Джоан Роулинг – Гарри Поттер и узник Азкабана (страница 29)
– Я попросил тайм-аут! – проревел Древ. – Давайте-ка сюда…
Ребята сгрудились под большим зонтом на краю поля; Гарри снял очки и торопливо вытер их полой мантии.
– Какой счет?
– Мы ведем, впереди на пятьдесят очков, – сказал Древ, – но если вскорости не поймаем Проныру, придется играть в темноте.
– Так у меня нет шансов, – измученно пожаловался Гарри, помахав очками.
В это самое мгновение появилась Гермиона; она держала плащ над головой и непонятно почему сияла.
– У меня идея! Дай скорей очки!
Он протянул ей очки. На глазах у недоумевавшей команды Гермиона постучала по ним палочкой и сказала:
– Импервиус! На! – Она протянула очки обратно. – Теперь они водоотталкивающие!
Древ готов был ее расцеловать.
– Гениально! – хрипло воскликнул он, когда Гермиона уже растворилась в толпе. – Все, ребята, навалимся!
Заклятие Гермионы сработало. Конечно, Гарри окоченел от холода и промок до костей, зато хотя бы обрел зрение. Вновь полный решимости, он погнал метлу сквозь турбулентные завихрения, озираясь в поисках Проныры, увертываясь от Нападал, поднырнул под Диггори, который скользил навстречу…
Еще раз громыхнуло, и сразу сверкнула раздвоенная молния. Находиться на поле становилось все опаснее. Нужно засечь Проныру как можно скорее…
Гарри развернулся, собравшись лететь обратно, к центру поля, но в этот миг очередная вспышка осветила трибуны, и то, что он увидел, совершенно отвлекло его от игры, – четко отпечатавшись на фоне неба, на самом верхнем, пустом ряду трибун застыл силуэт громадного, косматого черного пса.
Онемевшие руки соскользнули с древка метлы, и «Нимбус» резко нырнул на несколько футов. Смахнув мокрую челку со лба, Гарри опять всмотрелся в трибуны. Пес исчез.
– Гарри! – страдальчески завопил Древ от колец «Гриффиндора». – Гарри, сзади!
Гарри дико оглянулся. Седрик рванул к центру поля. В дожде между Ловчими замерцала крошечная золотая точка…
Во внезапной панике Гарри пригнулся к древку и бросился за Пронырой.
– Давай! – орал он «Нимбусу». Струи хлестали по лицу. –
Но случилось что-то странное. Звенящая тишина повисла над стадионом. Ветер, хоть и не ослабел, позабыл, как выть. Словно кто-то выключил звук или Гарри внезапно оглох… В чем дело?
Вдруг до жути знакомая ледяная волна окатила его, пролилась внутрь – под ним на поле двигалось нечто…
Не успев как следует подумать, Гарри отвел взгляд от Проныры.
Снизу из-под капюшонов глядели лица дементоров, не меньше сотни. Замораживая внутренности, в груди поднималась ледяная вода. И тогда Гарри снова услышал… кто-то кричал, кричал у него в голове… женщина…
Клубящийся белый туман опутал мысли… Что он тут делает? Зачем летает? Ей надо помочь… иначе она умрет… ее убьют…
Он падал, падал в ледяной туман.
Пронзительный голос хохотал, женщина кричала, а больше Гарри ничего не запомнил.
– Хорошо, что земля такая мягкая.
– Я думал, он точно разобьется.
– А у него даже очки целые.
Гарри слышал тихие голоса, но слова лишились смысла. Он не понимал, где находится, как сюда попал, чем занимался до этого. Он понимал только, что все тело разрывается от боли, словно его долго били.
– Это было так страшно, страшнее всего на свете.
Страшно… страшнее всего… черные фигуры в капюшонах… холод… крик…
Глаза у него распахнулись. Он лежал на больничной койке. Вокруг собралась квидишная команда «Гриффиндора», все с головы до ног в грязи. Вот и Рон с Гермионой здесь – такие, словно только выбрались из бассейна.
– Гарри! – воскликнул Фред. Под слоем грязи он был мертвенно-бледен. – Ты как?
Память Гарри будто промотали на большой скорости. Молния – Сгубит – Проныра – дементоры…
– Что произошло? – спросил он, сев в постели так внезапно, что все охнули.
– Ты упал, – ответил Фред. – Футов этак с… пятидесяти.
– Мы боялись, ты умер, – сказала Алисия. Ее трясло.
Гермиона тихонько взвизгнула. У нее были совершенно красные глаза.
– А матч? – продолжал расспрашивать Гарри. – Что?.. Будем переигрывать?
Никто не ответил. Ужасная правда опустилась на него могильной плитой.
– Мы же не… проиграли?
– Проныру поймал Диггори, – сказал Джордж. – Сразу, как ты упал. Седрик даже не понял, что случилось. Потом оглянулся, увидел, что ты лежишь на земле, и попытался отозвать результаты. Хотел переигрывать. Но выигрыш честный… даже Древ признал.
– А где Древ? – спросил Гарри, вдруг заметив, что капитана нет.
– В душе, – ответил Фред. – Наверно, хочет утопиться.
Гарри уткнулся лицом в колени и вцепился руками в волосы. Фред схватил его за плечо и потряс:
– Перестань, Гарри, ты же еще ни разу не упускал Проныру.
– Хотя бы раз должно было не получиться, – сказал Джордж.
– Еще не все потеряно, – добавил Фред. – Мы проиграли сто очков, так? Значит, если «Хуффльпуфф» проиграет «Вранзору», а мы побьем «Вранзор» и «Слизерин»…
– Тогда «Хуффльпуфф» должен отстать на двести очков минимум, – подхватил Джордж.
– Но если они выиграют у «Вранзора»…
– Никогда, «Вранзор» слишком хорошая команда. Вот если «Слизерин» проиграет «Хуффльпуффу»…
– Все зависит от того, сколько очков, – так и так разница в сто…
Гарри лежал, не произнося ни слова. Они проиграли… он впервые проиграл квидишный матч.
Минут через десять вошла мадам Помфри и велела оставить его в покое.
– Мы заглянем попозже, – пообещал Фред. – Не грызи себя, Гарри, ты все равно гениальный Ловчий, лучше у нас не было.
Команда гуськом вышла из палаты, оставив за собой след жидкой грязи. Мадам Помфри с гримасой крайнего неодобрения закрыла за ними дверь. Рон и Гермиона придвинулись ближе к постели.
– Думбльдор вне себя, – сказала Гермиона зареванным голосом. – Я его таким еще не видела. Когда ты стал падать, он выбежал на поле, взмахнул палочкой и замедлил падение. Ты упал, а он наставил палочку на дементоров. Выстрелил в них какой-то серебряной штукой. Они сразу слиняли… Он был в ярости, что они вошли на территорию. Мы слышали, как он…
– Потом он наколдовал тебе носилки, – вмешался Рон, – и пошел к замку, а носилки плыли рядом. Все думали, ты…
Его голос оборвался, но Гарри почти не заметил. Он думал о том, что с ним сделали дементоры… вспоминал женский крик. Он поднял глаза. Друзья смотрели встревоженно – пришлось срочно придумывать, что бы им сказать, простое, обыденное.
– Кто-нибудь подобрал мой «Нимбус»?