Джоди Эллен Малпас – Одна обещанная ночь (ЛП) (страница 35)

— Сделай это, — слова бездумно срываются с губ, руки поднимаются и впиваются в его предплечья. — Пожалуйста, сделай это.

— Я сделаю, все что захочешь, но только в своей постели, — он жестко целует меня в губы и убирает свою руку, одергивая подол платья. — У меня хорошие манеры. Я не выкажу такое неуважение к твоей бабушке, взяв тебя прямо здесь. Сможешь контролировать себя, пока мы едим ананасовый пирог?

— Смогу ли я себя контролировать? — спрашиваю запыхавшимся шепотом, смотря вниз на его стояк. Мне даже не нужно было смотреть. Он большой и упирается в мою ногу.

— Я борюсь, поверь мне, — он поправляет свою одежду и снимает меня со столешницы, после чего аккуратно перекидывает мои волосы за плечи. — Давай посмотрим, насколько быстро я смогу съесть ананасовый пирог. Тебе для ночевки нужно собрать сумку?

Нет, на самом деле, не нужно. Хочу, чтоб он забыл о своих манерах. Зря пытаюсь привести в порядок свое подавленное состояние, но весь жар внутри живота приливает к лицу при мысли о лицах Нан и Джорджа.

— Возьму кое-какие вещи после десерта.

— Как пожелаешь, — он кладет ладонь мне на шею и ведет из кухни, тепло его руки усиляет мое желание. Я так его хочу. Хочу этого загадочного мужчину, который то прекрасно себя сдерживает, то теряет все свои манеры. Мошенник, вот кто он.

Актер.

Самолюбивый мужчина в костюме джентльмена.

Что делает его самым злейшим врагом для моего сердца

— Вот и они! — заявляет Нан, вскочив с места. — Где же ананасовый пирог-перевертыш?

— Оо! — я собираюсь развернуться, но быстро понимаю, что с рукой Миллера, по-прежнему крепко сжимающей мою шею, я никуда не пойду.

— Не важно, — Нан машет рукой, указывая на мой пустой стул. — Садись, я сама принесу.

Миллер фактически усаживает меня на стул, прежде чем придвинуть к столу, как будто у него есть необъяснимое влечение владеть мной вот так, так же как и все, к чему он прикасается.

— Удобно?

— Да, спасибо.

— На здоровье, — он занимает место рядом со мной и переставляет все уже расставленные перед ним приборы, прежде чем взять недавно наполненный бокал вина и сделать маленький глоток.

— Ох, ананасовый пирог-перевертыш! — Джордж потирает руки и облизывается. — Мой любимый! Миллер, ты, может, умрешь от удовольствия.

— Знаешь, Джордж, мы ведь купили ананас в Харродс, — мне не стоило говорить ему это. Нан убьет меня, но она здесь не единственная сводница. — Она заплатила за него пятнадцать фунтов стерлингов, и это до того, как пригласила Миллера на обед.

Он ахает, но потом на его лице появляется задумчивая улыбка. Я чувствую внутреннюю симпатию.

— Она знает, как угодить мужчине. Удивительная женщина, твоя бабушка, Ливи. Удивительная женщина.

— Она такая, — я тихо соглашаюсь. Дьявольски надоедливая, но удивительная женщина.

— Ананасовый пирог-перевертыш! — кричит Нан, горделиво входя с серебряным подносом в руках. Она ставит его на середину стола, и все вытягивают шеи, восхищаясь шедевром. — Это моя лучшая работа. Не хотели бы вы попробовать мой ананасовый пирог-перевертыш, Миллер? — спрашивает она.

— С удовольствием, миссис Тейлор.

— Он такой вкусный, что ты проглотишь его за секунду, — небрежно замечаю, подняв свою ложку и глядя на Миллера. Он забирает блюдце, протянутое Нан, и ставит его, после чего передвигает на пару миллиметров вправо.

— Даже не сомневаюсь, — он не смотрит на меня и не начинает есть. Он вежливо ждет, пока Нан передает порции остальным и, заняв свое место, берет в руки ложку. В любом случае, хорошие манеры не позволят ему выполнить свое намерение быстро проглотить пирог. Он просто не может себе такого позволить.

Миллер поднимает ложку и погружает ее в пирог, отламывая кусочек. Затем со свойственной ему аккуратностью подцепляет этот кусочек ложкой и кладет в рот. Мой взгляд путешествует, следуя за его ложкой от блюдца до его рта, собственная же ложка замирает передо мной. Весь его вид как магнит для глаз, и я сдаюсь в попытке сопротивляться. Кажется, мои глаза желают его так же сильно, как и мое тело.

— Все хорошо? — спрашивает Миллер, заметив, как я на него таращусь, пока он отламывает еще один кусочек. Не то чтобы факт быть застуканной пугает меня.

— Да, нормально. Просто думала о том, что никогда не видела настолько медленного поедания пирога моей бабушки, — я шокирована своим вызывающим наблюдением, а Миллер начинает кашлять, прикрывая рот рукой — явный признак того, что он тоже шокирован. Я рада. У меня такое чувство, что мне просто необходимо соответствовать его самообладанию, если собираюсь провести с ним следующие шестнадцать часов. Так что мне, возможно, стоит начинать прямо сейчас.

— Вы в порядке? — по ушам ударяет озабоченный голос Нан. Уверена, что ее старое лицо тоже выражает озабоченность, но я не стану проверять: вид потерянного Миллера слишком новый для меня, чтобы пропустить хоть секунду.

