Джон Пассарелла – Холодное пламя (страница 27)

Сами Винчестеры путешествовали налегке, им не приходилось собирать кучу пожитков. Пока они не нашли бункер, у них даже мебели не было. Все их вещи помещались в багажник «Импалы» рядом с оружием.

Тем временем Стэнли Варгус в соседней комнате начал прощаться.

– Рамон поможет, и Холкомбы тоже, – Мэри направилась к двери. – Я тяжести таскать не смогу, но помогу укладывать посуду и заклеивать коробки. А потом наймем грузчиков.

Стэнли Варгус задержался на пороге, повернувшись к Рамону, который придерживал дверь, и к Салли, которая стояла, сцепив перед собой руки и удерживая на лице вежливую улыбку. Кастиэль по-прежнему стоял около кресел.

– Это не просто слова, Салли, – проговорил Варгус. – Я готов помогать всем, чем смогу.

– Спасибо, – сказала Салли.

– Это я убедил Дэйва приехать сюда. Поэтому хочу оплатить похороны. На этот счет не волнуйся.

– Я это очень ценю, – ответила Салли дрожащими губами.

– Дэйв всегда называл тебя Салли, но когда я просматривал документы, чтобы выписать чек, то увидел в графе «супруга» другое имя…

– О, «Салли» это прозвище, – объяснила она. – Не мое настоящее имя.

– Это я виноват, – вставил Рамон. – Когда я был маленьким, то не мог произнести «Далисай» и называл ее «Салли». А потом прозвище прижилось.

– Почему, вы думаете, эти двое постоянно зовут меня Ба Мэри вместо «Марилаг»?

– Что ж, рад, что это прояснилось, – заметил Варгус. – Я пришлю чек завтра утром или даже сегодня, чуть позже.

– Спасибо, мистер Варгус, – Мэри благодарно кивнула. – Мы с Рамоном ценим доброту и поддержку, которые вы оказываете нашей Салли.

– Поверьте, – произнес растроганный Варгус, – это меньшее, что я могу сделать. Дэйв был хорошим другом. И я чувствую свою ответственность.

– Что вы такое говорите, – Салли смахнула слезу. – Никто не мог предположить, что произойдет нечто… нечто подобное.

Варгус покачал головой, не находя слов.

Салли обняла его.

– Предложение о работе в силе, сынок, – Варгус пожал Рамону руку.

Он нежно коснулся руки Мэри и поблагодарил ее за гостеприимство, затем повернулся к Сэму и Кастиэлю, стоявшим в стороне.

– Найдите того, кто отнял у нас Дэйва, – серьезно проговорил он, – и засадите этого ублюдка в тюрьму на весь остаток его никчемной жизни.

Рамон тихо закрыл дверь. Салли отвернулась и обхватила себя руками. Она выглядела потерянной, окидывая взглядом дом, который не успел стать ей родным и уже никогда не станет.

– Даже не знаю… – проговорила она. – Иногда я ощущаю присутствие Дэйва. Может, лучше остаться? Может, я не буду чувствовать себя совсем потерянной и одинокой… – она повернулась в сторону заднего двора, но ее взгляд был направлен в пустоту. – Но потом я закрываю глаза и снова вижу его там…

– Это никогда не изменится, Далисай, – сказала Мэри. – Ты приняла правильное решение. Лучше ухать как можно быстрее.

Рамон покачал головой.

– Тебе не нужно оставаться в этом доме, сестренка. Но ты могла бы остаться в Индиане. В Эвансвилле, например.

– Слишком близко, – не согласилась Мэри. – Новые воспоминания нужно создавать подальше отсюда.

– Куда бы она ни поехала, она не забудет того, что здесь произошло, – возразил Рамон.

– Это место больше ей не подходит. Раньше я не была уверена, но теперь знаю. Плохой знак.

– А что изменилось? – удивился Рамон, переводя взгляд с бабушки на сестру. – Почему теперь хуже, чем раньше?

Пожилая женщина стиснула губы и скрестила руки на груди, но смотрела при этом не на Рамона, а на Салли, понимая, что отвечать должна не она.

Салли вздохнула.

– Потому что я беременна.

– Что?

– Я об этом подозревала, но точно узнала только сегодня утром. Насколько это возможно без визита к врачу. Я просто не хотела говорить при Стэнли.

