Джон Бирд – Сэр Бэзил. Задача – умереть (страница 27)

– Да не нужно мне оружие! – воскликнула Кэт и взмахнула кружкой, забрызгав порхавшую рядом фэйри. – Прости, Сири.

Гугл обещал, что на следующий день мы должны выйти к городу, так что это была наша последняя стоянка в лесу. Я спросил его, не будет ли наша внешность – откровенно эльфийская у Кэт и почти эльфийская у меня – проблемой в Итарии, но гном ответил отрицательно.

– Эльфов ненавидят в Айоле. В Итарии с ними воюют и торгуют.

– Но почему? Логично было бы наоборот.

Гном сухо усмехнулся.

– Айола – слишком бедная страна, чтобы воевать и торговать. Поэтому ей только и остается, что ненавидеть.

Я задумался и больше ничего спрашивать у гнома не стал.

Весь день я пытался выяснить у Кэт, какое оружие она предпочла бы, а она молчала или отнекивалась, явно размышляя о чем-то своем. И вот, наконец, сейчас, вечером, я получил ответ. Не самый обнадеживающий.

– Но как тогда ты собираешься помочь мне вытащить отсюда остальных? – удивился я, хотя уже испытывал дурное предчувствие.

Кэт посмотрела на меня, и ее лицо выражало странную смесь вины и самооправдания.

– А ты не можешь… убить меня сейчас и потом сам справиться с остальными? – с надеждой спросила Кэт.

Я замер, а внутри у меня странным образом стало совершенно пусто.

– Ты хочешь уйти? – я очень старался, чтобы мой голос звучал ровно. Спокойно. Уверенно.

Кэт быстро кивнула.

– Прямо сейчас? – спросил я после недолгого молчания.

– Как можно скорее, – искренне ответила она.

Я снова ответил не сразу.

– Дай мне немного времени, – сказал я, наконец, поднимаясь на ноги. – Я вернусь.

Кэт кивнула, и какая-то новая эмоция появилась на ее лице – жалость? Интересно, а что выражало мое лицо? И как его видела Кэт? Могло ли быть так, что мы видели меня по-разному?

Я шел прочь от лагеря, через темный лес, совершенно не заботясь о том, какие опасности могут меня там поджидать. Арахноиды больше не появлялись, и я подозревал, что их вызвал тогда именно страх Кэт. Но я сейчас ничего не боялся. Какой смысл бояться, если единственное, чего ты хочешь – это сдохнуть?

Я не ожидал того, что Кэт попросит меня об этом. Что так легко захочет уйти. Впрочем, она ведь хотела этого с самого начала нашего знакомства, верно? И догнала меня только потому, что самой уйти не получилось. Это я хотел путешествовать вместе, видел в ней компаньона, даже что-то вроде напарника. Для Кэт так было проще, только и всего. А сейчас проще было попросить меня помочь уйти.

А раз так – почему было не согласиться?

Потом, вечность спустя, глядя на кровь, исчезающую с моего клинка, я думал, что надо было соглашаться тогда. Не считать себя оскорбленным в лучших чувствах, не разыгрывать пафосных сцен, не молчать многозначительно – просто взять кинжал и перерезать Кэт горло. Спокойно, быстро, эффективно. Если бы я знал тогда, чем все закончится…

А, впрочем, поступил бы я иначе, если бы знал?

Когда я вернулся, Кэт все так же сидела у костра. Я остановился на мгновение, глядя на черные локоны, рассыпавшиеся по прямой стройной спине. Она обернулась, увидела меня. Посмотрела серьезно и долго.

– Базз, я передумала.

– Что?

– Не надо меня убивать. Когда ты ушел, я подумала обо всем еще раз, с твоей точки зрения. Будет нехорошо оставить тебя тут одного. Я не подумала об этом. Прости.

Я приподнял брови.

– Ты уверена?

– Да. В конце концов, я всегда могу попросить тебя снова, правда?

– Конечно. Всегда пожалуйста, – я опустился на землю с другой стороны костра. – Можешь еще в следующий раз начать со мной спорить. Ну, чтоб мне проще было.

Кэт хмыкнула, а затем снова внимательно посмотрела на меня.

– Ты знаешь, что ты стал меньше похож на Криса Хемсворта?

– Это хорошо или плохо? – спросил я, ложась на землю и прикрывая глаза.

– Конечно, хорошо.

– Ты поэтому решила остаться? Из-за положительных изменений моей внешности?

– Нет. Ты же не стал похож на Хиддлстона.

Я усмехнулся – и провалился в сон, быстрый и пустой, как вся наша жизнь здесь.

Вы когда-нибудь играли с девчонками в игры? Знаете, по какому принципу они выбирают… Да все, что угодно – от машины до доспехов и оружия? Правильно. Главное – чтобы было красиво. Остальное не важно.

Нет, наверняка существуют представительницы прекрасного пола, которые способны пожертвовать эстетикой в угоду функционалу – но мне, к сожалению, такие не встречались.

«Почему?!» – спрашивал я, глядя, как моя бывшая девушка выбирает в онлайн РПГ щит с худшими параметрами.

