Джоанна Линдсей – Мой единственный (страница 8)
– Правда их ненавидит?
– Да.
– Этим объясняется, почему он нигде не бывает?
– Вот именно.
– А я-то думала, это он избегает света, потому что он – пария в обществе, – призналась Кэрол, а потом едва слышно прибавила, – полный изгой… до такой степени, что ни одна хозяйка дома не включает его в список гостей.
Едва сдерживая смех, который рвался наружу, Джулия сухо заметила:
– Ты сама должна понимать, о ком мы говорим. Мэлори – одно из самых влиятельных семейств в королевстве. Их всюду приглашают и принимают.
– Уверена, что остальных приглашают, но сомневаюсь, что его, – не сдавалась Кэрол.
– Его хотят видеть в особенности, Кэрол. Или ты не видишь, сколько сейчас здесь гостей? Не думаешь же ты, что леди Иден пригласила их всех? Не будь Джеймс столь интересной для света личностью, никто не горел бы желанием увидеть его на балу собственными глазами. Именно личность Джеймса Мэлори делает бал таким увлекательным для каждого. Сама знаешь, как охотились за приглашениями… Уверена, многие явились сюда без приглашения. Думаешь, он этого не понимает? Повторяю: зная, все это, он согласился приехать ради жены, прекрасно понимая, что все будут на него глазеть.
– С его стороны это весьма благородно, как по мне…
– Не против, если я тебя представлю? – предложила Джулия. – Он очень любезен с леди. Познакомься с ним, и тебе больше не придется доверять этим глупым сплетням.
Но Кэрол, упершись каблуками в пол, решительно замотала головкой.
– Спасибо, не надо. Пусть он остается на той стороне зала, а мы – на этой. Пускай во всех этих сплетнях нет ни капельки правды, и он куда импозантнее, чем я ожидала, но я совсем не горю желанием с ним общаться. Я не видела, чтобы он хоть раз улыбнулся собственной жене. Не удивлюсь, если он вообще не умеет улыбаться. Вижу, что никто не рискует подходить к нему. Что бы ты там ни говорила, Джули, в нем есть нечто такое, что вызывает во мне дрожь. У него такой вид, словно он готов наброситься на любого и оторвать голову.
– Какой ужасный образ ты себе нарисовала! – сказала Джулия, стараясь не смеяться над излишне пылким воображением подруги. – Тебе не стыдно?
– Но это правда! Может быть, он довольно славный малый, вполне допускаю, что так оно и есть. Я согласна прислушаться к твоим доводам, вот только этот Джеймс уж слишком похож на великана-людоеда из сказки.
– Я ничего подобного не говорила, – запротестовала Джулия. – Как раз напротив, не стоит видеть в нем чудовище.
– Не чудовище? – с победной ноткой в голове произнесла Кэрол. – Взгляни-ка на него! Разве это не так? Если есть человек, во взгляде которого читается жажда убивать, так это он.
Нахмурившись, Джулия посмотрела туда, куда смотрела Кэрол и, черт побери, была вынуждена с ней согласиться. Она никогда не видела Джеймса Мэлори таким… Если бы человеческий взгляд мог убивать, кое-кому в этом зале очень не поздоровилось бы.
Глава шестая
– Поверить не могу, что ты явился сюда, – прошептала Габриэлла, тыча Ричарда в спину, пытаясь привлечь его внимание.
Мужчина с раздраженным видом обернулся. Он очень старался держаться подальше от Габби и Джеймса, а также от двух старых приятелей по прежней жизни, которых, как ему показалось, он узнал, хотя прекрасно понимал, что лицо его полностью скрыто под маской печального клоуна. Кстати, в этой маске ему было ужасно жарко. Он не собирался позволять Габриэлле снова донимать себя, хотя ему и самому хотелось повздорить с ней.
– Поверить не могу, что вы скрыли от меня, что в честь дня рождения Джорджины дают бал-маскарад! Неужели ты не понимаешь, как это удобно для меня? Все ваши тревоги оказались напрасны… Как, черт побери, ты меня узнала?
– По волосам, конечно.
– Может, мне следовало переодеться в платье? – съязвил Ричард. – И почему я об этом не подумал?
– Боюсь, что эта выходка тебе не удастся. Ты уже не так строен, как прежде, даже если на свете существуют женщины твоего роста, в чем я, признаюсь, весьма сомневаюсь. Не высовывайся, а не то он тебя, чего недоброго, заметит! – прошипела Габриэлла, увлекая молодого человека обратно в гущу толпы.
Все это уже начинало походить на их прошлый спор, продолжать который Ричарду абсолютно не хотелось. Габриэлла с самого начала была настроена очень решительно, стоило им ступить на причал. Всем пятерым пришлось ехать в одном экипаже, поэтому Ричард и Ор решили завезти Габриэллу, Дрю и Марджери в лондонский дом Мэлори, а уж потом подыскивать себе подходящее жилье. Однако Габриэлла категорически отказалась еще до того, как экипаж тронулся. В доках она отвела Ричарда в сторону и заявила, что он ни при каких обстоятельствах не должен приближаться к этому дому или даже ступать на мостовую перед ним.
