Джон Айронмонгер – Кит на краю света (страница 58)

– Нет.

Она протянула ему руку.

– Пойдемте со мной, – попросила она. – Пойдемте познакомимся с поварами.

Незадолго до вечернего чаепития толпа начала заметно уплотняться. Первыми прибежали дети. Мальчишки пришли разжечь костры, а девочки – посмотреть. Женщины принесли тарелки, ножи, чашки, а мужчины явились с пивными кружками, топливом для костров и небольшими свертками с едой. Шесть яиц от семейства Торогудов, упаковка маргарина от семейства Клок, морковь из маленького хозяйства Нейта и Роуз Мут.

– Я слышал, что у нас сегодня будет славный ужин? – спросил кто-то, и его слова разлетелись по толпе.

– Все благодаря нашему Джо, – с гордостью объявила Марта.

Когда костры разгорелись, всю площадь затянуло дымом. Джо вместе с Кейси Лимбером принесли из церкви двадцатикилограммовый мешок риса и разделили его на девять больших кипящих котлов. Ромер Андерссен и Роуз Мут притащили кастрюли и уже готовили в них соус. На него пошли: морковь, две дюжины консервных банок с томатами со склада Джо, двадцать банок готового соуса и ведро воды из колодца. Сестры Бартл резали рыбу и передавали стейки Джейкобу и Кенни, которые жарили мясо – по тридцать штук за раз – на плоских железных сковородках. Мозес, Хедра Пенхаллоу и братья Шонесси поддерживали огонь и переворачивали рыбу. Толпа все еще увеличивалась. Кенни вскрывал мидии и кидал их в соус. Площадь наполнилась ароматами дыма и еды.

День подходил к концу. Вдалеке раздался рокот двигателя, означавший прибытие семейства Мэгвиз и их помощников. Все они приехали в битком набитом фермерском трейлере, притащив на прицепе трактор. Они привезли несколько бидонов молока и с шумом и гамом выгрузили их из кузова. Под присмотром одного из Мэгвизов молоко разлили по чашкам и поставили на столы.

«Как накормить столько голодных ртов?» – подумал Джо. Он вспоминал вопрос Кауфмана: «Как вы собираетесь прокормить город с населением в десять миллионов человек?» Здесь, на этой площади, накормить даже триста жителей казалось невыполнимой задачей: дерево для костров, нечеловеческие усилия на рыбалке, дойка коров, подавать, носить, готовить… Он должен был понимать это. В этом заключалась сама суть моделей, которые он создавал многие годы – детализированная математика поставок и запросов, изученные цепи зависимостей и людских взаимодействий. Но в Сент-Пиране ничего из этого нельзя было применить на практике. Где валюта обмена? Чем были награждены помощники на ферме за потраченное время? Или рыбаки за свой улов?

На столы подали первые тарелки с порциями риса, рыбы и соуса. Молоко разлили по стаканам. Люди начали рассаживаться, как вдруг на площади появились Элвин и Полли. Все жители встали, чтобы поприветствовать их.

– Преподобный Хокинг, слава Богу, – сказала Эйлин Мэгвиз.

На худом сером лице викария появилась добродушная улыбка.

– Моя дорогая миссис Мэгвиз. – Он пожал ей обе руки.

– Мои дорогие миссис Фишберн, миссис Хорсмит, Корин – всех вас рад видеть. – Он пошел через толпу людей, касался их, клал руки на плечи и смотрел прямо в глаза. – Миссис Клок, благодарю вас за ваши молитвы. Джейкоб, Ромер, Мэри, Джошуа…

Толпа поглотила его, а Джо внезапно оказался возле Полли и почувствовал исходившую от нее энергию. Она старалась не смотреть в его сторону.

– Ты в порядке? – спросил он.

Она смотрела на свои туфли.

– Элвин разрешил говорить с тобой, – сказал Джо. Ему захотелось обнять ее.

– Не здесь, – ответила она и отвернулась. Кто-то поймал ее взгляд, и она помахала рукой. – В другой раз, – сказала Полли.

Одному в толпе было очень неуютно. Кого тебе приветствовать, а кого – игнорировать? Стоять на месте в надежде, что вечеринка сама придет к тебе? Или ходить кругами с наигранным дружелюбием? Стоило ли рисковать, если ты стоишь на краю и остаешься там один со своим пустым стаканом? Джо обратил внимание, что его уже вытеснили на периферию, подготовка к ужину уже достигла своего апогея, всюду были сформировавшиеся группы семей и друзей. За дальним столом он приметил свободное место на скамейке, рядом с грузным мужчиной, с которым еще не был знаком.

– Меня зовут Джо, – представился он, протягивая руку через стол, за которым сидела незнакомая пожилая пара.

– За рис, как я понимаю, мы должны благодарить вас.

Джо наклонил голову, словно не услышал данную реплику.

– Джо, приятно тебя видеть. – На его плечо опустилась рука. – У тебя еще найдется место для парочки?

Он посмотрел вверх и увидел перед собой Джереми и Демельзу.

– Дорогуша, я уверена, что мы поместимся. – Демельза обнимала Джереми за плечи, свесив руки ему на грудь. Их объятия выглядели почти сексуально.

