Джо Лансдэйл – Кино под небом (страница 36)
Тимоти и Сью Эллен только что вернулись из торговой палатки, сидели в машине, закрыв глаза, и смотрели свои попкорновые видения. А я сидела и думала о том, как бы оторвать еще один кусок чехла для сиденья, чтобы погрызть его. Кожи осталось совсем немного, и мне было плохо от одной мысли о том, что придется грызть эту гадость, но что еще оставалось делать? И вот я размышляю об этом, пытаясь собрать волю в кулак, и тут мимо меня проходит этот человек, опирается рукой на дверную раму, и говорит: «Черт, это не изжога», – и падает.
Я вышла из машины и посмотрела на него. Ему было около тридцати, длинные, вьющиеся, седоватые волосы. Он лежал на животе, повернув голову в сторону, глаза открыты. Но не то чтобы он что-то видел. Действительно, это была не изжога. Мужчина был мертв, как птица додо.
Сью Эллен и Тимоти вышли из машины, подошли и посмотрели на него, потом друг на друга и, наконец, на меня.
Ни говоря ни слова, мы подняли мужчину и поместили на заднее сиденье. Сью Эллен села рядом с ним, а мы с Тимоти – впереди.
Конечно, я понимала, что мы делаем. Мы оставили его себе, как источник пищи. Я не хотела есть попкорн с глазными яблоками, но это нечто совершенно другое. Было бы обидно оставить его гнить, когда мы умирали от голода. И если мы его не съедим, то кто-нибудь другой придет и утащит его именно для этой же цели.
Черт, мы же не убили его в конце концов.
Помню, как я сидела и думала об этом. Время от времени поворачивалась, чтобы взглянуть на лежащее на заднем сиденье тело, и всякий раз обнаруживала, что Сью Эллен сняла с него очередной фрагмент одежды. Когда мужчина был полностью раздет, она попросила у Тимоти нож, и тот дал его ей.
Следующее, что я помню, это то, как держу в руках еще теплую печень трупа, натираю ею лицо, а затем начинаю есть. Силы сразу же вернулись ко мне, а ноги почему-то начали спазматически подергиваться, колени ударились о дно приборной панели, отчего бардачок со стуком открылся.
Тимоти держал там маленькое зеркальце, оно стояло под углом, и в свете пульсирующего символа «Орбиты» я увидела себя. Лицо у меня, от лба до подбородка, было в пятнах цвета ржавчины, а глаза походили на маленькие дыры.
Я посмотрела на Тимоти и Сью Эллен.
Тимоти грыз кость с несколькими кусочками мяса на ней. Глаза у него были закрыты, и когда он жевал, то издавал горлом слабые оргазмические звуки.
Сью Эллен стояла на четвереньках над телом, погрузив голову наполовину в отверстие, прорезанное ею в животе мужчины. Копошилась там, как свинья.
Я открыла дверь, упала на землю, и меня вырвало.
Не думаю, что Тимоти или Сью Эллен заметили это. Они были слишком увлечены трапезой.
Я заползла под машину и попыталась стереть предплечьями кровь с лица, затем легла на бок, подтянув колени к груди, и задрожала всем телом.
Какой-то молодой человек, такой худой, что его штаны развевались на ногах, как флаги на шестах, подошел, опустился на землю и принялся есть мою рвоту. Когда он лакал ее, его лицо было повернуто ко мне. Увидев меня, он стал лакать быстрее. Возможно, подумал, что я тоже захочу.
Наконец он, пошатываясь, ушел. Там, где была моя рвота, осталось лишь влажное пятно.
Перевернувшись на спину, я посмотрела на днище машины и попыталась ни о чем не думать. Но я видела перед собой человека, выпотрошенного от горла до промежности, Сью Эллен с погруженной в него головой. И, наконец, отражение в зеркале собственного лица, измазанного кровью от лба до подбородка.
Из окон машины с левой стороны посыпались кости. Я повернула голову, посмотрела на них и попыталась определить, что это – ребра, предплечья или ноги. Понять было трудно.
Пока я наблюдала, стали появляться люди, хватать кости и убегать с ними.
Я долго лежала, испытывая тошноту и сильные душевые муки.
Услышав, что Тимоти и Сью Эллен выходят из машины, я отвернулась, чтобы не видеть их ноги. Я знала, что они идут в торговую палатку, чтобы получить свою долю «рвотного» попкорна от Короля. И решила, что скорее умру от голода, чем стану есть его.
Не знаю, как долго я пролежала под машиной в надежде умереть от голода. Может, полчаса, а может, и несколько дней. Но Тимоти и Сью Эллен приходили и уходили несколько раз, а у меня все время кружилась голова, будто я находилась в центре какого-то огромного вращающегося блюда.
Однако мои планы насчет голодной смерти не сработали. Голод взял свое, и в конце концов я выползла из-под машины и попыталась встать. Но не смогла. Была слишком слаба. Я ухватилась за ручку двери, подтянулась и посмотрела в окно на тело, лежащее на заднем сиденье.
От человека почти ничего не осталось. Даже глаза и гениталии были съедены. Только на тазу, лодыжках и ступнях была плоть, и та уже почернела.
Я была такой голодной, что готова была откусывать пальцы его ног, один за другим, и попыталась бы это сделать. Но в тот момент, когда я потянулась к нему, торговая палатка взорвалась.
4
Конечно же, это сделали мы, и нет смысла повторяться. В общем, мы взорвали палатку, убили Короля, и за наше доброе дело толпа схватила нас и распяла. Но об этом я уже рассказывал.
Подытоживая эту часть рассказа Грейс, можно сказать, что она не видела, что случилось с торговой палаткой, но когда обернулась, увидела лишь горящую груду обломков. Разумеется, все фильмы сгорели вместе с палаткой, хотя проектор в секции «Б» все еще работал. Но главное, что мы убили Короля.
Грейс тошнило уже не так сильно, и она смогла идти в сторону огня. Она видела, что с нами происходит, но потом, когда встретила нас, не вспомнила наши лица. Толпа уже собиралась развести под крестами костры и поджарить нас, когда комета вернулась. Черная слизь исчезла, и люди стали покидать автокинотеатр.
Грейс хотела снять нас с крестов. Головокружение прошло, и она попыталась уговорить Тимоти и Сью Эллен помочь ей, но те уже вернулись к машине и были готовы уехать.
Теперь продолжим словами самой Грейс:
Я взяла у Тимоти ключи и вытащила тело с заднего сиденья. От этого у меня снова закружилась голова, но я оперлась рукой о борт машины и постояла так, пока мне не стало лучше.
Затем подошла к багажнику и открыла его. Хотела найти какой-нибудь инструмент, с помощью которого можно было снять людей с крестов, но там было не так уж много полезного. Шиномонтажный домкрат, запаска и сумка, набитая клюшками для гольфа. Я наклонилась ниже, чтобы посмотреть, нет ли в багажнике еще чего-нибудь, и в следующий момент голова у меня словно разлетелась на куски.
Как говорится в старых детективах, я провалилась в глубокую тьму, и она сомкнулась надо мной.
– Я не хотел тебя так сильно бить, – сказал Тимоти.
– Но кто-то явно хотел, – сказала я. – Чем ты меня?
– Клюшкой для гольфа.
Было светло, и я лежала рядом с «Фордом Гэлакси», припаркованным на траве у шоссе. Мне было немного жарко.
Тимоти помог мне сесть и дал кусочек какого-то фрукта. После того, что мы ели в последнее время, вкус был просто райский. Мне сразу стало лучше. Но это не значит, что шишка размером с мяч для гольфа (вполне уместное сравнение) исчезла.
– Я запаниковал, – сказал Тимоти. – Испугался, что все станет, как прежде. Теперь, когда я поел, мне гораздо легче думается.
Я поискала глазами Сью Эллен и увидела, что она сидит в тени большого дерева и ест фрукты. Она слегка покачивалась и что-то напевала себе под нос.
– У нее не настолько все хорошо, – сказал Тимоти.
Он подхватил меня и помог встать на ноги. Я посмотрела на шоссе и не увидела ничего, кроме дорожного полотна, окаймленного джунглями и увенчанного голубым небом.
– Я должна вернуться в «Орбиту», – сказала я.
– Я не могу, – возразил Тимоти. – И Сью Эллен тоже.
– Просто отвезите меня обратно. Вам не обязательно туда заходить.
– С того момента, как я тебя ударил, мы проделали слишком долгий путь.
– Но ты мой должник, Тимоти.
Он отвез меня обратно и подождал, когда я зайду в автокинотеатр. Я думала, что, может, найду там в какой-нибудь машине инструмент для того, чтобы снять с крестов тех ребят, если они еще живы. Но когда я вошла внутрь, кресты уже лежали на земле, а самих ребят не было.
Я не стала задерживаться, чтобы посмотреть на пустые машины и разбросанные кости. Вышла к поджидавшему меня «Форду Гэлакси» и мы вернулись на шоссе.
Третья часть фильма
Грейс рассказывает о невероятном расходе бензина, Дерьмотауне и Попалонге Кэссиди
1
И мы продолжили путь. Проезжали в день всего несколько миль, останавливаясь, чтобы осмотреться, облегчиться и поискать фрукты и ягоды.
Меня поражало то, что бензин не кончался. Как в автокинотеатре, где электричество работало без всякой логической причины. А теперь вот бензометр показывал какой-то невероятный расход топлива. Оно уменьшалось, но медленно, не соразмерно пройденным милям.
И все же, с бензином рано или поздно должна была возникнуть проблема. Но она решилась, когда мы подъехали к месту, где множество машин было припарковано на обочине шоссе и на территории, очищенной от деревьев, частично природой, частично – людьми.