Джон Миллер – Затерянное племя ситхов (страница 34)
Илиана пристально уставилась на него:
– Что?
– Мне жаль. – Хилтс свернул пергамент. – Я восхищен твоим планом, Илиана Мерко. Но есть причины, почему никто и никогда не делал ничего подобного. Ты не можешь знать о них, если не присутствовала на чтении Завета лично или тебе не рассказал кто-то, кто был на чтении.
– О чем, будь ты неладен, ты говоришь?
Медленно, чтобы никого не нервировать, Хилтс обошел Песочные Трубки справа и приблизился к закрытому сверху постаменту:
– Понимаешь, я не читаю Завет Корсина. Это не входит в обязанности хранителя.
Илиана недоуменно смотрела на Хилтса, вернувшегося со свертком роскошной ткани в руках:
– Тогда кто его читает?
– Яру Корсин. – Хилтс откинул ткань и продемонстрировал небольшой, пирамидальной формы предмет. Настоящий прибор – в городе, где практически не осталось никаких механизмов…
2
– Это… поразительно.
– Это плохо, хранитель.
– Я говорю не о том, хорошо это или плохо, – пояснил Хилтс своему помощнику. – Но так или иначе, это поразительно.
Хилтс и Джей смотрели с балкона дворца на город, освещенный первыми лучами солнца. Они никогда не видели столицу столь оживленной. Волнующаяся толпа людей и кешири занимала все пространство, что некогда называлось Кругом Вечности. То тут, то там вырастали заграждения от вулканических дождей.
Люди стали собираться на следующий день после того, как Илиана и ее отряд появились во дворце. Все хотели занять местечко получше в преддверии торжеств в честь Восшествия Ниды. Никто из простых смертных не будет допущен на церемонию чтения Завета, но для собравшихся это не имело большого значения.
– Этой планете нужен праздник, – заметил Хилтс.
– Ей нужен вождь, – возразил Джей. Взгляд его темных глаз обратился к Хилтсу. – Я услышал эти слова от Илианы. Люди хотят найти в словах верховного повелителя какие-то указания.
– По крайней мере, – фыркнул Хилтс, – это будут именно его слова. – Он бросил короткий взгляд в сторону дворца. Там Илиана и ее «Сестры» завороженно разглядывали богато украшенную пирамидку. – Разобраться в его работе они не смогут. Это сложно.
Что правда, то правда. Хилтс помнил, как и сам с трудом сумел заставить аппарат работать в предыдущий День Завета, четверть века назад. Его предшественник оставил заметки, в которых говорилось, что пирамидка – это записывающее устройство. Там же раскрывался древний секрет его активации, но Хилтс смог включить аппарат только с четвертого раза. Он немного сомневался в исправности устройства. Проиграется ли запись в этом году?
Не имеет значения. Лично он неплохо играл последние четыре дня. Он выиграл время, уверив Илиану в том, что аппарат возможно включить лишь в День Завета. Самонадеянную женщину это не остановило – она упрямо и безрезультатно возилась с пирамидкой, – но, как и надеялся Хилтс, принесло ей некоторое облегчение. В числе прочих в Тав заранее прибыли и враги Илианы, наверняка предупрежденные своими шпионами о том, что «Сестры Сиелы» находятся во дворце. Над лагерями перед дворцом уже взвились флаги корсинитов, «Золотой судьбы», отряда «Пятьдесят семь» и многих других. Воины Илианы заняли пост перед воротами, но удержат ли они его, было неясно – число их противников все возрастало. За восемь дней до праздника прекращались все военные действия; кровные враги вербовали сторонников, используя ораторское искусство. Торжество Восшествия Ниды было праздником болтунов.
– Посмотри-ка вон на того командира, – указал Хилтс. – Да поможет нам темная сторона.
– Соединение, – сказал Джей. И Хилтс уже испугался того, что ему вновь придется выслушивать теории Джея о том, какое сегодня в действительности число. Но кешири только вздохнул и посмотрел ему прямо в глаза. – Хранитель, я не понимаю, почему бы
– Слишком уж открыта. – Хилтса позабавило предложение Джея. – Это дни Болтливых Дураков, мой друг. Людям знающим, таким как мы, нечего там делать.
– Но учителя Племени говорят, что любой свободный человек, мужчина или женщина, может стать верховным повелителем.
– Для меня, пожалуй, неплохо верить в это. Но не для тебя. И если эти дураки внизу тоже поверят, – Хилтс кивнул на толпу, – все станет еще хуже. И тебе повезет, что не повезло мне. – Он усмехнулся. – И что это за «учителя Племени»? Мало кто согласится с тем, что Племя вообще существует.
Система школьного образования пала еще одной жертвой бесконечных междоусобиц. Во времена Корсина и его преемников люди были едины. Но претендентов на власть становилось все больше, а методы борьбы – все жестче; и сообщество ситхов – если Племя можно так назвать – окончательно развалилось. Хилтс похлопал своего молодого помощника по плечу:
– Нет, слишком поздно. Подобно Донеллану, я упустил свое время.
