Джон Гвинн – Тень богов (страница 68)

– Ты только что вонзила клинок в мою подругу, – прорычал он, и голос его походил на грохот пересыпающихся камней.

Орка приподняла умирающую женщину за волосы. Вытерла кинжал о стеганую рубаху стражницы и отпустила, сорвав у нее с пояса топор, когда та сползла на пол.

– Узнаешь его? – спросила Орка, показывая кинжал человеку со шрамом.

Тот моргнул и поднес руку к лицу. Его рот искривился, изображая нечто, отдаленно похожее на улыбку.

– Значит, ты Дрекр, – выдохнула Орка.

– Он был твоим мужчиной? – спросил Дрекр, медленно вставая. Глаза его все еще были устремлены на кинжал. Дрекр был выше и шире Орки и в стенах этой маленькой темной таверны казался достаточно большим, чтобы заслонить небо. На поясе у него висел топор. – Он хорошо сражался, твой мужчина. Но визжал как свинья, когда я его заколол.

– Где мой сын? – прорычала Орка, шагая вперед; ярость внутри нее раскалилась добела, обдавая жаром руки и ноги.

Дренгр, охранявший принца, попытался оттащить его назад, но Хакон толкнул воина вперед, к Орке.

– Убей ее, – прокричал Хакон. Дренгр пожал плечами и шагнул навстречу Орке, преграждая ей путь к Дрекру и Хакону: щит поднят, кончик меча выглядывает сверху над краем.

Орка согнула колени в низкой стойке, подняла кинжал и топор и шатнулась вправо, когда дренгр сделал быстрый шаг вперед и ударил ее, высоко подняв щит. Лезвие меча с шипением пронеслось мимо ее лица, словно атакующая гадюка. Ее топор метнулся в сторону, зацепил щит дренгра и потянул воина вперед. Он споткнулся и замахнулся мечом, чтобы ударить Орку в голову, но она увернулась, шагнула ближе и ударила врага кинжалом в бок, достаточно сильно, чтобы разорвать железные клепаные кольца. Острие ушло глубоко в тело, и кровь потекла по ее кулаку. Орка вывернула лезвие, и дренгр, задыхаясь и теряя подвижность, зашатался. Тогда она с силой оттолкнула его, посылая кувырком на стол, который треснул и рухнул, расколовшись под его тяжестью.

Хакон завопил.

Мужчины и женщины из-за стола с бабками набросились на Орку, шестеро или семеро, обожженный человек топтался позади них, визгливо крича. Хозяин таверны перепрыгнул через стойку и достал нож.

Дверь на улицу открылась, и в свете наступающего дня на пороге показались два стражника и еще один дренгр.

Дрекр сжал топор в кулаке, зарычал и расплылся в улыбке.

Он обошел упавший стул.

Орка бросилась на него, увернувшись от топора, врезалась плечом ему в грудь, приподняла его с земли и швырнула на пустой стол – тот разлетелся на мелкие куски, щепки метнулись во все стороны. Она прыгнула следом за ним, рубя топором по лицу, но Дрекр откатился в сторону, и лезвие с хрустом врезалось в дерево. Краем глаза Орка заметила движение: слева к ней подбегала женщина. Орка вырвала топор, крутанулась и ударила кинжалом, разрезав руку женщины, которая замахивалась на Орку. Раздался крик, за ним еще один: Орка ударила женщину топором в грудь, почувствовала, как ломаются ребра, и снова крутанулась, увлекая нападавшую за собой. Послышался омерзительный хруст: чей-то кинжал врезался в голову женщины – удар предназначался Орке, – кровь и кости брызнули ей в лицо. Орка схватила умирающую, подняла ее обеими руками и швырнула в тех, кто бежал за ней, сбивая их с ног и посылая в закрытое ставнями окно. Деревянные доски разлетелись, и свет хлынул внутрь таверны, когда нападавшие вывалились на улицу.

Тут в спину Орке ударили, кольца кольчуги со звоном брызнули в разные стороны, кожу обожгло огнем, и она пошатнулась вперед, споткнулась о стул, но успела извернуться при падении, почувствовав шипение воздуха там, где мгновение назад была голова. Дрекр навис сзади, размахивая топором. Хозяин таверны был совсем рядом, он бил ее ножом, и Орка перекатилась, ударила своим топором и почувствовала, как он впился в лодыжку, услышала крик, и враг упал. Она брыкнула ногами, и полуразбитый стол врезался в голени Дрекра. Он зарычал, разнес его в щепки своим оружием и бросился за ней.

Орка метнулась в сторону, перепрыгнула через стойку, тут же бросилась назад, нырнув под шипящий в воздухе топор Дрекра, уворачиваясь и нанося удары кинжалом, и почувствовала, как острие прорезает плотную шерсть и плоть.

Дрекр вскрикнул, и тут же она врезалась в него; оба попятились, враг споткнулся о стол, и они вывалились на улицу через разбитое окно. Люди закричали и кинулись прочь с дороги, когда Орка и Дрекр покатились по грязной мостовой. Орка оказалась сверху, ее рука с топором была зажата под телом Дрекра, зато другая ушла в замах за спину, чтобы снова ударить кинжалом. Они плевались и рычали друг другу в лицо.

