Джон Френч – Солнечная война (страница 6)

Первым нарушил молчание Сангвиний, он шагнул вперёд и поднял руку, чтобы поместить пальцы во вращавшуюся сферу света.

— Следующим станет Уран, — сказал он. — И если он ещё не под полномасштабной атакой, то скоро будет.

Су-Кассен выдохнула, не осознавая, что задержала дыхание. Она почувствовала, как штабисты вокруг расслабились и заново сосредоточились. «Он специально так сделал», — подумала она. Всего несколькими словами Ангел направил их в выбранном им направлении.

— Ретрансляторы к внешним сферам всё ещё свободно передают сигналы, повелитель, — сказала Су-Кассен, — но пока нет никаких сообщений от лорда Хелбракта с Урана.

— Ты всё ещё уверен в этом варианте? — спросил Хан. Он держался сзади, ближе к дверям, и, если не считать взгляда на Сангвиния, оставался совершенно неподвижным. В этой неподвижности было что–то похожее на вспышку молнии, застывшую в глазу. — Есть и другие варианты, Гор может рассеять свои силы в глубинах вовне системы, а затем окружить нас со всех сторон, чтобы одновременно и душить, и вырезать нас.

Дорн посмотрел на Хана.

— Это — Гор. Ты всё ещё думаешь, что он не будет самим собой?

— Он уже другой, — сказал Сангвиний, не поворачиваясь от игравшего на его руке гололитического света. Су-Кассен почувствовала, как в зал вернулось напряжение. Она чувствовала себя так, словно она и остальной штаб вмешались в разговор, который полубоги принесли с собой. — Ты не видел его, Рогал, — продолжил Сангвиний. — Не видел лицо того, что забрало нашего брата.

— Он мог измениться, — проворчал Дорн, теперь такой же неподвижный, как Хан, тусклое освещение экранов прочертило на его лице холодные линии и ночные пустоты. — Но ограничения, с которыми он столкнётся, — нет. Время. У него нет времени. Жиллиман дышит ему в спину. Гор должен прийти к нам со всем, что у него есть и как можно быстрее, или у него ничего не получится. — Дорн покачал головой, призрачная улыбка мелькнула на его лице. — Кроме того, это не его путь.

Снова наступила тишина.

— И поэтому мы позволим ему захватить врата? — тихим, но резким голосом спросил Хан. — Мы обнесём себя стеной и будем ждать и надеяться, что стены окажутся достаточно прочными?

Дорн не ответил, он не сводил взгляда с братьев.

— Мы удержим каждую стену и заставим их заплатить временем и кровью за каждый шаг.

— Именно так, — сказал Сангвиний, он опустил руку, отвёл взгляд от гололитического экрана и повернулся посмотреть на родственников. — И особенно кровью.

Малкадор стукнул посохом по полу. Удар не был сильным, но Су-Кассен ощутила, как воздух покинул лёгкие.

— Ну вот, — произнёс он, оглядываясь по сторонам, его глаза были яркими и жёсткими. Все в зале, примархи и люди, посмотрели на него. Су-Кассен заметила, как грустная улыбка появилась на его лице. — Видите? Мир между нами возможен пусть и на мгновение.

Хан рассмеялся, и ледяное напряжение покинуло зал.

— Вот именно, вот именно. Мы забыли своё место и компанию. — Примарх V легиона вышел из неподвижности и шагнул вперёд, его движения были плавными и расслабленными. Он обошёл вокруг экрана, внимательно изучив его. — Прекрасная работа, — он посмотрел на Су-Кассен и кивнул. — Ваш штаб заслуживает похвалы. — Она склонила голову. На секунду ей показалось, что Хан видит её насквозь.

Стоявший рядом с ней и явно не обращавший внимания на происходящее Кассым-Алеф-1 отвёл взгляд от экрана, на котором просматривал необработанные потоки данных.

— Обычная астропатическая связь по всей системе отсутствует, — сказал он. Его глазные линзы вращались, что придавало его лицу хмурое выражение. — В настоящее время, учитывая задержки других сигналов, в том числе и связанные с расстоянием, было бы наиболее целесообразным использовать телепатические методы связи. Кроме того, способность астропатов чувствовать смещение варпа станет значительным преимуществом. — Он замолчал и посмотрел на примархов и штабистов, словно впервые увидел их. — Разве вы не согласны?

— Не будет никаких астропатических сообщений изнутри или снаружи системы, магос-эмиссар, — сказал Малкадор, его голос звучал низко и устало. — Как и никаких предупреждений о новых кораблях или флотах, выходящих из имматериума.

— Почему? — спросил магос.

Малкадор закрыл глаза, и Су-Кассен увидела, как он опёрся о посох.

— Потому что повсюду вокруг нас воет варп.

Боевая баржа «Монарх огня», Трансуранский залив

Облака пыли заполняли Элизийские врата. Открытый объём пространства шириной в три тысячи километров сверкал кольцами мелких частиц. Сотни, возможно, тысячи лет космические корабли уходили в варп в этом месте, и они засеяли его волнами мягкого серого вещества, которое формировалось после закрытия разрывов. Юпитерские кланы и дома навигаторов придумали для него название. Они называли его «Пепел Сирены». Они рассказывали истории о старателях, которые пытались собрать пыль и не могли больше ничего желать, прикоснувшись к ней. Истинные или нет, но пыль оставалась, медленно клубясь в пространстве Элизийских врат, словно пойманный в стеклянном шаре дым.

Ворота всегда охранялись. Существа выходили из них в течение Долгой Ночи, существа, которых в хабитатах Урана помнили по рассказам о железных людях и звёздных вампирах. Они построили первые крепости вокруг ворот, наблюдая за ними с орудиями и воинами. Эти станции назвали «Глазами старого бога», и они несли неусыпную стражу, пока остальная Солнечная система погружалась в глубины эры Раздора.

Затем со Старой Земли пришёл Великий крестовый поход и включил хабитаты и спутники Урана в зарождавшийся Империум. Наблюдательные станции росли, поколения воинов кланов усилили Марсианским вооружением. Корабли начали проходить сквозь врата в имматериум, и другие возвращаться. Дома Навигаторов восстановили владения на двадцати семи спутниках Урана, и пространство между газовым гигантом и Элизийскими вратами превратилось в вечно сверкавший поток света, когда корабли выходили из варпа к россыпи хабитатов и пустотных станций.

Война Гора изменила это. Поток судов стал пересыхавшим ручейком, а станции, которые несли долгую вахту, раздулись от новой брони и ощетинились оружием. Каждый плацдарм человечества в космосе, на который можно было установить макропушку или разместить эскадрилью истребителей, переделали в крепость. Среди них, лицом ко тьме Элизийских врат, неподвижно висели корабли Второй сферы, зубчатые и вооружённые, наблюдая за сверкающей бездной.

Пыль в воротах переместилась. Медленный вихрь собрался и свернулся в клубок. Облака в сотни километров шириной поплыли и закружились. Пыль начала сверкать. Крошечные черви молний замелькали между серыми пылинками. Облака засветились, сначала зелёным, затем болезненно-фиолетовым, потом цветом окровавленной слоновой кости.

Двигатели ожидавших флотов вспыхнули. В их святилищах зарыдали астропаты. На хабитатах и станциях низкий вой тревожных сирен пробудил миллионы ото снов о поглотивших солнце тенях. На мостике «Монарха огня» лорд-кастелян Хелбракт, командующий Второй сферой защиты Сол, наблюдал как перед глазами расплываются поступавшие в шлем терминаторских доспехов отчёты.

— Трансляция на весь флот и защитные сооружения, — произнёс он с сильным акцентом Нордафриканских конклавов. Он видел на экране шлема, как тысячи подразделений под его командованием пришли в состояние боевой готовности. Шепчущее эхо подтверждений и приветствий сотни военных кораблей раздалось в воксе. Он выдохнул и заговорил:

— Мы стоим за свет Сол и землю Терры. Мы стоим за принесённые клятвы. Мы стоим за кровь в наших венах.

И затем он услышал, всё громче и громче в воздухе за пределами его доспехов, как сотни членов экипажа на мостике «Монарха огня» подхватили его слова.

— Мы стоим за камни, положенные нашими предками.

И теперь слова отзывались эхом по воксу, перекрываясь из тысяч ртов.

— Мы стоим за прошедшие дни, и за те дни, что грядут.

Вихрь пыли в сфере ворот ускорился, свет становился всё ярче.

— Мы стоим за живых и за честь мёртвых.

Очертания сформировались в ярком свете, мигая перед глазами, словно отброшенные вспышкой молнии тени. Внутреннее кольцо орудийных платформ вокруг ворот открыло огонь. Сотни снарядов засверкали в сияющей пыли. Некоторые взорвались, некоторые исчезли. Разноцветный вихрь сжался. Орудийные платформы продолжали стрелять. Затем пыль и свет хлынули вовне.

Щель открылась в центре врат, чернее ночи. Через залив вакуума люди на ближайших орудийных платформах вздрогнули, когда воющий крик ворвался в их уши. Тёмная дыра изогнулась, её края расширились, подобно разрывам на порванной ткани.

Огонь орудийных платформ превратился в настоящий шквал. Снаряды падали в увеличивавшуюся брешь. Начинённые взрывчаткой разлетались словно брызги воды, касаясь варпа. Три силуэта появились в темноте. Раздутые и чудовищные, они ворвались в реальность.

Когда–то они были макротранспортами, созданными перевозить произведённую планетами продукцию по всей галактике. Каждый был больше даже самых огромных военных кораблей. К их бортам приварили плиты из необработанного железа, скопления генераторов пустотных щитов покрывали их кожу подобно волдырям. В прежних тяжёлых жизнях они носили другие имена, но волей Пертурабо их переделали и даровали новые названия. «Алекто», «Мегера» и «Тисифона» стали их новыми именами, и они родились заново, чтобы умереть в первые секунды нападения.