УЧЕНЕЙШЕМУ И ЛЮБЕЗНЕЙШЕМУ ДЖЕНТЛЬМЕНУ ДОКТОРУ ЭНДРЮСУ,[1740]
Книгу — станка порожденье — охотно приемлет читатель.
Все же любезнее та, что родилась от руки.
Нынче Майн[1741] присмирел, и Сене он данник исправный,[1742]
В дом победителя шлет Франкфурт ученья дары.
Книга, в печатной крещенная краске, на полке томится,
Гибнет в трехперстной пыли, мошкам на пир отдана.
Если ж рукою написана книга, почета достойна
Оная. Быть ей в ларце древнему свитку сестрой.[1743]
Феб, расскажи мне, как малые дети в игре преуспели
Юную книгу довесть до стариковских седин.
Правда, немного в том чуда, что Эскулап[1744]ово племя
Молодость рваной в клочки книге сумело вернуть.
Если же отрасль отцова свершила сие превращенье,
То и родитель вдохнет младость в меня, старика.
О долголетье, оно тяжкой старостью нас удручает,
Делает глупым дитем, но молодым — никогда!
Только тебе, Ветхий днями,[1745] дано останавливать время,
И молодеет Адам,[1746] ведая мышцу Твою.
Будем же, славный приятель, обманывать жизни унылость
Добрыми книгами и дружбой, достойной небес.
Книга, постылая прежде, как только ее возвратил ты,
Стала любимой стократ, стала и вправду моей.
МОЛИТВА, СОТВОРЕННАЯ ДЛЯ ДРУГА[1747]
Да слышит Бог твой глас с моим едино!
Ты другу — светоч, если свет — лучина.
Возрадуйся! Пусть слез не остается,
Пусть седина в кудрях твоих не вьется.
Да будет щедр твой дух — и наипаче
От щедрости становится богаче.
Отвадь язык правдивый от шатанья,
От всякой кривизны — свои деянья.
Пускай тебя лукавый не обманет
И злобный наговор души не ранит.
Молитву примет пусть небес вершина!
Да слышит Бог твой глас с моим едино!
ДЖОРДЖУ ГЕРБЕРТУ, ПРИ ПОСЫЛКЕ МОЕЙ ПЕЧАТИ С ЯКОРЕМ И ХРИСТОМ[1748]
Прежде, в миру, мне исправно служила печать родовая[1749] —
Связка чеканная змей по гербовому щиту.
Ныне, священником став, герб отвергаю фамильный
И принимаю взамен церковью данный мне герб.
Здесь, в средоточье герба, спасительный крест ты увидишь,
Загнутый по краям, с якорем сходен сей крест.[1750]
В сих очертаниях смысл заключен сокровеннейший: если
Крест терпеливо несешь, якорем станет твой крест.
Якорный крест Иисусу Спасителю служит опорой, —
Смог он, распятый за нас, в якорь свой крест обратить.
Но сохранил я змею с родового герба: если новый
Путь Бог избрал для тебя, старый не просит забыть.
Змеи мудрость даруют,[1751] но часто, влачася во прахе,
Смерть нам сулят, но когда змеи к кресту причтены,[1752]
Служат они к излеченью. Исполнимся мы благодати,
Если крестом обладать будет Натура сама.
Крест — средоточье всего,[1753] но крест, утвердившийся в якорь,
Символом веры предстал. Мой катехизис — сей крест.
Здесь же, под малой печатью, немало даров прилагаю.
Шлю им молитву вослед — дружбы вернейший залог.
На обороте увидишь святого, чье имя ты носишь.[1754]
Пусть же пребудет с тобой благословенье его.
ДОПОЛНЕНИЯ
ДРУГИЕ ПЕРЕВОДЫ
ПЕСНЬ
Ты женись на мандрагоре,
След найди упавших звезд,
Где, скажи, былые зори, 