Он заканчивает жевать, кладет свою ложку и вытирает рот:

— Прошу прощения, — он поднимает свой бокал и смотрит на меня поверх, приближая его к своим губам. — Красивыми вещами нужно наслаждаться, Ливи, а не бросаться на них. — Он делает глоток, и я чувствую, как под столом его нога касается моей. Шокирую себя еще больше, посылая ему загадочную улыбку и оставаясь спокойной.

— Это и правда восхитительно, Нан, — я изображаю Миллера и, набрав полный рот, жую медленно, не спеша глотаю, а затем медленно облизываюсь. И я знаю, что мои невозмутимые кривляния произвели желанный эффект, потому что кожу опалил взгляд его синих глаз. — Тебе понравилось, Джордж?

— Всегда нравилось! — он откидывается на спинку своего стула и потирает живот, испуская довольный вдох. — Мне стоит расстегнуть пуговицу.

— Джордж! — шипит Нан, тянется и ударяет его по руке. — Мы же за обеденным столом!

— И обычно тебя это не беспокоит, — ворчит он.

— Да, но у нас ведь гость.

— Это ваш дом, миссис Тейлор, — вмешивается Миллер. — И я удостоился чести быть приглашенным. Это был самый вкусный Биф Веллингтон, который мне доводилось пробовать.

— Оо, — Нан снисходительно машет рукой через стол. — Вы слишком добры, Миллер.

Подхалим он, вот кто.

— Лучше чем мой кофе? — я играю словами, но просто не могу ничего с собой поделать.

— Твой кофе не похож ни на что из того, что мне доводилось пробовать раньше, — отвечает он мягко, вздернув брови, гладя на меня. — Надеюсь, ты приготовишь для меня один завтра к полудню, когда я зайду.

Качаю головой, радостно улыбаясь и наслаждаясь нашей личной перепалкой.

— Американо, четыре порции, два кусочка сахара и наполовину заполненный.

— Жду с нетерпением, — Миллер дарит мне едва заметную улыбку, ту, которой я рада и которую видела всего пару раз с тех пор, как мы познакомились. — Миссис Тейлор, вы не будете возражать, если я приглашу Оливию выпить у меня дома?

Поражаюсь его самоуверенности, и почему он не спросил меня? В любом случае, моя бабушка не откажет. Нет, она скорее будет отчаянно пытаться отыскать в моем ящике с нижним бельем шелковый пеньюар, чтобы запихнуть в необходимую для ночевки сумку. Зря потратит время.

— Я бы с удовольствием, — отвечаю, предупреждая решение, которое могли бы принять за меня. Я взрослая девушка. Я сама принимаю решения. Я хозяйка своей судьбы.

— Как благородно с вашей стороны спросить, — волнение Нан очевидно, но в голосе проскальзывает нотка храбрости. Она строит надежды на основании той малости, что знает о мужчине, сидящем за ее столом. Полная картина ситуации свела бы ее в могилу раньше времени. — Мы здесь все уберем, а вы двое идите и веселитесь!

Мой стул отодвигают вместе со мной из-за стола, прежде чем я успеваю положить ложку и подняться на ноги, и без промедления ведут к тому краю стола, где сидят Нан и Джорджем.

— Спасибо вам, миссис Тейлор.

— Не за что! — она встает и позволяет Миллеру поцеловать ее в обе щеки, глядя на меня выпученными глазами. — Замечательный был вечер.

— Согласен, — говорит он, протягивая свободную руку Джорджу. — Приятно было познакомиться, Джордж.

— Да, — Джордж встает на ноги, занимая место позади Нан и пользуясь возможностью, пока она в таком хорошем расположении духа, рукой обнимает за талию. — Приятный вечер. — Берет протянутую руку Миллера.

Я молчаливо молю их поскорее заканчивать с этим вежливым обменом. Обед превратился в затянувшийся обмен загадочными, наводящими на мысли замечаниями и коварными прикосновениями. Сдерживаемое во мне желание ново, и это довольно сильно нервирует, но непреодолимая потребность освободить его блокирует всё разумное, что есть во мне, а во мне много благоразумия. Я умная девушка….за исключением тех случаев, когда рядом Миллер.

Чувствую успокаивающее поглаживание его пальцев на своей шее, от которых вся моя разумность испаряется. Я не стану пытаться отыскать ее, потому что она давно исчезла, оставив меня ранимой и отчаявшейся.

Целую Нан и Джорджа и позволяю Миллеру увести меня из столовой. Он не отпускает меня, снимая с вешалки пиджак, а потом и мою джинсовку.

— Хочешь взять какие-нибудь вещи?

— Нет, — отвечаю быстро, не желая больше тянуть время.

Он не спорит, осторожно открывая входную дверь и подталкивая меня наружу. Миллер открывает дверцу своей машины и усаживает меня на сиденье, быстро захлопывая дверь и обходя машину спереди. Заведя двигатель, он спокойно отъезжает от обочины, а я смотрю на свой дом и вижу, как дергаются шторы. Могу только представить, о чем сейчас разговаривают Нан с Джорджем; эта мысль обрывается, когда из динамиков доносится композиция «Наслаждайся тишиной» в исполнении Depeche Mode, от которой я хмурюсь, вспомнив эти же слова, когда их он говорил.