– Позвольте не согласиться…
– Послушай, Джей. Когда человек преклонных лет говорит, что так оно и есть, или поверь ему, или вежливо кивни. – Хилтс отошел от перил. – Потому как последнее, что ему нужно, – это сомнения в собственной мудрости.
– Даже если он ошибается?
–
Внутри Илиана все еще вертела пирамидку в руках. С ней остались только две сподвижницы, остальные охраняли дворцовые ворота.
– Это какое-то записывающее устройство, – проговорила Илиана. – У него должен быть источник питания. Может быть, лигнанский кристалл.
– Если разберешься, как оно работает, – отозвался Хилтс, – сможешь оставить потомкам собственную запись.
Он занял безопасную позицию вблизи Песочных Трубок. Все работники были заперты в одной из комнат, а самого хранителя и его помощника, как источники полезной информации, Илиана оставила при себе. Хилтс, впрочем, и так никуда не собирался. Ситуация превратилась в забавный спектакль, и на актрис приятно было посмотреть.
Он находил, что Илиана очаровательна, несмотря на ее неудержимую алчность и ненадежность. У Хилтса никогда никого не было. Отчасти из-за его бесперспективного положения, но еще и потому, что он точно знал: ситхи ничем, в том числе и любовью, делиться не умеют. Он снова и снова встречал подтверждение этому в их истории: зависть, предательства – даже в кругу семьи. Неудивительно, что Яру Корсин велел умерщвлять супругов верховных повелителей после кончины последних. В спальне не должно быть места яду.
Вряд ли Илиана знала об этом. Сейчас, как и накануне, она подошла к нему. Взгляд ее неожиданно потеплел.
– Хранитель, ты уверен, что запись нельзя посмотреть сейчас, может, даже изменить ее?
Она мягко коснулась его предплечья затянутой в перчатку рукой.
– Глойдова кровь, девчонка! Я старше тебя по меньшей мере в два раза. – Он скептически взглянул на нее. – И ты – «Сестра Сиелы».
Гневно сверкнув глазами, она отшатнулась:
– А ты – старая гнилая бородавка!
– Вот так гораздо лучше. А теперь давай обратимся к фактам. Я не смогу изменить запись, даже если очень захочу. А я не хочу! – Он отвернулся, указав на украшавшие стены атриума картины, которые изображали прибытие небесных путешественников. – Это единственный рабочий механизм, что связывает нас с прошлым, с тем, как мы пришли сюда. Я не стану трогать его, даже если от этого будет зависеть моя жизнь.
– А как насчет чужой?
Хилтс услышал шипение светового меча. Он медленно развернулся. Дюжие соратницы Илианы заломили Джею руки.
– В этом нет необходимости.
– Боюсь, что есть. Начинай разбираться с аппаратом, хранитель. А пока ты занимаешься устройством, мы займемся кешири. И чем быстрее ты справишься, тем больше конечностей при нем останется.
Взгляд Хилтса заметался между трясущимся от страха Джеем и блестящей машинкой. Он ведь даже не знал, с чего начать, но нужно было хоть что-то делать. Он неохотно взял в руки маленькую пирамидку… и едва не выронил, когда несколько человек, одетых в древнюю форму Небесных Всадников, сшитую из увакской кожи, спрыгнули сверху в атриум, вдребезги расколотив потолочные окна. Они приземлились на мраморный пол позади схваченного «Сестрами Сиелы» Джея и сразу активировали свои мечи. В ту же секунду в атриуме появились другие «Сестры» – они отчаянно отбивались от наседающей толпы монстров. Активировав меч, Илиана бросилась на помощь своим соратницам. Освобожденный Джей рухнул у ног Хилтса.
– Давай, мальчик! – Схватив одной рукой помощника за тунику, а в другой зажав прибор, Хилтс стал пробираться к Песочным Трубкам, подальше от заварушки.
Позади него алые клинки, потрескивая, разрывали плоть ситхов. Уже стало понятно, что на Илиану напали одновременно два разных отряда.
А разглядев атакующих, Хилтс сообразил, что надо сделать.
– Вы – человеческие отбросы! – яростно орала Илиана, отбиваясь от уродливой женщины, чья кожа, казалось, была одним сплошным рубцом.
– Вероломная стерва! – злобно ответил на это огромный лысый мужчина – один из «кожаных», что спрыгнули с потолка.
Они больше ругались, чем боролись, так что в момент между ударами легко смогли расслышать:
– Эй! Взгляните сюда!
Все головы дружно повернулись к сложной стеклянной конструкции, возвышающейся у северной стены. Взъерошенный Хилтс цеплялся за одну из служебных лестниц Песочных Трубок, чуть ниже трясся перепуганный Джей. Хранитель поднял руку с пирамидкой и, с трудом сглотнув, заговорил: