Но с юга в край ненастья затяжного,
Сгоняя пятна хмурого покрова
С больных небес дыханием тепла,
5 Явился май — и вот весна вошла
В свои права и торжествует снова,
Налетом свежим ветерка шального
Смахнув с ресниц следы былого зла.
Спокойного раздумья слышен зов:
10 О груди Сафо и о детском пенье,
О солнце, золотящем сон снопов,
Налившихся в беззвучности осенней,
О шорохе песка в стекле часов,
О долгом — и последнем — вдохновенье.
СОНЕТ, НАПИСАННЫЙ НА ПОСЛЕДНЕЙ СТРАНИЦЕ ПОЭМЫ ЧОСЕРА «ЦВЕТОК И ЛИСТ»[118]
Раскрыть поэму — будто в лес войти:
Там строки, словно ветви, так сплелись,
Что тропке дальше некуда вести.
Тогда в избытке чувств остановись,
5 Прислушайся и трепетно вглядись:
Росой прохладной ты умыт в пути
И коноплянку мог бы вмиг найти
По трели, удаляющейся ввысь.
Такую власть поэт вложил в творенье,
10 Что я, о славе бредящий мирской,
Готов смотреть на небо день-деньской,
Найти в траве покой и утешенье —
Как те, чей горький плач в густой тени
Услышали малиновки одни.
НА ПОЛУЧЕНИЕ ЛАВРОВОГО ВЕНКА ОТ ЛИ ХЕНТА[119]
Минуты мчатся, но прозренья нет:
Досель мой разум неземная сила
В дельфийский лабиринт не погрузила,
Бессмертной мысли мне не брезжит свет.
5 За щедрость чем воздать тебе, поэт?
Она две ветки хрупкие скрепила
И мне венок торжественный вручила,
Но в тягость мне мечты моей предмет.
Летят минуты. Где же упоенье
10 Высоких грез? Увы, я их лишен.
Гляжу на вечное ниспроверженье
Венцов земных, Тюрбанов и Корон,
И в странные пускаюсь размышленья
О всех, кто славою превознесен.
ДАМАМ, КОТОРЫЕ ВИДЕЛИ МЕНЯ УВЕНЧАННЫМ[120]
Венок лавровый! Что во всей вселенной
С тобой сравнится, о счастливый круг?
Луны ли нимб — иль пенье трех подруг
В гармонии девически блаженной?
5 Иль трепет моря, нежный и мгновенный,
Что зимородок нагоняет вдруг?
Иль розан утренний, росист и туг?
Но все сравнения несовершенны.
Сравню ль с тобой серебряный поток
10 Апрельских слез, иль майские луга,
Иль бабочек июньских появленье?
О нет, всего пленительней — венок;
Но, глаз прекрасных преданный слуга,
Он вам приносит дань благоговенья.
ОДА АПОЛЛОНУ[121]
Бог золотого лука
И золотой кифары,
И золотого света, —
О, колесничий ярый,
5 Чья колесница,
Тьму разгоняя, мчится, 
