Джо Лансдэйл – Тонкая темная линия (страница 21)
— И это все?
— Нет. И раз мы выберемся из дома, почему бы нам не попробовать разузнать что-нибудь о Джеймсе Стилвинде и убитой девушке. Ты знал, что кафе, в котором мы сегодня были, принадлежит ему? И он владеет кинотеатром по соседству. «Паласом».
— Ты его видела?
— Нет. Я не думаю, что он там часто бывает. Он нанимает людей, управляющих им. Но мы можем сходить туда завтра пообедать. Мама мне так сказала, и, пока мы будем там, может быть, нам удастся что-нибудь разузнать. А вдруг мы сможем что-нибудь узнать о той бедной девушке, что была убита у железнодорожных путей. И главное, я выберусь из дома.
— Я беру все свои слова обратно, если они могли задеть твои чувства, Кэлли.
— Молодец.
Рано утром следующего дня Кэлли разбудила меня, и я быстро оделся, надев синие джинсы, разрезанные мамой так, чтобы их можно было натянуть поверх гипса.
Кэлли отвезла меня на семейной машине в «JC Penney»[31], чтобы я смог присмотреть себе обувь. В итоге у меня оказалось две пары. Черная парадная пара и пара черно-белых теннисных туфель с высоким берцем. Гипс покрывал мне не только ногу, но и частично ступню, так что я мог примерить только один туфель из пары и надеяться, что другой подойдет.
Около одиннадцати мы отправились в кафе при аптеке, принадлежавшей Джеймсу Стилвинду. Пока мы ехали, слушая рок-н-ролл по радио в машине, я рассказал Кэлли все, что узнал от Бастера.
Когда мы приехали, я был уже очень голоден. По сути, я голодал уже пару часов, так как пропустил завтрак.
В аптеке было чисто и светло. Поскольку мы пришли рано, народу было немного. Мы заказали гамбургеры, картофель фри и вишневую колу, сели возле стойки и стали есть.
По радио в аптеке играла песня «Rock and Roll Is Here to Stay» в исполнении Danny and the Juniors[32], и к тому времени, как мы доели половину своих гамбургеров, мы услышали «Book of Love» в исполнении «The Monotones»[33] и «Splish Splash» Бобби Дарина[34].
Большинство песен я знал наизусть, так как слушал по радио Хопалонга Кэссиди[35] поздно вечером в своей комнате, только я, лунный свет и Нуб.
В тот момент я почувствовал, что мог бы просидеть там весь день, слушая музыку, может быть, выпить еще колы, а со временем и съесть еще один гамбургер. Гамбургер был вкусным, и я вспомнил, как Рози Мэй говорила, что у нее есть работающий поваром родственник.
Парень за стойкой выглядел ненамного старше Кэлли. На нем была шапка продавца содовой, и он сдвинул ее на затылок, чтобы Кэлли заметила, что у него вьющиеся волосы. Один локон падал ему на лоб. Мне показалось, что они завиты специально.
Он перегнулся через стойку и спросил:
— Как еда?
— Вкусная, — ответила Кэлли.
— Хорошо. Мы стараемся.
Кэлли сказала:
— Это же не ты готовил.
— Нет. Это готовил ниггер.
— Я бы хотела, чтобы ты не произносил это слово.
— Ниггер?
— Да.
— Ради тебя, пока ты здесь, я больше так не скажу. Я так же не скажу «енот»[36] или «кролик из джунглей»[37].
Он думал, что его слова вызовут у нас смех, но этого не произошло. Кэлли сказала:
— Спасибо. Это место принадлежит мистеру Стилвинду, правда?
— Так и есть. А что?
— Просто любопытно.
— Я знаю, почему тебе любопытно. У него есть деньги.
— Ты говоришь ужасные вещи.
— Таковы уж женщины. Они не обратят внимания на симпатичного молодого человека, еще не определившегося со своими планами, но готовы на всё ради какого-нибудь парня постарше, с «Корветом» и кучей денег.
Кэлли приподняла бровь.
— У него есть «Корвет»?
— Что и требовалось доказать, — заметил парень за стойкой.
— Я просто шучу, — ответила Кэлли. — Как тебя зовут?
— Тимоти Шоу. Все зовут меня Тим.
— Я Кэлли Митчел. Это мой брат Стэнли.
— Рад познакомиться… Если бы не время обеда, я бы угостил вас бесплатной газировкой. Приходите рано утром или ближе к вечеру, пока никто не смотрит, я вам налью газировки.
Поскольку мы пришли на обед пораньше и в аптеке особо никого не было, я предположил, что Тимоти солгал. Уверен, Кэлли подумала то же самое, но виду не подала. Она оставалась всё такой же очаровательной.
— Это так мило с твоей стороны, Тим. Но мне было бы интереснее узнать о мистере Стилвинде.
— Понятно. Знаешь, он красит волосы. Он хорошо выглядит для своего возраста, но он красит волосы.
— Сколько ему лет?
— Лет тридцать, наверное.
— Не такой уж он и старый.
— Довольно старый. И, кроме того, у него есть девушка. И он когда-то был женат.
— Дети есть?
— Не думаю, но его девушка так же молода, как и ты.
— Она красивая?
— Не такая красивая, как ты. Но да, она симпатичная. Почему он тебя так волнует? Я свободен, белый, мне двадцать один год, и у меня довольно приличный драндулет, немного денег в кармане. Кроме этого нам с тобой нужна только луна.
— Ты так думаешь? — спросила Кэлли.
— Конечно.
— Мистер Стилвинд ведь владеет не только этим бизнесом, но и кинотеатром по соседству?
— Он много чем владеет. Часто там бывает. Его девушка раньше работала в буфете. Так он с ней и познакомился. Она была королевой бала, чирлидершей или кем-то в этом роде. Или и тем, и другим. Я не знаю. Можешь представить себе такую молодую девушку рядом с таким стариком?
— Если напрячь воображение.
— Ну же, крошка, у нас с тобой есть шанс?
— Шанс есть практически всегда, Тимоти.
— У меня есть планы, сладкая. В следующем году я поступлю в колледж, если накоплю достаточно денег.
— Кем ты хочешь стать?
— Я хочу получить ассоциированную степень[38] и открыть собственное дело.
— Какое дело, Тим?
— Я еще не решил. Но могу сказать одно: я не буду работать продавцом газировки.
После обеда я просмотрел журналы в аптеке, купил Рози Мэй несколько новых журналов о кино, а себе — пару комиксов.
Мы пошли в кинотеатр Джеймса Стилвинда «Палас». Вернее, Кэлли пошла, а я поковылял на костылях.