Джоан Роулинг – Гарри Поттер и орден фениксаа (страница 81)
– Упали, – невозмутимо повторила Кхембридж.
– Ага. Спотыкнулся… об метлу одного приятеля. Сам-то я не летаю. Вон я какой – и метлы-то, чтоб меня удержала, не сыщешь. А вот у меня кое-кто знакомый выращивает абраксанских лошадей, не знаю, видали вы их али нет, здоровенные такие зверюги, с крыльями, так вот, я раз полетал на такой и, доложу вам…
– Где вы были? – равнодушно спросила Кхембридж, прервав его бормотание.
– Где я?..
– Были, да, – повторила она. – Учебный год начался два месяца назад. Вас заменяет другой преподаватель. Никто из ваших коллег не смог предоставить мне никакой информации относительно вашего местопребывания. Вы не оставили контактного адреса. Где вы были?
Возникла пауза. Огрид пялился на Кхембридж. Было почти слышно, как ворочаются его мозги.
– Я уезжал… поправлять здоровье, – наконец сказал он.
– Поправлять здоровье, – повторила Кхембридж. Ее глаза медленно скользнули по опухшей и разноцветной физиономии Огрида. Драконья кровь беззвучно капала ему на жилет. – Понятно.
– Да, – закивал Огрид, – сами знаете, свежий воздух…
– Понимаю. Будучи лесником, вы, естественно, ощущаете острую нехватку свежего воздуха, – любезно поддержала Кхембридж. Те немногочисленные участки Огридова лица, которые не были лиловыми или черными, побагровели.
– Ну… смена обстановки, понимаете…
– Горные пейзажи? – тут же спросила Кхембридж.
– Горные пейзажи? – переспросил Огрид. По лицу было видно, как быстро ему приходится соображать. – Нет, лично мне по душе юг Франции. Солнце, море…
– Солнце? – сказала Кхембридж. – Вы мало загорели.
– Ну, у меня… кожа чувствительная. – Огрид сделал попытку обворожительно улыбнуться, и Гарри заметил, что у него не хватает двух зубов.
Кхембридж смотрела холодно, и улыбка Огрида быстро увяла. Кхембридж поплотнее зажала сумку под мышкой и произнесла:
– Мне, разумеется, придется уведомить министра о вашем опоздании.
– Ага, – кивнул Огрид.
– Кроме того, вы должны знать, что на меня как главного инспектора школы возложена трудная, но необходимая задача проверять работу своих коллег. Поэтому мы, смею сказать, очень скоро увидимся.
Она круто развернулась и, печатая шаг, направилась к двери.
– Вы проверяете учителей? – тупо повторил Огрид, глядя ей вслед.
– О да, – тихо ответила Кхембридж, уже взявшись за дверную ручку и оглянувшись. – Да, Огрид. Министерство намерено избавиться от всех преподавателей, которые не отвечают требованиям. Всего доброго.
Громко захлопнув за собой дверь, она удалилась. Гарри начал было снимать плащ, но Гермиона перехватила его руку.
– Подожди, – шепнула она ему в ухо, – вдруг Кхембридж еще не ушла.
Огрид, похоже, думал о том же; он прошел через комнату и чуть-чуть отогнул занавеску.
– Почапала в замок, – негромко проговорил он. – Иди ж ты… Проверяльщица!..
– Да-да, проверяльщица, – сказал Гарри, стаскивая плащ. – Трелони, например, уже на испытательном сроке…
– А… чем ты собираешься с нами заниматься, Огрид? – спросила Гермиона.
– Про это не беспокойся, я столько планов насоставлял, – с воодушевлением отозвался Огрид, хватая со стола мясо и нашлепывая его на лицо. – Я уж давно приберегал кой-каких зверюшек к этому году, к вашим экзаменам на С.О.В.У. Погодите, еще увидите, это что-то особенное!
– Э-э… Особенное в каком смысле? – осторожно поинтересовалась Гермиона.
– Пока не скажу, – радостно ответил Огрид. – Чтоб не портить сюрприз.
– Послушай. – Гермиона решила говорить прямо. – Профессор Кхембридж не обрадуется, если ты приведешь на урок что-нибудь опасное.
– Опасное? – искренне удивился Огрид. – С ума сошла, разве ж я привел бы опасное? Конечно, эти зверюшки умеют за себя постоять…
– Огрид, тебе надо пройти проверку, а для этого пусть лучше Кхембридж увидит, что ты нас учишь ухаживать за замыкарлами или отличать сварлей от ежей, что-нибудь в этом роде, – серьезно сказала Гермиона.
– Гермиона, да это ж скучно, – возразил Огрид. – Чего я вам приготовил, поинтересней будет. Я их много лет собирал, у меня, наверно, единственное одомашненное стадо в Британии.
– Огрид… прошу тебя. – В голосе Гермионы зазвучало отчаяние. – Кхембридж ищет любые предлоги, лишь бы избавиться от учителей из окружения Думбльдора. Пожалуйста, Огрид, учи нас чему-нибудь скучному, такому, что попадется на экзаменах…
Но Огрид широко зевнул и одним глазом с вожделением посмотрел в угол, на широкую кровать.
