Джон Бирд – Сэр Бэзил. Задача – умереть (страница 23)
– Мне жаль, что мы неправильно друг друга поняли, – сказал я тихо. – Я совсем не имел этого в виду, да и не мог. Я никак не думал, что ты из тех, кто…
Я не договорил. Кэт усмехнулась.
– Я тоже не думала, что ты из тех, кто может легко перерезать горло.
Теперь усмехнулся я.
– Ты ведь тоже ничего не чувствуешь при этом? – спросила она вдруг, внимательно посмотрев на меня. – Когда убиваешь?
– Нет, – сказал я после минутного раздумья. – Вообще ничего.
– Вот и я тоже. Ничего не чувствовала.
– Совсем? – удивился я.
– Ну, некоторое удовольствие я и впрямь получила, – усмехнулась Кэт. – Он, вообще-то, был неплох. Только уснул не вовремя.
Я закатил глаза.
– Все равно. Это было… Как во сне. Здесь все происходит, как во сне.
Я задумался. В чем-то она, безусловно, была права. Не только мир вокруг постоянно казался ненастоящим, условным, фальшивым – я сам не чувствовал, что живу. Я получал удовольствие от очередного секса, я испытывал удовлетворение после очередного боя, я чувствовал некоторый интерес к тому, куда заведут нас наши приключения.
Но очень, очень редко я переживал по-настоящему сильные эмоции. Пожалуй, моя злость вчера, в замке, была такой эмоцией. Мое удивление, когда я узнал Катю. Мое раздражение, когда…
Я задумался еще раз. Глубоко и серьезно.
Было над чем.
– Знаешь, Кэт, почему Кадис меня не любит?
– Не-а. А надо было узнать?
– Нет, мне и так рассказали. Хотел поделиться с тобой.
– Давай тогда, когда уже дойдем. А то я себе шею сверну, если буду отвлекаться.
– Не свернешь.
– Штаны порву.
– Это вполне возможно. Я удивляюсь, как они все еще остались целыми, без твоих коронных разрезов до бедра. В чем дело? Магия перестала работать?
– В верхней части еще вполне работает.
– Да? Я на тебя весь день со спины смотрю, мне не видно.
– Ну и хорошо.
– Ничего хорошего.
– Эй! У нас был уговор!
– У нас был уговор, Кэт, до того, как ты показала всю свою испорченность. А теперь я снимаю с себя любые обязательства. И плевать хотел на уважение, если что.
– Серьезно?
– В данном контексте – да.
Мы шли по покрытому лесом склону горы. Тропинка все время спускалась вниз, и в реальной жизни ноги наверняка должны были бы устать от такой нагрузки – но здесь я мог идти так часами и ничего не заметить. Впрочем, в реальной жизни я бы вряд ли смог вообще встать в этих доспехах и с огромным двуручником за спиной.
Шлем я надевать пока что не стал, сам не зная почему. У меня было какое-то странное чувство, что еще не пришло его время.
А может, я просто не чувствовал себя настоящим героем. Тем, кто может дать имя артефакту, спасти мир и вот это вот все. Я чувствовал себя обычным, уставшим и полным сил. И совсем не героем.
– Герой на героине, героиня на героине… – тихо напел я под нос.
– И двойная сплошная пролегла между ними… – подхватила Кэт.
Я вздрогнул и, еще не до конца веря в то, что происходит, осторожно продолжил:
– Зря ты думаешь о смерти…
– Я хочу найти письмо в пустом конверте…
– И прочесть…
– Тебе-е-е, – с улыбкой пропела Кэт, обернувшись ко мне. У нее был красивый голос – не оперный, но глубокий. Я улыбнулся в ответ, все еще ошарашенный таким совпадением.
Мои музыкальные вкусы вообще были странными. Я уже давно привык к тому, что их мало кто разделяет и в реальной жизни – из сотен моих знакомых. Даже там я чувствовал, что иду путем настоящего самурая, не следуя трендам и не замечая моды. А в этом мире мне уже повезло дважды. Сначала трубадур сыграл да Милано. А теперь Кэт пела «Сплин».
– Ты их знаешь? – спросил я.
– «25-й кадр», «Гранатовый альбом», «Новые люди».
– «Пыльная быль»?
– Нет.
– «Реверсивная хроника»?
– Немного.
– А позднее?
– Не-е-ет, – протянула она, а я улыбнулся еще шире.
Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой.
– Помнишь что-нибудь наизусть? – спросил я.
– Мы не знали друг друга до этого лета… – начала Кэт, хитро на меня посмотрев.
Мы шли по лесу, покрывавшему склоны гор. Вокруг стояла первозданная тишина, солнце пронизывало золотыми лучами густую зеленую крону, птицы порхали с ветки на ветку – а мы шли и орали во все горло «Мое сердце».
– Ты обещал рассказать про Кадиса.
– Не про него, а про то, почему он меня не любит.
– Это не одно и то же?
– Нет. Там больше будет про меня. Точнее, про Базилиэля. Странно, кстати, что Гугл не рассказал мне этого всего. Эй, Гугл!
– Да, сэр Бэзил?
– Почему ты ничего не рассказал мне о роли дона Базилиэля в войне Итарии и Аль Амира?
– Я не занимаюсь современными персоналиями. Нет достоверных источников.
– Ах. Ну, окей. Теперь-то можно обойтись и без тебя. В общем, десять лет назад здесь была большая заварушка. Не знаю, с чего началось, но закончилось полномасштабной войной между людьми и эльфами. И среди последних было две партии. Первые после того, как эльфам удалось вернуть себе захваченные итарийцами земли, желали полностью уничтожить людей. К ним принадлежал и твой возлюбленный – не надо морщиться. А я, то есть Базилиэль, наоборот, ратовал за мир. Спустя несколько лет, когда война действительно закончилась, и никто никого не уничтожил, я отправился в Айолу, где всегда были сильные антиэльфийские настроения, чтобы попробовать наладить там дипломатические отношения и не допустить повторения истории с Итарией.
– Кажется, свою миссию ты провалил.
– Я о ней попросту не знал.
– И что будешь делать теперь, когда знаешь?
– Ничего. Это же не моя миссия. У меня совсем другая задача.