Джон Гвинн – Тень богов (страница 26)

– Да, – признался Варг, – но только на кулаках.

– Ха, – хмыкнула Рёкия.

– И на зубах, – добавил Свик, и рыжая борода задрожала от улыбки. – О чем свидетельствуют следы зубов на ноге Эйнара Полутролля и его хромота.

Варг пожал плечами.

Свик рассмеялся в голос.

Рёкия развернулась и ушла.

– Ты хорошо справляешься, – заметил Свик, после чего последовал за ней.

– Боюсь, что могу умереть, – пробормотал Варг, с трудом открывая рот.

– Мы все рождены, чтобы умереть, – отозвался Свик через плечо.

Зал начал постепенно заполняться людьми, мужчины и женщины раскладывали щиты и копья по периметру помещения и занимали места на скамьях, пока трэллы расставляли на длинных столах еду и напитки: миски с жирным скиром и творогом, горшки с медом. Потом появились блюда с сушеными и копчеными ломтями баранины, подносы с кроликом и говядиной, куски китового мяса и бочонки с сывороткой, в которой были замочены ломти конины. Горячий хлеб, только из печи. Сушеная треска, острая и соленая. Сельдь, заквашенная в рассоле, кровяной пудинг, котлы с тушеным мясом, блестящим от жира, с морковью, пастернаком и луком, и рога теплой медовухи, приправленной можжевельником, чтобы запить все это. Варг никогда в жизни не видел столько еды и питья, запахи овладели почти всем его существом. Желудок заурчал, словно медведь, проснувшийся в берлоге.

Ярл Логур сидел на высоком помосте, грудь его напоминала бочку, большой живот натягивал ткань искусно расшитой рубахи. Его седые волосы были забраны в длинную косу с вплетенной золотой нитью. Шея и руки его также были увешаны золотом, а еще, с точки зрения Варга, он выглядел как человек, который много и с удовольствием смеется. Ярл и сейчас смеялся, наклонившись к женщине справа от себя и шепча что-то ей на ухо. Она была высокой и изящной, с открытым, честным лицом. Ее волосы, скорее седые, нежели светлые, также были заплетены в косу, уложенную вокруг головы, тело облегало шерстяное платье темно-синего цвета, поверх которого был надет вышитый передник. Талию обвивал плетеный пояс, позванивающий ключами. Выслушав Логура, она рассмеялась и толкнула его в плечо. По другую сторону от ярла сидел Глорнир, лысый вождь Заклятых Кровью. А рядом с ним – Вол, татуированная ведьма-Сейд, в ошейнике, затянутом на шее, покрытой синими узорами.

Рёкия и Свик прошли вдоль скамей, причем Свик шагал размашисто и уверенно, словно это он владел бражным домом, и заняли места за длинным столом на противоположном от Варга конце, так близко к Логуру и Глорниру на помосте, как только мог сидеть воин. Варг заметил там и Эйнара Полутролля, и того странного человека, которого он видел в спарринге с Глорниром, с бритой головой и длинной черной косой.

Рядом с Варгом уселся юноша, на вид вдвое его моложе. На голове у него топорщилась копна черных непокорных волос, на подбородке торчали первые клочки щетины, голубые глаза смотрели пронзительно. Рубаха его была покрыта пятнами, из рукавов выглядывали толстые запястья.

– Значит, это ты убийца, – сказал он.

– Убийца, – нахмурился Варг. – Я не убийца.

– Но я слышал, что за тобой охотились за убийство, – настаивал на своем юноша.

– Это не было убийством, – прорычал Варг. – Это был честный бой, если ты, конечно, назовешь честной схватку одного против четверых.

– Да мне все равно, – пожал плечами юноша. – Теперь ты один из нас.

Он усмехнулся и протянул Варгу руку:

– Я Торвик.

Варг несколько мгновений смотрел на нее, потом пожал.

– Варг, – ответил он.

– Я знаю твое имя, – сказал Торвик. – Ты Варг Неразумный, безумец, который укусил Полутролля.

– Не знаю, почему все об этом говорят, – пробормотал Варг.

Торвик рассмеялся, как будто Варг отлично пошутил.

– Ешь, – сказал он, отрывая кусок хлеба от лежащей перед ним буханки и макая его в миску с жарким. – Ты, должно быть, проголодался как волк, после того как Рёкия весь день била тебя… то есть тренировала.

Варгу не нужно было повторять дважды. Он начал с толстого куска хлеба с маслом, творожным сыром и соленой треской. Каждый кусочек просто таял во рту. Медовуха была теплой и сладкой, звуки разговоров и смеха наполняли зал. Вскоре боль в теле Варга притупилась и мышцы расслабились.

– Слушай, – спросил он Торвика с набитым ртом, отплевываясь от рыбьей чешуи. – Ты Заклятый Кровью или один из дренгров ярла Логура?

– Я Заклятый Кровью, – ответил Торвик и сел прямее. – Ну, то есть буду им. Я разведчик Заклятых под командованием Эдель.

– Эдель? – спросил Варг.

– Она командует разведчиками, – сказал Торвик, указывая на серебристоволосую женщину, что сидела совсем близко к высокому столу; ее гончие, лежа на полу, рвали на куски баранину, которую она им кидала.

