и смеялся, как безумный, каждый раз, когда молнии били в металлические стержни. Ты так делаешь, Хронвек?