– Где мой сын? – гаркнула Орка, задержав на мгновение клинок у шеи Дрекра.

В ответ Дрекр ударил ее головой. В голове Орки вспыхнул белый свет, силы вмиг улетучились, конечности резко ослабли, и он свалил ее с себя, перекатившись по мостовой. Сплевывая кровь, она поднялась на четвереньки и увидела, как Дрекр поднимается и идет к ней, а кровь хлещет из пореза на его груди. По спине Орки прошла волна боли от полученной раны, но она, пошатываясь, поднялась на ноги, подхватила топор и кинжал там, где уронила их, встала в стойку и зарычала на него.

Дрекр улыбнулся и положил вторую ладонь на топорище. Это был не длинный топор, каковой предпочитал Торкель, но его длина была достаточной, чтобы Дрекр мог держать его обеими руками, как длинную дубину.

Из таверны выскочили люди и бросились на Орку, в том числе и обожженный человек.

– Она моя, – прорычал Дрекр.

Тогда нападавшие замедлили шаг и образовали неровное кольцо вокруг Орки и Дрекра, к ним присоединились и прохожие. Люди выходили из домов и толпились, их становилось все больше и больше. Орка слышала крики и звон монет, некоторые уже спорили и ставили на нее или Дрекра. В толпе она разглядела Хакона, его дренгр был рядом.

– Где мой сын? – гаркнула Орка, когда Дрекр приблизился.

– Его уже нет, – ответил Дрекр, пожав плечами.

Орка двинулась на него и сделала финт топором влево, качнулась вбок и ударила кинжалом. Раздался звон стали – Дрекр отбил его лезвием топора. Но она вышла из зоны его досягаемости, прежде чем он успел ответить. Несколько мгновений они кружили друг вокруг друга, прикидывая, оценивая. Дрекр хорошо двигался и держал равновесие: впечатляюще для такого крупного мужчины. Но у него было одно оружие, а у Орки – два, и он был облачен в шерсть, а Орка – в кольчугу.

Он скажет мне, где Брека, даже если мне придется вырезать ответ на его коже.

Затем она снова рванулась вперед, нанося шквал ударов, лезвия топора и кинжала превратились в сплошное серебристое пятно. Посыпались искры, Дрекр отступал, используя свой топор как короткий посох, блокируя и тут же нанося удары. Орка раскачивалась, колола, рубила, не сводя с него глаз в поисках уязвимого места. Обмен атаками, выпадами, ответными ударами и контратаками – и вот они снова отошли друг от друга, тяжело дыша. Орка почувствовала боль в ноге, ниже колена, и, взглянув вниз, увидела кровь, пропитавшую обмотку на голени. Боль пришла через несколько мгновений, пульсирующая, жгучая.

Но она решила пренебречь болью.

Дрекр нахмурился: красная полоса шла через весь его торс, еще одна рана – через плечо, разорванная рубаха болталась клочьями. Орка разглядела татуировку на его плече и груди: змея с раскрытыми челюстями и оскаленными клыками, оплетенная узорами с головы до хвоста.

Дрекр двинулся на нее, и она шагнула навстречу, держа топор высоко, а кинжал – низко. Он поймал удар ее топора на древко своего, раздался стук дерева, Дрекр резко повернул запястье, и его лезвие рассекло предплечье Орки. Свой же топор она выронила. В то же время она ударила кинжалом ему в живот, но он каким-то образом отклонился в сторону, и острие пронзило воздух, лишь слегка задев рубаху. Он нанес короткий удар носком сапога по ее раненой ноге; Орка зашаталась, упала на одно колено, и тут Дрекр оказался позади нее и перехватил руки, придавив ей горло топорищем.

Она схватила древко свободной рукой и взмахнула кинжалом позади себя, пытаясь вонзить его в плоть Дрекра, но лезвие разрезало только воздух. Перед глазами поплыли черные точки.

– Хорошая схватка, – хрюкнул Дрекр позади нее, мышцы его рук напряглись и вздулись, как угри в мешке, – но теперь тебе конец. Знай, когда пойдешь по дороге душ: твой сын изменит мир.

Орка почувствовала, как рвутся мышцы и сухожилия на шее, а зрение сереет, словно вокруг нее поднимается завеса тумана. Сила уходила из ее рук и ног, дыхание стало рваным, легкие горели.

Она слышала отдаленные звуки: звук рога, стук копыт, но все это затихало, исчезало.

Торкель. Брека. Их лица проплывали у нее в уме, оба смотрели на нее мрачно, обвиняюще.

– Отомсти за меня, – прошептал Торкель.

– Найди меня, – умолял Брека.

Что-то сдвинулось глубоко внутри Орки, сознание и ясность вернулись с резким щелчком. Она почувствовала, как кровь забурлила в жилах, как жар гнева сменился холодным, первобытным морозом, охватившим все ее тело, смешав огонь и лед воедино. Сила затопила все ее мышцы, зрение быстро вернулось, картинка вокруг стала ярче, чувства обострились.

Рог затрубил громче, чьи-то голоса выкрикивали команды, слышался топот множества ног.

Она отпустила древко топора, сдавившее ей горло, и схватила кулак Дрекра, сжимавший топорище, рванула его и почувствовала хруст костей: это ломались пальцы.