Джон Бирд – Сэр Бэзил. Задача – умереть (страница 13)
Это было интересным опытом. Сегодня говорил, в основном, Гугл – он лучше знал, как и о чем расспрашивать своих сородичей, а я слушал их разговоры – неторопливые, размеренные, совершенно не свойственные современным людям моего мира. Гномы вспоминали общих знакомых, родную страну, говорили об оружейном и кузнечном деле так, что хотелось порой бросить все и рвануть в Кордуол, стать гномом…
«Нет уж, – прервал я собственный поток мыслей, – еще раз менять расу я не стану. Тем более что для этого придется, по-видимому, отрезать себе ноги».
Однако беседы Гугла с гномами, хотя и на редкость увлекательные, ни к чему не привели. Оружейники, как один, качали головой и говорили, что о местонахождении легендарного Шлема им ничего не известно. Меня удивляло, что такой явно могущественный магический артефакт не имеет имени, и, в конце концов, спросил у Гугла об этом.
– У Шлема должно быть имя, – невозмутимо ответил тот. – Но его никто не знает.
Я с недоумением уставился на него.
– Это как? Забыли?
– Нет. Просто настоящее имя Шлему может дать только настоящий Герой. Тогда Шлем обретет свою полную магическую силу.
«Nomen est omen[3] в действии», – подумал я.
Поскольку гномы ничего рассказать не смогли, я решил, что на следующий день мы пойдем к эльфийским мастерам.
– Рискованное предприятие, – констатировал Гугл.
– Расскажи мне еще, чем именно я рискую, – хмыкнул я.
– Пожизненным тюремным заключением, – предположил Гугл как будто между делом. Я уставился на него.
– Что?!
– Это не точно, – тут же добавил гном. – Но вероятно.
– И насколько вероятно? – нахмурился я. Перспектива провести вечность в местной тюрьме – а именно столько составил бы мой срок – меня совсем не привлекала. И хотя я подозревал, что рано или поздно смогу сбежать, такое приключение я пока что точно мог пропустить.
– Не знаю, – пожал плечами гном. – Сложно посчитать. Но эльфы обычно скоры на расправу, если чем-то недовольны.
– Расправа подразумевает убийство, разве нет?
– Или дешевую рабочую силу, – возразил гном.
– Но за что вообще меня могут посадить?
– Сэр Бэзил, одной истории про ваши уши достаточно.
– Ее никто не знает.
– Постарайтесь, чтобы и не узнали, – назидательно велел гном. Я фыркнул, хотя и не собирался поступать по-другому.
В общем-то, приключения можно было найти и более простым способом.
Вечером, когда стемнело, я решил выйти прогуляться. Гугл прочитал мне обширную лекцию на тему преступности в нашем районе и уровня смертности, в том числе от рук убийц и разбойников. Я выразительно посмотрел на гнома.
– Идете улучшать показатели? – догадался Гугл. Я рассмеялся и вышел на улицу.
Статистика дала о себе знать через три квартала, у самой границы человеческого гетто. Проявила она себя женскими криками – скорее злыми, чем испуганными – мужской руганью и, неожиданно, звоном колокольчиков.
– Твою мать, – пробормотал я и побежал на звук.
Наверное, если бы их было не трое, а даже двое, Катя бы от них отбилась – ее ярости хватило бы на пару валькирий. Но мужики имели большое преимущество в весе и количестве рук, а истерично порхающая вокруг Сири держалась на приличном расстоянии, не особо стремясь защитить хозяйку. Впрочем, это меня не сильно удивило. Во всех наших стычках Гугл тоже проявлял завидную осторожность и бесследно исчезал с поля боя до самого его завершения.
Я подошел в тот момент, когда двое смогли как следует скрутить Катю, а третий собирался разорвать ее куртку – хотя, на мой взгляд, рвать там было уже нечего. Я не стал их окликать и бросаться пафосными или остроумными фразочками. Первого, стоявшего перед Катей, я коротко резанул по шее. Не останавливаясь, полоснул по рукам второго, а третьего ударил в живот и потом, когда он выпустил Катю, удачно раскрывшись – в подмышку. Все трое упали на землю почти одновременно. Сири совсем не мелодично взвизгнула и взмыла куда-то за крыши домов. Катя тяжело дышала, глядя на меня в упор.
Я пнул того, который получил по рукам, но он не подавал признаков жизни, хотя умереть от такого не должен был.
– Ты убил их, – прохрипела Катя. Ее лицо белело в полумраке.
– Не всех, – возразил я. – Этот живой, по идее.
Катя глухо охнула.
– Ты в порядке? – спросил я, проверяя, не пострадала ли ее одежда. Но декольте и разрез юбки выглядели, как изначальное портновское решение.
– Зачем ты их убил?! – прошипела Катя.
– О, прошу прощения, – съязвил я. – Надо было оставить все как есть? Прости. Не хотел портить тебе удовольствие. Но в следующий раз, когда захочешь быть изнасилованной, зови меня. Я хотя бы гарантированно оставлю в живых. Или ты хотела таким изощренным способом вернуться в свой мир?
– Они бы тоже оставили в живых, – глухо сказала Катя.
Я поднял брови, осознал, что меч все еще у меня руке, вытер клинок об штанину и убрал в ножны.
Катя поморщилась.
– Я попробовала… Вернуться. Ничего не получилось. Все, как ты рассказывал. Поэтому я узнала, по какой дороге пошли вы с гномом, чтобы догнать вас.
– А, – холодно сказал я. – Теперь решила принять мое предложение? Когда другого выхода не осталось?
– А ты что хотел? – крикнула Катя. – Чтобы я кинулась за тобой по первому зову? Между прочим, Крис Хемсворт совсем не в моем вкусе!
– Не в моем тоже, – все так же холодно заметил я. – Идем отсюда, не то мне придется еще кого-нибудь убить. У тебя не самый подходящий наряд для этого района.
– Я говорила, что не могу этого изменить, – процедила Катя, но послушно пошла следом за мной. – И вообще, знаешь, что, Василий П…
Я резко обернулся и зажал ей рот рукой.
– Никогда, запомни, никогда, – проговорил я тихо, – не называй мою фамилию.
Катя ошарашенно смотрела на меня поверх ладони.
– Да и по имени меня тоже не называй. Я здесь – сэр Бэзил.
Я опустил руку, а Катя тут же отступила на шаг, явно не желая стоять слишком близко.
– Я умру со смеху, говоря «сэр Бэзил», – заметила она совершенно серьезно.
– Тогда придумай что-нибудь еще, – пожал я плечами.
– Базз, – сказала она, наконец.
– Что?
– Буду называть тебя Базз. Раз ты предпочитаешь искаженную латынь греческому первоисточнику.
Я усмехнулся, а потом до меня дошло.
– Подожди, Базз? Как Базз из…
– «Истории игрушек», да, – хмыкнула Катя.
Некоторое время я скептически смотрел на нее, а потом поднял руку и плавно провел перед своим лицом:
– «Бесконечность – не предел!»
Катя улыбнулась – и впервые это выглядело вполне искренне.
– Идем, Вуди, – позвал я, разворачиваясь и направляясь дальше по улице.
– Ты же не собираешься все время так меня называть? – встревожилась Катя за моей спиной.
– О нет, – заверил я ее. – Ты у нас будешь Кэт.
– Как радистка Кэт?
– Именно. Только не вздумай рожать.