«Он симпатичнее», – пожимала она плечами – и я понимал, что спорить с этим аргументом бесполезно. Игра для нас состояла в совершенно разном.

Я боялся, что сейчас с Кэт будет та же история. После нашего разговора в лесу она уже не отказывалась от приобретения оружия, но все еще была совершенно равнодушна к этой теме. И это было опасно. Оказавшись в оружейной мастерской, Кэт могла растеряться и стать жертвой эффектных украшений – а если она что-то выберет, я знал, что переспорить ее уже не смогу.

«И придется мне ее все-таки убить», – усмехнулся я про себя.

Мы вошли в Берг, довольно крупный итарийский город, в районе полудня. Улицы были полны народа – и я с некоторым облегчением смотрел на простых людей, снующих мимо нас по своим делам. Сказать по правде, за время пребывания в Аль Амире я успел порядком подустать от эльфов. Люди, даже самые неприятные, были мне все-таки понятнее и ближе.

Гугл уверенно вел нас, пока, наконец, не остановился в нескольких кварталах от центральной площади у двери с многообещающей вывеской, изображавшей щит и перекрещенные на его фоне меч и секиру. Я подождал Кэт и Сири и пропустил их вперед.

Человеческая мастерская представляла собой нечто среднее между подобными заведениями эльфов и гномов. В общем-то, это было, возможно, основной чертой нашей расы – стремление к середине, норме, балансу. Если подумать, то и самым большим преступлением человечество всегда считало выход за рамки, стремление выделиться. Во всяком случае, это люди прощали хуже всего.

– Чем могу служить, господа? – раздался приятный голос, и нам на встречу вышел мужчина средних лет, с крупным горбатым носом и пронзительно синими глазами.

– Мы ищем оружие для этой дамы, – я указал рукой на Кэт, которая со скучающим выражением лица рассматривала висевшие на стене образцы.

– Что-то конкретное? – вежливо уточнил продавец. Я посмотрел на него с некоторым сомнением, а затем подошел и тихо сказал:

– По правде сказать, мы и сами не решили этот вопрос. Видите ли, моя спутница – не большой эксперт в боевых искусствах. Поэтому нам нужно что-то, с чем ей будет легко управиться и чему она сможет относительно быстро обучиться.

– Хм, – продавец задумался, пристально рассматривая прогуливающуюся по залу Кэт. В штанах, которые появились на ней с момента нашего побега, она выглядела чуть более пристойно, однако изгибы безупречной фигуры были даже еще заметнее. Да и походка, подчеркнутая высокими каблуками, намекала на совсем иной род занятий, нежели фехтование и рукопашный бой.

– Я могу предложить вам несколько вариантов – думаю, легкая рапира будет идеальной, с учетом комплекции…

– Мне нужно вот это, – раздался голос Кэт. Я посмотрел туда, куда она показывала – на стойку с оружием, имеющим длинные древки. Подошел к ней. Посмотрел на стойку, затем на Кэт, затем снова на стойку.

– Дорогая, – сказал я вкрадчиво, надеясь, что она услышит и поймет сарказм в моем голосе. – Это глефа. Большая, тяжелая глефа. Красивая, не спорю, особенно вот этот узор на лезвии – но я сомневаюсь, что ты сможешь ее даже поднять.

Кэт обернулась ко мне. Ее лицо было совершенно непроницаемым, и я тяжело вздохнул.

– Уважаемый, – обратился я к оружейнику. – Не могли бы вы дать даме то, что она просит – чтобы она поняла, о чем я говорю?

– Разумеется, – продавец подошел к стойке, с некоторым трудом вытащил глефу и протянул ее Кэт. Та приняла оружие двумя руками и стала разглядывать его.

Глефа действительно была красивой, хотя особенности ее строения явно напоминали о том, что мы все-таки в игре, где законы физики и соображения практичности принесены в жертву эффектности. Вместо обычного фальшиона с шипом наконечник больше напоминал секиру, чье лезвие украшал причудливый узор, разбегающийся от лезвия к кружевному обуху. Подток с другой стороны древка представлял собой полноценный заостренный наконечник, такой же эффективный в бою, как и основное лезвие. Древко, отделанное полированными металлическими пластинами, по центру имело широкую рукоять, обвитую тонкими кожаными ремешками, которая заканчивалась небольшими утолщениями с двух сторон.

Да, в общем-то, я понимал Кэт. Я бы и сам, возможно, выбрал эту глефу – если бы не задумывался над тем, как ее потом применять.

– Ты не справишься с ней, – честно предупредил я. Кэт только улыбнулась, не сводя глаз с глефы.

– Вы знаете, сударь, хорошее оружие всегда само выбирает своего хозяина, – как бы между делом заметил продавец, и я тут же понял, что глефа стоила совсем недешево.

– Скажите мне, уважаемый, – я повернулся к нему, – а найдется ли в этом городе кто-нибудь, кто сумеет обучить даму пользоваться этой немыслимой красотой?

Продавец расплылся в улыбке.