30

Всегда есть другие девушки

В Сент-Пиране хорошо помнят эту зиму. В ноябре лил такой сильный дождь, что боцман Хиггс заявил, что собирается построить ковчег. Все столы и стулья было решено переместить с Харбор-сквер в упаковочный рыбный цех, чтобы во время трапезы на собравшихся не капал дождь. Ничего не получилось. Строение могло вместить сто человек, но не более.

– В «Буревестнике» мы все не поместимся, – мрачно сказал Джейкоб Андерссен.

– В школе тоже, – добавила Марта.

– Мы все поместимся в церкви, – нашелся Джо, но даже здоровяк отнесся с сомнением к этим словам. Питер Шонесси уныло покачал головой.

– Викарий нас не пустит, – ответил он.

Но они все же поднялись на холм, неся с собой столы и скамейки.

– Зачем вам скамейки? – вредничал Элвин Хокинг, когда уже стало ясно, что все его аргументы не были достаточно убедительными.

– На дрова, – ответил Джо.

Они расчистили место на церковном кладбище. Могильные камни превратились в печи. Под проливным дождем они целый день двигали камни, скамейки, столы, поэтому уже к вечеру у них появилось кафе с печами и столами, а также еще больше места под барбекю.

– Пощадите кафедру, – умолял Хокинг, и его послушались. Железные перила хора теперь служили для ограждения огня. Церковные скамьи стали простыми скамейками, а их спинки – столами.

Полли стояла и смотрела, скрестив руки на груди. Джо старался не попадаться ей на глаза.

Ноябрь был еще в разгаре, а приток пищи снизился. Джо наблюдал за тем, как с его склада выносят коробки и мешки. Он вычеркивал наименования из списка. Ему хотелось посоветоваться с кем-то из жителей. Он захотел сказать кому-нибудь: «Нам нужно быть осторожными».

– Кто главный? – как-то вечером спросил он у Джереми, пока они при свечах ужинали в церкви. – Как ты думаешь, кто тут самый главный?

– Главный в чем?

– Во всей организации? Кто распоряжается ресурсами для готовки и уборки? Кто планирует меню? Кто распределяет еду?

Джереми пожал плечами.

– Я думал, что это ты, – ответил он.

Ежедневный улов рыбы стал гораздо меньше, чем полфунта на человека, как и прогнозировал Элвин Хокинг. И это несмотря на увеличившееся число людей на скалах и вдоль портовой стены. «В это время года всегда мало рыбы. В ноябре мы ловим вдвое меньше, чем в июле. День становится короче. А еще у нас почти не осталось топлива, чтобы выходить подальше в море», – рассказал ему Дэниел Робинс.

Поставки молока с фермы Мэгвиза тоже упали ниже ожидаемого. Ручная дойка давала меньше молока, а на ферме закончилась питательная смесь, поэтому Мэгвиз стал кормить коров силосом. Однажды Эйлин Мэгвиз проснулась холодной ночью, услышав выстрелы. Лаяли собаки. Рано утром они вышли в поле и обнаружили, что у них осталось девять овец. Ночью мародеры прошли горными тропами и забрали всех остальных. Сначала застрелили, а потом унесли их туши. На траве остались следы крови.

Джо стал рыбаком. Он одолжил прогулочную лодку Мэллори, но почти никогда не поднимал паруса. Они вместе с Джереми выходили в центр бухты и закидывали в море дюжину удочек. На лодке был маленький подвесной мотор, но они редко его использовали. В первый день им удалось поймать восемь маленьких скумбрий. Плохая награда за девять часов в море.

– Ужин на восьмерых, – сказал Джереми, когда они возвращались обратно.

«Ужин на двадцать человек», – подумал Джо.

Питер Шонесси перенес радиоточку в церковь, так как там был отличный сигнал.

– Как обстоит ситуация с гриппом? – спросил его Мэллори, а Питер передал вопрос в эфир. Они поговорили с семейной парой из Плимута, которая на протяжении последних шести дней питалась только кошачьим кормом.

– Нам уже все равно на эту заразу, – сказал мужчина Питеру. – Хочу, чтобы она уже пришла и забрала наши жизни.

Они связались с круизным лайнером в проливе Ла-Манш.

– У нас скончалось двадцать четыре человека, – передал им радист. – Мы направляемся к берегу.

– Подождите семь дней, – попросил их Джо. – Дайте инфекции возможность уйти.

– Мы не можем ждать. Нам нужна вода.

В первой половине декабря дожди почти прекратились, но на смену им пришел свирепый северный ветер. Джо и Джереми постоянно были в море, они раскачивались на волнах, словно масло в бидоне. В один день они вернулись ни с чем. Зато на следующий день поймали солнечника, двух морских собак и огромного морского угря. Весь улов сложили в котелок.

– Желтая. Как золото, – сказал Джереми, смотря на солнечника. – На французском это будет… jaune dore.

– Ты – просто кладезь информации, – восхитился Джо.

Они вскрыли ящики с отварной солониной и ветчиной, прихватив еще и сушеный горох, чечевицу и бобы. Вечерний ужин в церкви стал традицией, которая начала нравиться Джо. Ромер и помощники научились печь хлеб в печах из надгробных камней. Нейт и Роуз Мут делали масло и каждый вечер приносили его в деревянной бадье. Пока не было сидра, семейство Торогудов приспособилось готовить горячий яблочный пунш. Ужин состоял из кусочка горячего хлеба со свежим маслом, кружки теплого молока и яблочного пунша, рыбного гуляша, бобов или других остатков консервированной еды и фруктов.