Джоан Роулинг – Гарри Поттер и проклятое дитя (страница 70)
ДУМБЛЬДОР
Я знаю.
ДРАКО
Ты знаешь, что в другой реальности – той, которую видел Скорпиус, – я был главой департамента защиты магического правопорядка? Возможно, этот кабинет скоро станет моим. Ты как?
ГАРРИ
Входи – я устрою тебе экскурсию.
ДРАКО
Дело, однако, в том… я никогда не рвался работать в министерстве. Даже ребенком. Мой отец – да, больше ни о чем и не мечтал, но я – увольте.
ГАРРИ
А кем ты хотел стать?
ДРАКО
Игроком в квидиш. Но недоставало способностей. Главным образом, я хотел быть счастливым.
Извини, я не мастер болтать о пустяках. Не возражаешь, если мы сразу перейдем к делу?
ГАРРИ
Да, разумеется. К какому… делу?
ДРАКО
Как ты думаешь, у Теодора Нотта был только один времяворот?
ГАРРИ
То есть?
ДРАКО
Министерство конфисковало прототип. Из дешевого металла. Нет, он, конечно, работает. Но назад возвращается всего на пять минут – а это серьезный минус. Истинным коллекционерам артефактов черной магии такого не продашь.
ГАРРИ
Он работал на тебя?
ДРАКО
На моего отца. Отец любил собирать вещи, недоступные для других. Министерские времявороты, спасибо Кешифроу, папа считал ерундой на постном масле. Он хотел путешествовать в прошлое дальше, чем на час, перемещаться на годы назад. Он бы никогда им не воспользовался. Я думаю, он втайне предпочитал мир без Вольдемора. Но между тем – да, времяворот сконструировали для него.
ГАРРИ
Ты его сохранил?
ДРАКО
Никаких пятиминутных ограничений, и блестит точно золото, как мы, Малфои, и любим. Ты улыбаешься!
ГАРРИ
Гермиона Грайнджер – вот почему она сохранила первый. Боялась, что есть и другой. Ты мог в Азкабан угодить за то, что хранил эту игрушку.
ДРАКО
А в противном случае люди узнали бы, что я мог путешествовать во времени. Не забудем, что существенно… подкрепило бы некие слухи.
ГАРРИ
Скорпиус.
ДРАКО
Мы могли иметь детей, но Астория была очень слаба. Проклятие крови, серьезное. Предка прокляли… и на ней сказалось. Сам знаешь, такие вещи иногда проявляются через поколения…
ГАРРИ
Сочувствую, Драко.
ДРАКО
Я не хотел рисковать ее здоровьем, говорил ей, что нисколько не боюсь оказаться последним Малфоем – и пусть мой отец говорит что угодно. Но Астория… она хотела ребенка не для продления рода Малфоев, не для чистоты крови и не для славы, а ради нас. Родился Скорпиус… это был лучший день в нашей жизни, хотя Астория страшно ослабела. Мы втроем спрятались ото всех. Лишь бы она не тратила силы – вот о чем я думал… потому и пошли слухи.
ГАРРИ
Я даже представить себе не могу, каково тебе было.
ДРАКО
Астория всегда знала, что до старости не доживет. Она хотела, чтобы после ее ухода со мной кто-то остался, потому что… Драко Малфой, знаешь ли, – синоним немыслимого одиночества. Я навеки под подозрением. От прошлого не убежишь. Но мне и в голову не приходило, что, пряча сына от мира, где только и делают, что судачат и судят, я обрекаю его на подозрения куда хуже, чем доводилось сносить мне.
ГАРРИ
Любовь ослепляет. Мы оба пытались дать сыновьям то, что нужно не им, а нам. Мы так старательно переписывали собственное прошлое, что чуть не изуродовали их настоящее.
ДРАКО
Вот почему тебе и пригодился времяворот. Я хранил его, бил себя по рукам, чтоб не использовать, хотя душу продал бы еще за одну минутку с Асторией.
ГАРРИ
Драко… нельзя. Нам нельзя им воспользоваться.
ДРАКО
Мы должны их найти – даже если потребуются столетия. Мы должны найти наших сыновей…
ГАРРИ
Мы представления не имеем, ни где они, ни когда. Поиск во времени, если не знаешь, где искать, – бестолковая затея. Здесь, боюсь, не поможет ни любовь, ни времяворот. Теперь все зависит от наших детей – спасти нас могут только они.
Сцена пятая