Джоанна Линдсей – Мой единственный (страница 10)

Джулия снова обернулась и уже хотела отойти, но вдруг, поддавшись секундному порыву, коснулась плеча мужчины. Всему виной был этот щемящий, полный душевной тоски вздох. Как она могла пройти мимо столь сильного горя и одиночества?

– С вами все в порядке? – поинтересовалась Джулия.

Незнакомец порывисто обернулся, и девушка растерялась при виде маски дьявола на его лице, точнее, полумаски, под которой в тени виднелись усы, чувственные губы и твердый подбородок. «Дьявол» бегло окинул ее взглядом, а потом вернулся в прежнее положение.

– Только взгляните на нее, – вновь вздохнув, произнес он. – Она просто изумительна!

Он говорил с легким, неуловимым акцентом, происхождение которого Джулия не могла с точностью определить. Кажется, он даже не услышал ее вопроса.

– Вы, кажется, влюблены?

– Очень сильно. Я влюбился в нее с первого взгляда, как только повстречал в прошлом году.

– В кого?

– В леди Мэлори.

Джулия подавила невольный смешок. Она не ожидала услышать что-то подобное. Теперь ее любопытство было удовлетворено, а явная враждебность Джеймса получила объяснение.

Мэлори были крепким, дружным семейством. Не важно, о какой именно леди из клана Мэлори говорил незнакомец. Все, присутствующие на балу, уже были замужем, так что Джеймс имел право оскорбиться. «Обидеть одного – значит обидеть всех». Таким мог быть фамильный девиз рода Мэлори. Если только… нет, этот мужчина не мог оказаться одним из Мэлори, восхищающимся своей женой на расстоянии. Все они находились у Джулии на глазах. Спутать их, несмотря на маски, было немыслимо.

– Какая конкретно леди Мэлори? – спросила Джулия. – Сегодня вечером их на балу не менее пяти. Все они…

– Джорджина.

– Замужем, – открыв от удивления рот, закончила Джулия.

Если кто и вознамерился безнадежно влюбиться, супруга Джеймса Мэлори была наихудшим объектом для его воздыханий.

– Я осведомлен об этом возмутительном факте, – сказал незнакомец.

– А о том, что ее супруг не сводит с вас глаз уже добрые четверть часа, вы осведомлены?

Он немедленно перевел взгляд от Джорджины на Джулию.

– Он не мог узнать меня! Я не приглашен на бал, и вообще узнать меня под маской невозможно.

Джулия пожала плечами.

– Знает Джеймс, кто вы, или нет, очевидно одно: ему не нравится, что вы глазеете на его супругу.

– Я покойник, – простонал незнакомец.

Джулия разделяла подобное мнение, а посему сочла нужным пожурить его.

– Как вы могли не заметить, что он на вас смотрит?

– Я не мог отвести глаз от нее.

Ослепленный любовью? Джулия по-прежнему испытывала к незнакомцу что-то похожее на жалость, хотя и не такую сильную, как прежде. Она знала, как счастливы Джеймс и Джорджина в браке. Джулия была дружна с ними в отличие от этого незнакомца.

Поэтому она сказала молодому человеку:

– Вам лучше отсюда уйти.

– Бесполезно. Он найдет меня всюду, если, конечно, не решит, что обознался. Вы могли бы помочь мне в этом. Не согласитесь спасти мне жизнь?

– Хотите, чтобы он решил, будто вы ухаживаете за мной?

– Вот именно.

– Полагаю, нам следует потанцевать.

– Благодарю, но этого будет недостаточно. Он должен поверить, что вы единственная женщина в моей жизни и, возможно, мы даже женаты… Супружеские пары целуются…

– Минутку, – строго перебила его Джулия. – Я не желаю заходить так далеко, тем более что…

– Пожалуйста, cherie, – взмолился незнакомец.

Неожиданный переход на французский язык удивил ее. Он правильно говорил по-английски, и Джулия никогда бы не предположила, что имеет дело с французом.

– Если я сейчас просто уйду, – его акцент стал сильнее, – не проявив своей привязанности к вам, к примеру, он обязательно меня выследит. Он обещал это, если увидит меня еще хоть раз рядом с женой.

– В таком случае вам не следовало являться на бал.

– Теперь понимаю, – жалобно вздохнул незнакомец, – но я не мог устоять, ведь столько времени желал взглянуть на нее хотя бы еще раз. Неужели вы никогда не были по-настоящему влюблены и не знаете, как это бывает?

Эта реплика снова воскресила в сердце Джулии жалость. Разумеется, она ничего не знала о любви, ведь всю жизнь была связана со своим злополучным женихом, отчего все знакомые мужчины держались от нее подальше. Ее еще никто никогда не целовал. Да и кто бы решился, зная о ее помолвке? И все же, когда речь зашла о поцелуях, Джулии с трудом удалось отвести взгляд от его губ.

– Ладно… только поскорее… – произнесла она, очень надеясь, что впоследствии не пожалеет. – Не хочу, чтобы это заметил кто-либо, кроме Джеймса Мэлори.

