Джон Френч – Солнечная война (страница 55)

Он подумал о принесённых им в погоне за истиной жертвах, о спасении для своего отца, о вещах, которые обретали истинное значение только, когда уравновешивались величайшими потребностями. Была ли эта потребность достаточной для злодеяния, которое они совершат? Он не был уверен, но был уверен, что уже поздно делать другой выбор.

Ариман выдохнул. Призрачный образ его мыслей поднялся в воздух, расправил оперённые крылья, а затем растворился, не успев взлететь. Он потянулся к разуму Менкауры в центре солатариума. Это было похоже на крик сквозь поднимающийся шторм.

+ Сколько времени до соединения? +

+ Оно близко. + Ариман почувствовал напряжение в ответе Менкауры. + Каждый дом выравнивается. Небесные сферы поют, но не все… Кровь ещё предстоит пролить. Королева Небес носит корону растущего огня. Водолей выливает кровавую чашу в ночь. Но Волчья Монета по-прежнему сияет ясно. Колесо поворачивается. Пески бегут… +

В связь с разумом Менкауры хлынули образы. Ариман увидел Плутон, его поверхность и спутники соскользнули из холодной реальности в серебряные монеты в глазницах черепов. Символы на языках, на которых никогда не говорили люди, проносились сквозь темноту, увлекая внутренний глаз по спирали. Он увидел старые зодиакальные знаки из апокалиптических календарей на заре истории: лица-близнецы; кружившая в огне змея; ключи сна; у всех напротив звёзд, которые служили им глазами, танцует дым. Весь огромный механизм двигался, его части выравнивались и резонировали друг с другом, натягиваясь все туже и туже.

Огни битвы подпитывали его. Страх и кровь мёртвых гнали его вперёд. Даже отчаянные надежды и неповиновение защитников увеличивали его скорость в варпе. Он не существовал нигде, но был связан со всем, с каждым мгновением прошлого, с каждой мыслью о будущем и с каждым нерождённым поступком. Это было самое захватывающее и ужасное творение, которое Ариман когда–либо мог постичь. Он посмотрел дальше и увидел собравшиеся в варпе корабли, державшиеся на течениях, которые должны были разорвать их на части. Тысячи. Десятки тысяч, больших и малых. Вокруг них кружили демонические существа, менявшие цвет и форму.

Он вернул разум и слегка покачнулся, когда реальность сменила видение. Он снова стоял в святилище. На противоположной стороне зала стоял апостол, его безликий шлем повернулся, и Ариман был уверен, что глаза за полированной бронзой внимательно наблюдают за ним.

— Момент выравнивания приближается, — сказал он по воксу. Апостол кивнул:

— Как и было предначертано.

— Пока только сходятся последние элементы, — ответил Ариман, услышав холод в своём голосе.

— Верь, колдун. Не всё искусство и план. Боги повелевают, чтобы всё было сделано. Верь…

Ариман не ответил и отвернулся.

+ Начинайте выводить корабли. Начинайте вытаскивать наших братьев. Мы не должны оставаться здесь, когда наступит конец всего этого. +

+ А Несущие Слово? + спросил Игнис.

Ариман посмотрел на облачённых в багровую броню воинов, которые двигались среди скованных псайкеров.

+ Что–то мне подсказывает, что они не собираются становиться мучениками. +

+ В отличие от Менкауры, + заметил Игнис. Ариман почувствовал, как мысли вернулись к слепому брату, теперь запертому в каменной сфере солатариума. + Но это конечно другое дело. У него будет утешение, что память о нём важна для тебя. +

+ Подготовьте корабли, + снова мысленно приказал Ариман после долгой паузы.

+ Как пожелаешь, + ответил Игнис и отозвал свои мысли, оставив Аримана с голосами призраков святилища.

Ариман заново переживает отголоски прошлого…

ВОСЕМНАДЦАТЬ

На серых крыльях

Удар копьём

Выравнивание

Безымянный военный корабль, Внутренний солнечный залив

Серый корабль мчался вперёд. Он покинул Юпитерскую Рубашку. Ни одно из орудий, мимо которых он пролетал, не повернулось, чтобы отследить его; ни один из кораблей, удерживавших позиции, не двинулся ему на перехват. Смотревшие на него ауспики обнаруживали, что их прорицания отклоняются, а на их запросы отвечают шифрами, которые удаляют даже начало вопроса. И он мчался вперёд, серый в ночи, тень на краю взгляда, во тьме, в сторону мерцавшего пятнышка, которым было солнце.

Мерсади оглянулась на Юпитер, пока газовый гигант уменьшался. Из круглого иллюминатора открывалась отличная панорама. Она могла различить свет космических боёв. Корабли захватчиков наступали из внешней системы во всё нарастающем количестве.

— Авангард, — тихо произнёс Локен, когда подошёл и встал рядом с ней. Она не слышала, как он вошёл. Ни шипения дверных поршней, ни лязга замков, и доспехи беззвучно следовали за его движениями.