– Почему? Он мог бы помочь!

– Он захочет, чтобы я осталась, – пояснила Салли. – Он почему-то чувствует себя виноватым и хочет помочь. Но мне нужно принять решение самостоятельно. И я не думаю, что должна… что смогу остаться.

– Хорошо. Доверься своим инстинктам, – сказала Мэри. – Не рожай здесь ребенка. Это место для тебя проклято.

– Проклято? – переспросил Кастиэль.

– Из-за того, что произошло с Дэйвом? – подхватил Сэм.

Вопрос был не совсем риторическим. Он почувствовал: за уверенностью Мэри в необходимости скорейшего отъезда что-то стоит.

– Да, – Мэри глубоко вздохнула. – И из-за того, что произошло очень давно.

– О чем ты? – спросила Салли.

Пожилая женщина подошла к креслу, опустилась в него и сжала подлокотники.

– Моя тетка Малайя Меркадо уехала с Филиппин раньше всех, – начала она рассказ. – После Второй мировой войны вышла замуж за американского солдата, врача, и переехала в Индиану.

– Тетя Малайя? – переспросила Салли. – Никогда об этом не слышала. Помню, кто-то упоминал, что она уехала с Филиппин в юности, но и только. Она действительно жила в Индиане?

– Недолго. Перебралась в родной город мужа. Когда я услышала, что вы с Дэвидом переезжаете сюда, я пыталась отыскать тот город на карте. Где-то в южной Индиане. Округ Карсон… или, может, Картер-Сити. Память уже не та. Я думала, что он может оказаться недалеко от Брейден-Хайтс, но не нашла ни одного названия, ни другого.

– Вы сказали, она недолго оставалась в Индиане, – напомнил Сэм, надеясь перевести разговор на причину дурных предчувствий Мэри.

– Нет, я сказала, что она недолго там прожила.

– Она здесь умерла, – догадался Кастиэль.

Мэри кивнула.

– Малайя была в положении, когда приехала в Индиану. Надеялась создать новую семью, но во время родов возникли осложнения. Кровотечение. Она потеряла слишком много крови…

– А ребенок? – спросил Сэм, ожидая худшего.

Мэри слабо улыбнулась.

– Прекрасная малышка, судя по немногим фотографиям, что я видела. Но своенравная и непослушная. Она будто обижалась на отсутствие матери в ее жизни и злилась из-за этого.

– И что же случилось?

– До нас доходили лишь скудные вести от ее отца, – ответила Мэри. – Риза никогда не пыталась связаться ни с кем из нашей части семьи. Мы для нее словно находились на другой половине мира. Да, пожалуй, это так и было. Ее отец рассказал, что она встретила неподходящего юношу, он был не ровня ей, как тогда говорили. Отец ее выбор не одобрил. Разумеется, строптивому подростку только этого и не хватало. Одно, потом другое – и вот она на сносях. Отец пригрозил, что разлучит их и отправит жить с нами, и она больше никогда не увидит этого парня. Можете догадаться, что произошло.

– Она сбежала, – предположил Сэм.

– С тем мальчиком, – подтвердила Мэри. – П перед этим заявила отцу, что он никогда не увидит ни ее, ни ребенка. И слово сдержала. Я часто гадаю, что же случилось с малюткой Ризой. Нашла ли она свое счастье… или только обрела еще больше страданий, – она вздохнула, все еще сжимая пальцами подлокотники, и подняла глаза на внучку. – Понимаешь, Далисай? Вот поэтому ты должна покинуть это проклятое место. Беременные женщины Меркадо находят здесь лишь смерть и печаль. Сперва Малайя, за ней Риза, а теперь ты потеряла своего Дэвида… История повторяется. Все уже началось. Если останешься, тебя ждет только горе.

Наступила неловкая тишина. Ее нарушил телефонный звонок – кто-то позвонил Сэму. Извинившись, он отошел, чтобы ответить.

– Агент Резерфорд.

– Здравствуйте, агент, – проговорил знакомый женский голос.

Сэм не узнал голос, но звонившая пришла ему на помощь:

– Это доктор Ванесса Хартвелл из «ЦМЛ».

– Здравствуйте, доктор Хартвелл, – проговорил Сэм. – Разумеется, я вас помню.