– Слушайте, денек был долгий, поздно уже. – Он нежно похлопал Гермиону по плечу; ноги у ее подогнулись, и она грохнулась коленками об пол. – Ой!.. Прости… – Огрид поднял ее за шиворот. – В общем, не волнуйтесь вы за меня, я, чес’слово, очень интересные уроки вам придумал… А теперь давайте-ка бегите в замок и не забудьте замести следы!
– Я не уверен, что до него дошло, – сказал вскоре Рон.
Убедившись, что путь свободен, они брели по глубокому снегу к замку. Гермиона на ходу избавлялась от следов заметальным заклятием.
– Тогда я пойду к нему завтра, – решительно ответила она. – Если надо, буду составлять за него планы уроков. Она может выкинуть Трелони, но Огрида мы не отдадим!
Глава двадцать первая
Глазами змеи
Ввоскресенье утром Гермиона по двухфутовому снегу опять отправилась к Огриду. Гарри и Рон хотели составить ей компанию, но на них снова висела такая гора невыполненных домашних заданий, что им, пусть и с великой неохотой, пришлось остаться в общей гостиной – где они сейчас и сидели, стараясь не обращать внимания на галдеж во дворе. Казалось, там веселится весь «Хогварц»: школьники катались на коньках по замерзшему озеру, по двору на санках и, что самое ужасное, то и дело бросались заколдованными снежками в окна гриффиндорской башни.
– Значит, так! – взревел Рон, потеряв наконец терпение и высовывая голову на улицу. – Я как-никак староста! Если еще хоть один снежок попадет… ОЙ!
Он отшатнулся от окна. Все лицо у него было в снегу.
– Оказывается, это Фред с Джорджем, – горько пожаловался Рон, захлопывая створки. – Вот
Дрожа от холода, Гермиона вернулась от Огрида перед обедом, в промокшей до колен мантии.
– Ну? – спросил Рон, едва она вошла. – Все планы уроков ему написала?
– Попыталась, – устало отозвалась Гермиона и бессильно повалилась в кресло рядом с Гарри. Она достала волшебную палочку, замысловато ею повела, и из кончика потекла струя горячего воздуха. Гермиона направила палочку себе на подол, и от него повалил пар. – Его вообще-то сначала и дома не было, я стучала, стучала, полчаса, наверное. Потом наконец явился из леса…
Гарри застонал. Запретный лес полон всяких тварей, из-за которых Огрида запросто могут уволить.
– Кого он там держит? Не сказал? – спросил Гарри.
– Нет, – несчастным голосом ответила Гермиона. – Говорит, что приготовил сюрприз. Я пробовала ему объяснить, что такое Кхембридж, но он не желает ничего понимать. Только твердит, что ни один человек в здравом уме не захочет изучать сварлей вместо химер – вряд ли, конечно, у него там химера, – прибавила она, когда лица Гарри и Рона исказились ужасом, – хотя он явно пытался ее завести, судя по разговорам о том, как трудно раздобыть яйца. Я ему уж не знаю сколько раз повторила: придерживайся программы Гниллер-Планк, но, по-моему, он меня даже не слышал. Он вообще странно себя ведет. Не признается, откуда у него раны…
Появление Огрида за завтраком обрадовало отнюдь не всех. Конечно, некоторые, как Фред, Джордж и Ли, взревев от восторга, бросились пожимать Огридову лапищу; зато другие – например, Парвати и Лаванда – лишь покачали головами и сумрачно переглянулись. Гарри знал, что многие отдают предпочтение профессору Гниллер-Планк, и, что самое страшное, некая тайная, непредвзятая часть его сознания с ними соглашалась: Гниллер-Планк считала интересными не только те занятия, где кому-то могут оторвать голову.
Во вторник Гарри, Рон и Гермиона, тепло одевшись, с нехорошим предчувствием отправились к Огриду на урок. Гарри беспокоило не только то, чем Огрид будет с ними заниматься, но и как поведут себя при Кхембридж остальные, особенно Малфой и его дружки.
Однако, пробираясь по глубокому снегу к Огриду, который ждал на опушке леса, они нигде не заметили главного инспектора. Выглядел Огрид неутешительно: синяки, прежде лиловые, стали зеленовато-желтыми, порезы местами продолжали кровоточить. Гарри не понимал, в чем дело. Может, это укусы какого-то чудища с таким ядом, который не дает ранам затянуться? В довершение неприглядной картины Огрид держал на плече половину коровьей туши.
– Сегодня занимаемся там! – возвестил он и мотнул головой на устрашающе темные деревья. – Там ветра поменьше! И вообще они больше уважают темноту.
– Кто больше уважает темноту? – резко спросил Малфой Краббе и Гойла у Гарри за спиной. В голосе звучала плохо скрываемая паника. – Кто, он сказал, уважает темноту? Вы слышали?
Гарри вспомнился тот единственный случай, когда Малфой ходил в Запретный лес. Малфой и тогда не проявил особой храбрости. Гарри усмехнулся: после памятного квидишного матча его радовало все, что огорчало Малфоя.
– Готовы? – весело спросил Огрид, окинув взглядом учеников. – Думал, не дотерплю до вашего пятого класса, все ждал, когда можно будет вас в Запретный лес повести. Их лучше показывать в естественной среде. Эти звери, которых я для вас припас, – они редкие, я, может, один на всю Британию, кто их приручил.