Они ждали в небольшом помещении с высоким потолком и единственном иллюминатором в стене. Это было маленькое и тихое место, одинокое убежище на корабле шёпотов. Сервиторы, которых она видела, носили серые капюшоны и двигались плавно и бесшумно. Сам корабль не рычал и не дрожал от энергии, а казалось без усилий скользил сквозь ночь, набирая скорость в тишине.

Мерсади посмотрела на Локена, который кивнул на изображение сферы Юпитера.

— Враги выпустили шакалов совершать набеги на наши линии. Истинная сила всё ещё пересекает залив Урана. Они войдут в зону боя через несколько часов. — Он выдохнул. — И тогда эти огни покажутся просто искрами перед грядущим огненным адом. — Она вздрогнула, и он оглянулся, чтобы встретиться с ней взглядом. — Люди, которых ты привела с Урана, к тому времени покинут сферу планеты. Их посадили на корабли, и эти корабли отправили на колоний-астероиды.

— Спасибо, — тихо сказала она.

— Это не спасёт их, — ответил Локен. — Больше не осталось безопасных мест. Но ты привела их настолько далеко, насколько могла.

Мерсади не ответила, но отвела взгляд от иллюминатора. Мори и Нун лежали, свернувшись под одеялом под светом сиявшей сферы. Они отказались оставить её, и поэтому оказались вместе с ней на сером корабле. С тех пор они почти все время спали; возможно, из–за истощения и потрясения, или, возможно, чувство, что они наконец достигли безопасного места, дало им возможность отдохнуть. Мерсади оказалась обделена этим даром.

В те редкие моменты, когда она закрывала глаза, её встречали тени волков.

Возможно, дело было в присутствии Локена или тишине корабля, но она почувствовала, как к ней возвращаются воспоминания, резкие и непрошенные. Малогарст Кривой, не сводивший с неё пронзительного взгляда, коридоры «Духа мщения», запах крови и дыма.

Она вздрогнула и моргнула. Локен продолжал смотреть на неё, его глаза были внимательными, а лицо неподвижным. На секунду в отражённом свете Юпитера он выглядел почти как обычный человек.

— Сколько осталось? — спросила она, пытаясь подавить нервную дрожь.

— Нет кораблей быстрее нашего, — ответил он. — Нам не потребуется много времени, но мы можем прийти и обнаружить, что и враг закончил своё путешествие. Есть силы предателей, которые двигаются во внутреннюю систему сверху орбитального диска.

Мерсади оглянулась на спящих детей.

— Ещё не поздно, — сказала она. — У нас ещё есть время. Немного, но есть.

— Откуда ты знаешь? — спросил он.

— Я чувствую, — ответила она. — Это как шестерёнки устройства, которое вращается на грани слышимости. Ещё поворачиваются…

Локен открыл рот, собираясь что–то сказать…

— Капитан Локен, — произнёс Малогарст. Советник магистра войны посмотрел на неё. — Он доверяет вам.

— Я — летописец. Я записываю его жизненный опыт для потомков.

— Летописи… Мне всегда казалось это странным, когда дело касается путешествий среди звёзд.

— Я не понимаю. — Она хотела оглянуться, но этот холодный взгляд удерживал её. — Я думала, что меня отведут в мою каюту, — добавила она.

Её забрали с тренировочных палуб на «Духе мщения» телохранитель Маггард и отделение солдат. Зиндерманна и остальных увели другие охранники, но Маггард остался с ней, он вёл её по проходам и коридорам, которых она раньше не видела. Через какое–то время он остановился, и указал на дверь, ведущую в коридор.

Мерсади, у которой кровь шумела в ушах, не двигалась, пока Маггард не толкнул её вперёд.

— Скажите мне, — произнёс Малогарст, его силовая броня загудела, когда он начал двигаться. — Он вам доверяет?

— Что?

— Капитан Локен вам доверяет?

— Я… Я не…

— Он благосклонно относится к вам, разговаривает с вами, делится своими воспоминаниями. Я думаю, что он очень вам доверяет, Мерсади Олитон.

Советник магистра войны улыбнулся, и она невольно повернулась, собираясь убежать. Рука на плече остановила её и заставила застыть на месте. Сильные пальцы сжались с незначительным давлением, но с обещанием ломающей кости силы.

— Видите ли, госпожа Олитон, — сказал Малогарст, — мы ему совсем не доверяем.

— Что–то не так? — спросил Локен.

Мерсади поняла, что облокотилась на бронированное стекло иллюминатора. Далёкие взрывы вспыхивали под её пальцами, напоминая крошечные звёзды. Она покачала головой и сглотнула, почувствовав холод в горле.

— Воспоминания, — ответила она и моргнула. — Просто воспоминания…

Но эти воспоминания о Малогарсте никогда не происходили, — произнёс голос в глубине её разума. Того, что она сейчас вспомнила, никогда не было. Её забрали из тренировочных залов и по приказу отвели назад в каюту. Этого не происходило.

— Воспоминания о чём? — спросил он.