Джо Лансдэйл – Бог Лезвий (страница 33)

Третий дом, у которого они остановились, принадлежал Малахии Робертсу. Сидя за рулем, Ларри прищурился и сказал:

– Чертова негритянская хижина.

– Ты останешься в машине?

– Нет, задолбался тут штаны просиживать.

– Тогда вопросы буду задавать я, хорошо?

– Эй, я болтаю с ниггерами, только когда другого пути нет.

– Отлично.

Они вышли из машины, прошли к дому, постучали. Крупный чернокожий мужчина в джинсовом комбинезоне открыл им дверь. Он был с ног до головы перепачкан машинным маслом.

– Офицеры? – спросил он радушно.

– Доброе утро, – кивнул Тед. – Могу я задать вам несколько вопросов?

– Конечно. Но, если можно, не затягивайте. Меня машина на станции ждет.

– На станции?

– Я механик. Держу маленькую мастерскую вниз по дороге, напротив хайвея.

– Да, я видел ее.

Ларри сошел с крыльца, сел на перила, пнул мыском ботинка пустующую клумбу. Тед поставил одну ногу на ступеньку, оперся локтем.

– Двадцать девятого числа, два дня назад, полицейский дорожного патруля был убит тут, неподалеку. Он успел передать нам описание машины – черный «шевроле», модель 1966 года выпуска. Сказал, что внутри было несколько пассажиров…

– Я видел эти колеса.

Ларри, смотревший на дорогу, повернул голову к Малахии.

– Вы уверены? – спросил Тед. – Прошло несколько дней, и…

– Видел, уверен. Но не два дня назад. Всего один.

– К тому времени они бы уже давно смылись, – поморщился Ларри.

– Но я их точно видел.

– Опишите машину, – попросил Тед.

– Это было в ту ночь, когда умерла жена моя. Проезжали они поздно, где-то в час ночи. Мне никак не удавалось заснуть, я сидел на крыльце и курил трубку. Увидел их фары, услышал мотор. Да что там услышал – почувствовал. Тот автомобиль был – что черная кошка: сразу видно, от него одни беды. Когда ударила молния, я увидел его так ясно, будто стоял день, яснее, чем сейчас. Увидел и людей внутри – если это были люди, мать их за ногу.

– Погодите, вы сказали если это были люди? – переспросил Тед.

– Можете думать, я сбрендил, офицер. – Малахия невесело хмыкнул и устремил взор вдаль. – Если вам так удобнее – пожалуйста. Но в машине были не люди. Какие-то черти, не знаю. Дьяволы. Я это почуял так же хорошо, как чую все остальное.

– Вы абсолютно уверены, что это – та машина?

– Мистер, забыть бы я не смог. Этим утром мне на похороны идти, и я сейчас хочу хоть немного поработать, чтоб сразу их оплатить. Я хороню жену, понимаете? И умерла она в ту ночь, когда я видел эту машину. Сразу после того, как увидел, по факту. Такое не позабудешь. Эта ночь, клянусь вам, надолго останется в моей памяти.

– Мне жаль вашу жену, сэр.

– Даже вполовину не жаль так, как мне. Вы уж извините.

– Можете сказать, куда ехала машина?

– Поворачивала на Минанетт. Большего не знаю.

– Спасибо. Мне правда жаль вашу жену.

– Мне пора на работу. Несколько часов осталось. Потом надо привести себя в нормальный вид и пойти в церковь.

– Понимаю. Спасибо вам.

Тед и Ларри вернулись в машину.

– Ну, что думаешь? – спросил Тед.

– А что думать?

– У нас есть свидетель, видевший машину.

– Говорит, что видел, а как оно на самом деле…

– Возможность всегда остается. Я ему верю. А ты?

Ларри поразмыслил.

– Не уверен. Он явно напутал с днями.

– Может, и нет. Скорее всего, нет. Он видел машину в ночь, когда умерла его жена. И с чего мы уверены, что типы, убившие Троулера, так нас боятся, что сразу поджали хвост и укатили в Луизиану?

– Раз свернули на хайвей – значит, скорее всего, так.

– Не спорю, но это было утром тридцатого. Значит, день они где-то прятались. И если он заметил их неподалеку, значит, они не слишком удалились от места, где убили Троулера. Они ведь не идиоты. Судя по всему, убивать им не впервой.

– Черти какие-то, – сказал Ларри, стараясь передать карикатурный «черный» голос. – Дьяволы.

– Ну, Ларри, может, они и не черти, но злобы им не занимать. Мозги Троулера были разбросаны по всей дороге.

– Троулер был тупицей. Слишком привык работать с напарником. Городок-то у нас сонный, ничего, кроме скуки смертной, не происходит, вот патрули и объединили, чтобы много бензина не катать. Напарника с ним не было, вот он и забыл про осторожность. К прикрытию привык.

– Мы ведь теперь тоже напарники, Ларри.

– Только потому, что в управлении думают – к нам реальный маньяк пожаловал. А я готов спорить, виноватой окажется компашка подвыпивших черножопых.

– Без разницы. Мы имеем дело с хладнокровными убийцами, и раз этот старик хочет назвать их чертями, я против ничего не скажу. Господи, представь только – идти на работу в день, когда хоронишь свою жену, чтобы заплатить за ее погребение.

– Будь у этого болвана страховка, никаких проблем не было бы.

Тед покачал головой, и они поехали к повороту на Минанетт.

17:20

Забрасывал Монти хорошо, а вот ловил – похуже. До сих пор ему ничего, кроме плавающих сорняков, не попалось. Их он собрал уже столько, что хватило бы сплести корзинку.

Он забросил еще раз, но сматывать не стал – решил сесть на причал: уж с позиции сидя ему должно повезти.

Сев, он оперся на левую руку – и ее тут же прострелила боль. Рванув руку назад, он только ухудшил ситуацию. Поднеся ладонь к глазам, Монти обнаружил, что в нее впился старый крючок, наполовину съеденный ржавчиной. Видимо, до поры он торчал из доски причального настила. Болело сильно.

Монти вспомнился сон Бекки, тот, самый последний. С окровавленной рукой и чем-то острым, торчащим из нее. Острым и ярким. Крючок, пусть и ржавый, местами ту самую яркость сохранил – и вполне себе блестел на солнце.

– Так, погодите минутку, – произнес он вслух. А потом уже про себя: Но ведь это не какой-то эпизод «Сумеречной зоны». Возьми себя в руки и не сходи с ума!

Но я видела эту руку, Монти, она была вся в крови, и что-то яркое и острое из нее торчало. Этот сон… он так задел меня, будто рядом произошло что-то плохое.

Совпадение. Просто совпадение.

Монти посмотрел на свою руку. На крючок. На кровь.

Он бросил удочку на причал, не заметив, как та соскользнула в воду. Встал и пошел назад к дому, глядя на руку как зачарованный.

Зайдя внутрь, он позвал ее, и хоть старался говорить спокойно, голос все равно дал трещину: