Джон Харт – Последний ребенок (страница 72)
– Ходит обычно в джинсах и рубашке с двумя нагрудными карманами. Да, оружие на ремне. Он у нас единственный, кому оно разрешено.
– Какое?
– А?
– Оружие какое? Калибр?
– По-моему, сорок пятый.
Хант и Йокам переглянулись, и оба подумали об одном:
– Наручники носит? – спросил Йокам.
– Мы все их носим.
– Джон. – Хант показал взглядом на письменный стол – старый, поцарапанный, ничем не примечательный. Стоявшие на нем мониторы были подключены к системе наблюдения торгового центра. На три из них поступал сигнал с камер, установленных в фуд-корте, и каждый показывал столик, за которым сидели девушки лет четырнадцати или, может быть, меньше. Крупный план позволял рассмотреть детали: скобы на зубах, ямочки на щеках, веселые лица, волосы…
– Наш парень.
Йокам наклонился ближе.
– Вот же сукин сын.
– Почему Мичум ушел? – спросил Хант с ужасной, пугающей уверенностью.
Стив не стал тянуть с ответом.
– Ему позвонил мистер Холлоуэй. О чем говорили, не знаю, но трубку снимал я сам.
– Когда?
– Только что. Прямо перед вами.
– Стив, нам нужен адрес Мичума.
– Адреса у меня нет, но до его дома вы дойдете за пару минут.
– Как так?
– Живет за торговым центром. Пройдете по задворкам и попадете к его задней двери.
– Показывай.
– Сейчас?
– Сию же минуту.
Стив облизал губы и нервно огляделся.
– В самом деле?
– Да. – Хант положил руку ему на плечо. – В самом деле.
Холодный дождь ударил Ханту в лицо и забарабанил по асфальту, разбиваясь в мелкую пыль и поднимаясь над землей легким туманом. Видимость ухудшилась, как будто свет сам высосал себя из воздуха. Мимо проехал автомобиль с запотевшим ветровым стеклом; «дворники» сметали воду, размеренно елозя по широким дугам.
– Где? – повысив голос, спросил Хант.
Стив показал. Тяжелая дверь захлопнулась за его спиной.
– Там. Между деревьями. – Присмотревшись, детектив увидел два чахлых, низкорослых кедра, растущих в самом конце кювета, на другой стороне автостоянки. – Туда ведет дорожка. Это недалеко.
– Мне нужно, чтобы ты показал.
– Да ты что творишь? – Стив глянул вверх. – Хочешь, чтобы я промок, а потом еще и коленкой под зад получил?
Никто не засмеялся.
– Быстрей, – поторопил его Хант.
Они промчались по затопленной мостовой, проскочили между «Шевроле Субурбан» и потрепанным «Фордом» с заклеенным пластиком окном. Кювет уже заполнился водой. Мутный поток нес обертки от фастфуда, пластиковые пакеты и пустые пачки от сигарет. Возле деревьев начиналась узкая дорожка, пробегавшая через высокую траву, которой заросла бывшая автостоянка. Йокам тронул напарника за плечо.
– Вызвать подмогу? – Он взялся за рацию.
– Нас не ждут.
– Ладно. – Йокам убрал рацию в карман и снял пистолет с предохранителя. – Не люблю ждать.
– Который дом?
Стив наклонился влево, всматриваясь вдаль между двумя кедрами. От заросшей сорняками площадки тянулся ряд домишек с узкими патио, позабытыми грилями и брошенными велосипедами.
– Видишь вон тот серый дом с красным велосипедом на заднем дворе? – Стив протянул руку.
– Вижу.
– От него третий слева.
Хант прошел взглядом влево и увидел приземистый домик в стиле ранчо с шелушащейся краской и засохшим остролистом. Ни света. Ни какого-либо движения. Он указал на дом напарнику и повернулся к Стиву:
– Живет один?
– Вроде бы да.
– Оставайся здесь. – Хант посмотрел на Йокама. – Готов?
– На все сто.
Они перепрыгнули через кювет и пошли, пригнувшись и с оружием наголо, через площадку. Высокие, разросшиеся сорняки цепляли детективов длинными мокрыми пальцами. Вверху потрескивал гром. Дорожка превратилась в грязную, скользкую тропу.
На краю площадки полицейские ненадолго остановились – дальше лежал открытый задний двор Мичума. В воздухе висел сильный и неприятный химический запах из непонятного источника.
Они пробежали последние двадцать футов и прижались к стене под самым большим окном. Из забитых сточных канав разливалась грязная вода. Химический запах усилился, что-то горело. Хант приподнялся и заглянул в окно. Шторы были сведены, но в середине между ними оставался просвет. За окном находилась гостиная, унылая комната со старой мебелью и низким потолком. На полу лежал желто-оранжевый ковер, стены закрывали дешевые сосновые панели. Мичум, каким и описал его Стив, жилистый и с кривым носом, сидел, склонившись, за компьютером, в темной от пота рубашке. В растопленном камине горела стопка компьютерных дисков.
– Уничтожает улики. – Хант пригнулся и шагнул к задней двери. – Передняя дверь твоя. Входим через шестьдесят секунд.
Йокам исчез за углом, и Хант, оставшись один под дождем, рискнул еще раз посмотреть в заднее окно. Мичум, с безумно растрепанными волосами, потыкал пальцем в клавиши и хлопнул по компьютеру сбоку. Потом еще раз. Топор Хант увидел только тогда, когда Мичум потянулся за ним. Орудие стояло у стола – топорище из орешника и ржавый топор с тонкой серебристой полоской вдоль лезвия. Мичум поднял его над головой, и его лицо застыло в гримасе: прищуренные глаза, оскаленные зубы. В следующий момент топор полетел вниз, круша пластик и стекло.
Компьютер.
Черт возьми.
Хант отскочил от окна и метнулся к двери. Покрутил ручку – заперто. Попробовал дверь плечом – дешевая, тонкая, хлипкая – и навалился всем весом. Дерево треснуло, и детектив влетел в кухню, поскользнувшись на линолеуме в грязных туфлях. Уловив движение в гостиной, вскинул револьвер.
– Полиция! Полиция, черт возьми!
Увидев направленное на него оружие, Мичум, с топором в руках, замер над компьютером с вмятиной посередине. В его глазах Хант увидел панику.
– Не надо. – Детектив вошел в комнату, спрямляя линию огня. В нос ударил запах горящего пластика.
Мичум покачал головой и облизал сухие губы.
– Просто опусти топор. – Хант поискал глазами Йокама и услышал, как у передней двери разбилось стекло. – Опусти.
Лицо охранника перекосилось. Черный дым змейкой поднялся в трубу. Мичум глубоко вдохнул, и Хант увидел, как крепнет решимость в его глазах. В дверном проеме что-то мелькнуло, блеснул металл, и в комнату, держа наготове револьвер, проскользнул Йокам.
Мичум напрягся.
– Нет! – крикнул Хант, но было уже поздно.