Глава восьмая

Если бы этот поцелуй не должен был стать первым в ее жизни, Джулия ни за что не согласилась бы. Она прожила двадцать один год без единого романтического поцелуя… Как же заманчиво это ей показалось! Ею двигало не мимолетное любопытство, а неподдельное желание, которое, зародившись в четырнадцать лет, никуда не делось. Примерно с этих лет подруги начали целоваться, а потом рассказывали, как это восхитительно.

Еще одна жгучая обида прибавилась к огню негодования, терзавшему ее из-за злополучной помолвки. Как же много чудесного она упустила из-за нее, пока росла! У нее не было восторженного предвкушения первого сезона. Господи! Целый год подруги только о нем и говорили, при этом глупо хихикая. Приятное возбуждение от невинного флирта, которому подруги, в отличие от Джулии, предавались еще до начала первого сезона… Всякий раз, вновь осознавая, сколького она была лишена из-за этого негодяя, Джулия находила все новые причины пристрелить женишка, если только он вернется.

Но быть нецелованной… хотя бы раз, чтобы узнать, что при этом чувствуешь… Больше всего ее задевало, что у нее нет возможности самой разобраться, что к чему. Конечно, когда у тебя есть жених, проще простого попробовать. Но в последний раз, когда они виделись, ей было девять лет, а ему исполнилось пятнадцать. Они, помнится, пообещали убить друг друга, если еще раз встретятся. Угрозы были отнюдь не пустым вздором. Взаимная антипатия и презрение были настолько сильными, что каждая их встреча заканчивалась каким-либо скандалом. После этого им удавалось уклоняться от дальнейшего общения, а спустя два года жених, к счастью, сбежал. Больше общаться с ним Джулии не довелось.

Было бы, впрочем, неплохо иметь воспоминания хотя бы об одном поцелуе, чтобы иметь возможность сравнить его с поцелуем незнакомца. Тогда, пожалуй, она так не растерялась бы…

Стоило ей согласиться, как незнакомец припал к губам Джулии. Он даже не потрудился снять полумаску, ибо она ничем ему не мешала. Его чувственный рот впился в ее губы. Девушка почувствовало разочарование, что не может видеть его лица. Зеленые глаза – вот все, что было видно в прорезях маски, пока девушка не зажмурилась, чтобы полнее насладиться новизной ощущений.

Оказалось, это куда более волнующе, чем она могла вообразить. Пожалуй, дело было еще и в том, что она не знала этого мужчины и, возможно, так и не увидит его лица… Она может представить себе кого угодно, самого красивого мужчину на свете… Например, двойника Джереми Мэлори, ибо красивее его Джулии еще никто не попадался… но он уже женат… тогда дядю Энтони… погодите… есть еще его двоюродный брат Дерек… Черт возьми! Все они женаты… не важно… Кроме того, сейчас не имеет значения, на кого похож незнакомец… Она так долго ждала этого…

Незнакомец целовался совсем не так, как мужчина, влюбленный в другую женщину. Происходящее увлекло его, пожалуй, не меньше, чем саму Джулию. Он обвил ее одной рукой за плечи, другой – за талию, затем медленно притягивал к себе, пока между ними не осталось свободного пространства. Их объятия нельзя было назвать целомудренными. Впрочем, незнакомцу надо было изобразить поцелуй супружеской пары. Не стоит воображать, будто бы он увлекся этим поцелуем в той же мере, как она. Для него это всего лишь способ попытаться одурачить Джеймса Мэлори.

Вот только для нее этот поцелуй обрел всю подлинность и полноту… Кто бы мог подумать, что это куда больше, чем просто прикосновение губ? А еще объятия… Было весьма волнительно ощущать, как его руки крепко прижимают ее к мускулистой груди. Волосы на его верхней губе приятно щекотали ее. Его язык безуспешно попытался приоткрыть ее губы, ибо она не знала, что это надо делать. В животе образовался приятный трепет. Ноги ее начали ослабевать. Ей пришлось еще сильнее в него вцепиться.

– Вы все правильно делаете… Еще минутка… и можно прекращать… – произнес он прежде, чем возобновить поцелуй.

Это напомнило ей о том, что этот поцелуй не совсем настоящий. Все это показное, устроенное ради того, чтобы обмануть Джеймса. Ей словно бы плеснули в лицо холодной водой. Приятный туман, окутавший было ее, рассеялся прежде, чем он отступил, прерывая короткий момент близости.

– Немного поздно… знаю… – небрежно бросил незнакомец, изогнув губы в легкой улыбке, – но позвольте представиться: Жан-Поль. Отныне и навсегда я ваш должник.

Его улыбка настолько очаровала Джулию, что дух захватило. А ведь она лишь попробовала вкус его губ… И теперь Джулия не могла отвести от них взгляда.

– Мэлори по-прежнему на нас смотрит?

Джулии пришлось сделать несколько глубоких вздохов, чтобы суметь сосредоточиться на его словах.

– Я не стану смотреть, – сказала она. – Он вовсе не глуп и поймет, что мы о нем говорили.