Джо Беверли – Герцог-пират (страница 74)

– Да, мисс, – пробормотали девушки, все еще неохотно.

Белла подошла, чтобы обнять их.

– Вы самые дорогие для меня люди и очень хорошо мне служили. Единственное, чего я хочу – видеть вас счастливыми. Обещайте мне, что выйдете замуж через две недели и будете счастливы.

Обе улыбнулись, густо покраснев.

– В этом можете не сомневаться, мисс, – сказала Китти.

Белла отослала их заниматься своей работой и задумалась. Вдруг ей на ум пришло решение. В ее доме было три спальни. Одну занимала Белла, другую – Пег, а третью – сестры. Когда сестры уедут, она сможет переселить Клару и Гортензию в комнату девушек, а Мэри сможет спать в своей собственной большой постели в комнате Беллы.

Это создаст некоторые неудобства и тесноту, но должно сработать. Таким образом ей удастся прекратить свои походы в дом леди Фаулер. У Беллы ничего не получалось, и она чувствовала, как сгущаются грозовые тучи. Она задерживалась только для того, чтобы помочь тем, кому хотела. А сестры Драммонд и те, кто решил поддержать их, могут и сами постоять за себя.

Свадьба была простой, но наполненной счастьем. К Китти и Энни пришли старые друзья, которых они знали еще до смерти своего отца, и новые, которых они нашли среди слуг из соседних домов. Вместе с семьей и друзьями двух братьев на свадебный завтрак в доме Беллы собралось около двадцати человек.

Белла была по-настоящему счастлива за девочек, но ей было трудно все время широко улыбаться. Все происходящее еще раз напоминало ей о том, что с ней этого никогда не случится.

День и ночь Белла боролась с мыслями о Торне, но боль, казалось, становилась только сильнее. Изо дня в день она боролась с желанием отправиться в Дувр и снова разыскать его. Она не могла удержаться от чтения книг о кораблях и навигации и начала даже практиковаться в завязывании морских узлов.

Из нее смогла бы получиться хорошая жена капитана; она знала, что это так. Она переживет долгие разлуки, когда он будет в море, и создаст для него уютный дом, в который он будет возвращаться, спускаясь на берег.

Однако Торн явно так не думал, и она не станет больше его преследовать. Ей точно не стоит этого делать.

Однако когда Белла подумала о переезде и о том, что может оказаться там, где он, возможно, никогда раньше не был… У нее вдруг возникло искушение сообщить ему о том, куда она направляется. Торн сказал, куда можно отправить послание для него: гостиница «Черный лебедь», Стоутинг, Кент. Разве не было бы простой вежливостью отправить ему туда послание с указанием ее нового местонахождения? Вдруг ему понадобится найти ее.

Безумие… Такое сильное безумие овладело ею, когда она провожала Китти и Энни в их новую жизнь. В ту ночь она не могла отделаться от мыслей об их первой брачной ночи. Она надеялась, что их мужья были добры к ним и смогли показать те чудеса, которые Торн показал ей.

Без девочек дом казался пустым, но совсем скоро она это исправит. Прежде чем Белла успела предпринять для этого какие-то шаги, получила уведомление о том, что мистер Клаттерфорд находится в Лондоне и хотел бы поговорить с ней. Она немедленно пригласила его на чай и с удовольствием приняла образ Беллы Барстоу по этому случаю. Она надела красивое платье с веточками, и Клаттерфорд воспринял это как знак того, что она перестала быть Беллоной Флинт.

– Видя вас такой, я испытываю огромное облегчение, моя дорогая. Известия о леди Фаулер обеспокоили меня. Печальный случай. Лорд Фаулер бы… – Он покачал головой. – Боюсь, опасные дела могут твориться в ее доме. Меня предупредили.

– Предупредили?

Но он снова покачал головой.

– Предупреждение прозвучало вскользь, моя дорогая, и мне сказали это только потому, что я предположил вашу связь с ее обществом… Но ведь связи больше нет, верно?

Белла решила, что отныне не хочет больше лжи. Но все же не стала упоминать о том, что женщины из общества леди Фаулер переезжают жить в ее дом.

– Я хотела попрощаться с ней, сэр, перед отъездом. Но, правда, не знаю, где теперь смогу жить, ни о чем не думая.

– А теперь еще и поведение вашего брата добавит проблем, – сказал он, качая головой. – Я не уверен, слышали ли вы… Все это очень неприятно. Даже слишком.

Лицо Беллы вспыхнуло. Она надеялась, что Клаттерфорд примет это за смущение или гнев.

– Пег слышала сплетни из Карс-Грин. Трудно в это поверить…

– Но это правда, моя дорогая. Я узнал об этом из самых надежных источников. Довольно шокирующая история. Сэр Огастус всегда казался таким… не таким, как все. – Он покачал головой. – Конечно, такая непристойная история, в которой замешаны трое судей, получила широкую огласку.