Варг кивнул.

– А еще я подмастерье у Йокула Молоторукого, – сказал Торвик, указывая на толстощекого мужчину, который сидел в другой стороне, рядом со Свиком и Рёкией.

– Он кузнец? – спросил Варг, переводя взгляд с мужчины на Торвика и разглядывая ожоги на его руках и дырочки на рубахе, проеденные искрами.

– Не просто кузнец, хотя он и лучше всех бьет по наковальне во всем Вигрире, – приосанился Торвик.

– Самый быстрый как минимум, – сказал Варг. – Должно быть, нелегко содержать в порядке все доспехи и оружие Заклятых Кровью.

– Да, и это тоже, но ты только взгляни! – Торвик протянул ладонь к Варгу и задрал рукав рубахи, обнажив запястье, на котором красовалось незамкнутое витое кольцо из серебра с вкраплениями бронзы, с двумя собачьими головами на концах. Варг втянул воздух: украшение было искусно сработано и, вероятно, стоило больше монет, чем Варг заработал за все свои кулачные бои.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что станешь Заклятым?

– Я еще не принес клятву, но готовлюсь ее принести. Глорнир говорит, что все, кто хочет стать Заклятыми Кровью, должны сначала доказать свою храбрость или преданность.

Варг кивнул.

– Итак, мы двое в начале одного и того же путешествия, – сказал Торвик, улыбаясь Варгу. – Будем как братья, – добавил он.

– У меня нет братьев, – сказал Варг. – Только сестра.

– Мы будем как братья, – повторил Торвик с набитым ртом, жуя тушеное мясо. И спросил:

– Так у тебя есть сестра?

– Она умерла, – ответил Варг и принялся наполнять рот едой, прекратив разговор.

Во время трапезы медовуха лилась рекой, голоса Заклятых Кровью и дренгров звенели, воины похвалялись великими делами и вспоминали древние саги. Какой-то шум привлек внимание Варга: оказалось, это Эйнар мерился силой рук с тремя дренграми ярла Логура одновременно. Полутролль громко смеялся, уронив их кулаки на поднос с овощами, а другие воины одобрительно ревели. Трэллы сновали между столами, убирая пустые блюда, наполняя кувшины, рога и миски, а Варг смотрел на это с неприятным чувством где-то внутри. Не так давно он был одним из них. Варг знал, что место, где он сидит сейчас, – наименее почетное в зале, самое дальнее от ярла. Но то, что он вообще сидел за этим столом, было для него почти непостижимо, такой чести он не ожидал и никогда не думал, что такое возможно. Спасенный Заклятыми Кровью, тренирующийся с ними на оружейном дворе, вкушающий пищу и пьющий за столом ярла, потому что он один из них… Это все теперь о нем. И это пьянило сильнее, чем медовуха в роге и животе.

Он почувствовал, как нервный смех ворочается в горле из-за нелепости, абсурда происходящего, но также ощутил, как семя гордости прорастает в груди.

Фройя была бы поражена, увидев его здесь, и гордилась бы им.

И еще одно чувство поселилось в груди Варга, почти такое же непонятное и незнакомое ему, как и ощущение свободы. Он почувствовал проблеск радости.

И вместе с ним пришло чувство вины: он наслаждался жизнью, в то время как Фройя лежала в холодной земле.

И было кое-что еще. Слова, сказанные Торвиком, пробирались в его мысли, словно личинки в гниющее мясо.

Все должны сначала доказать свою преданность.

Он глубоко вдохнул и нахмурился.

Тут раздался стук: ярл Логур колотил по столу.

– Прекрасный пир, – сказал он, когда воцарилась тишина. – Скёль всем вам![10]

Он поднял рог, приветствуя людей в зале, и сделал большой глоток.

– СКЁЛЬ! – взлетели голоса, эхом отражаясь от стропил, и все потянулись к медовухе. Варг тоже поднял свой рог и выпил.

– Но что за пир без саги, что взбудоражила бы нашу кровь, а? – сказал Логур, и ему ответили новые крики и удары по столам.

Логур усмехнулся, тряхнул бородой, с которой капала медовуха, и жестом указал на фигуру, стоящую в тени колонны. Человек вышел на свет, держа в одной руке семиструнную лиру. Темноволосый и красивый, он был одет в зеленую рубаху из шерсти с узелковой вышивкой по вороту и подолу, а на руках его блестели серебряные кольца, отливая красным в свете факелов.

Глубокая тишина воцарилась, когда он поднялся на помост.

– Галинн, скальд Лиги, – сказал ярл Логур, – лучший скальд во всем мире.

– Благодарю тебя, ярл Логур, самый щедрый из владык под солнцем и луной, – ответил Галинн.

– Кто я такой, чтобы спорить с прославленным Галинном? – сказал Логур с улыбкой, и в зале раздались смешки. – И правду сказать, разделив хлеб и опрокинув чашу с брагой, я приобрел много друзей! – добавил он, опускаясь на сиденье.

Галинн несколько мгновений стоял, и взгляд его скользил над столами, а потом положил пальцы на струны. Ее звучание было сладким и меланхоличным – оно вызвало в памяти Варга звуки текущей воды и хлопанья птичьих крыльев – а затем Галинн начал сказывать.