– Не говори чушь. Он, скорее всего, уже и думать обо мне перестал. Джеймс вдвое старше меня и память у него, очевидно, уже не та…
Габриэлла громко рассмеялась.
– Не называй Джеймса Мэлори стариком. Он – мужчина в полном расцвете сил. Не обманывайся! Правда, с тех пор, как вы виделись в последний раз, ты немного прибавил в весе, но лицом ты совсем не изменился. У тебя, Ричард, – очень запоминающееся, выразительное лицо. Я бы тебя узнала при любых обстоятельствах, и он, уверена, тоже. Дьявол! Не удивлюсь, если тебя узнает даже твоя старая кормилица.
– У меня не было няни, – сухо отрезал Ричард.
– Не думай, что сможешь увильнуть, сменив тему разговора! Он непременно обратит на тебя внимание, а потом вспомнит мужчину, которому его супруга отвесила оплеуху за непристойное предложение, сделанное в саду ее дома в присутствии двух детишек. Он бы занялся тобой в тот же день, если бы я клятвенно не пообещала, что ты больше и на шаг к ней не подойдешь. Он вполне определенно выразился, когда говорил, что случится, если ты посмеешь
Как будто он не помнил этого? Как будто это имело хоть какое-то значение, когда он так жаждет увидеть Джорджину?
– Будь милосердной, Габби, – попытался воззвать Ричард к нежной стороне ее души. – Я не подойду к ней. Позволь хотя бы еще раз ее увидеть… в последний раз. Помоги мне. Мужлан, за которого она вышла замуж, ни о чем не узнает. Выбери день, когда его не будет дома.
– Почему бы тебе не… – начала Габриэлла, но вдруг переспросила. – В последний раз? И после этого ты навсегда о ней забудешь?
Он не хотел ей врать, но иначе не мог, слишком уж Габриэлла тревожилась о нем.
– Она для меня потеряна. Думаешь, я этого не понимаю?
Ричард решил, было, что Габби перешла на его сторону, но молодая женщина вдруг нахмурилась.
– Ты напрашиваешься на неприятности, Ричард, – произнесла она, упрямо вздернув подбородок. – Нет, нет и еще раз нет. Извини, но ты мой лучший друг. Я не собираюсь позволять тебе стать на путь саморазрушения, хотя ты, кажется, твердо вознамерился себя погубить.
Раздосадованный, Ричард порывисто воздел руки к небу.
– Прелестно! Ты победила! А пока я утоплю свое горе в вине. Уверен, Ор поможет мне в этом, ведь он с тобой согласен. Надеюсь, хотя бы это мне позволено? – зло произнес Ричард, направляясь к выходу.
Он решил больше с ней не спорить. Придется самому искать встречи с Джорджиной. Ему обязательно должно повезти.
– И как тебе удалось так быстро раздобыть вечерний туалет? – сердито поинтересовалась Габриэлла, оглядывая его импозантное черное одеяние. – Мы прибыли в Лондон два дня назад. Я думала, твоя старая одежда тебе больше не в пору…
– Да, конечно, но я уже несколько лет знаком с одним хорошим портным с острова Сент-Кристофер и заранее подготовился к путешествию.
– Лучше скажи: подготовился к смерти. Господи! Поверить не могу, что ты оказался здесь вместе с ним!
– Ты преувеличиваешь, Габби! Он не убьет меня только за то, что я на нее взглянул.
– Он был предельно серьезен, когда предупреждал, чтобы ты не приближался к его жене. Ты можешь с легкостью игнорировать подобные угрозы от других, но только не те, которые исходят от
– Вообще-то, это тебе следовало бы мне все рассказать.
Заслышав завуалированное обвинение, Габби помрачнела.
– Нет, я ничего не должна была, поэтому умолчала о бале…
Мужчина вздохнул, но уступил ее упорству.
– Та гостиница, возле которой ты нас высадила… кстати, весьма признателен, оказалась одной из лучших в Лондоне… Там держат несколько экипажей к услугам постояльцев. Вчера я прокатился на одном из них. Когда карета остановилась напротив резиденции Джорджины, я отпустил кучера и просидел целый день, надеясь хотя бы мельком увидеть ее, но ничего не вышло.
– Она пригласила гостей, так что из дома, разумеется, не выезжала. Но это еще не объясняет, как ты узнал о бале и о том, где он будет проходить.
– Я сидел в засаде у дома Джорджины, когда мимо прошли две леди. Подозреваю, при виде особняка Мэлори на противоположной стороне улицы они решили затронуть в своем разговоре тему бала. Я едва не свалился с козел кареты, так хотел дослушать, чем закончится их разговор.
Габриэлла тяжело вздохнула.
– Обычно ты вполне здравомыслящий человек… пока речь не заходит о Джорджине. Тогда ты полностью теряешь голову. И вообще, как ты проник сюда без приглашения?
Ричард не к месту ухмыльнулся. Он вспомнил о том сорванце, который чем только не занимался, лишь бы заставить отца отречься от него, но ничего из этого не вышло.