Белла надеялась, что сплетни не выйдут за пределы одного района, пока Пег не услышала об этой истории. Тогда Белла поняла, что уже вся округа шепчется об этом.

– Не думаю, что это имеет такое большое значение. – Она вздохнула. – Это лишь пыль от большой грязи.

Клаттерфорд поставил свою чашку на столик.

– Я много думал о вашей ситуации, моя дорогая, и мне пришла в голову мысль. Ваш отец сильно виноват в том, что случилось с вами. Но он был известен своим суровым и неумолимым нравом. Учитывая, насколько безупречным было ваше поведение с тех пор, многие могут усомниться в той старой истории и поддержать вас теперь.

– Мое поведение было безупречным только из-за оказываемого давления, сэр. А затем появилась Беллона Флинт.

– Мы забудем про Беллону. Вы просто жили спокойной жизнью последние шесть месяцев, успокаиваясь и восстанавливая свое здоровье.

– И в это поверят? – спросила Белла.

– Если не будет причин сомневаться в этом. Подумайте, вы никогда не совершали ничего греховного и не устраивали скандалов под носом у уважаемых людей.

Белла подумала об Олимпийских гуляниях, гостинице «Олень и заяц». Но никто ведь не знал, что там была она, Белла Барстоу.

– Большинство уважаемых людей, – продолжил он, – даже не знают о вашем существовании.

– Но они, вероятно, слышали об Огастусе, – отметила Белла.

– Этих людей можно убедить в том, что вас стоит пожалеть из-за связи с этим человеком, вместо того, чтобы поливать грязью.

Белла наморщила лоб.

– Вы действительно так думаете?

– Я бы не стал обманывать вас, моя дорогая. Особенно в таком щекотливом вопросе. Леди Рэддолл явилась бы с того света, чтобы выпороть меня, будь это ложью. Я искренне верю, что, если вы снова появитесь в высшем обществе в образе благородной леди, вас смогут принять.

– Смогут ли? – спросила Белла, опасаясь ложных надежд.

– Конечно, такой шаг потребует от вас мужества и смелости, благодаря которым вы попали в опасность много лет назад, а также боевого духа, который помог вам пережить все это.

– Пег Гуссидж называет это безумием мартовского зайца.

– Действительно? Звучит смешно. – Он взял еще пирожного. – Восхитительно вкусно. Миссис Гуссидж – настоящее сокровище.

– Это правда, – согласилась Белла. – Но какая леди согласится поддержать такую, как я? Вы думаете об Афине? Но ее муж никогда этого не допустит.

– Даже если бы ваша сестра захотела, мисс Барстоу, она не обладает нужным влиянием в обществе. Я уже осторожно обсудил этот вопрос с некоторыми знакомыми дамами.

– О, и с кем же?

Мистер Клаттерфорд посмотрел на нее с ухмылкой.

– С сестрами Трейс. Они были знакомы с вашей прабабушкой в Танбридж-Уэллсе. – Он почему-то был очень доволен собой.

– Трейс. Помнится, леди Рэддолл упоминала о них. Но у меня сложилось впечатление, что сестры немного странные. Одна носит огромный рыжий парик, а другая и вовсе не в своем уме?

– Ваша прабабушка тоже была странной по мнению многих людей, – отметил мистер Клаттерфорд. – Леди Трейс, конечно, эксцентричны, но не стоит сбрасывать их со счетов. Как раз напротив. Они приходятся тетками как маркизу Эшарту, так и маркизу Ротгару. И хотя сестры редко путешествуют, даже по Уэллсу, они пишут прекрасные письма и обладают большим влиянием.

– Но если они не вращаются в светских кругах, что они могут сделать для меня?

– Одна их улыбка сотворила бы чудеса.

– Действительно? – Все это казалось Белле очень неправдоподобным, хотя она точно знала, что где-то уже встречала это имя. Потом она вспомнила. – Трейс! Их фамилия есть в списке для рассылки писем леди Фаулер. Они поддерживают ее взгляды?

Мистер Клаттерфорд снова усмехнулся.

– О, что вы, нет! Но я не удивлен, что они получают ее письма. Сестрам нравится читать пикантные скандальные новости. Вы же понимаете, что многие получатели писем читают истории, которые там освещаются, ради развлечения?

– Теперь я понимаю это. Бедная леди.

– Она об этом не догадывается?

– Я сомневаюсь, что в данный момент она хоть о чем-то способна здраво рассуждать. Но раньше леди Фаулер рассматривала растущую популярность писем как доказательство того, что она меняет мир.

Клаттерфорд покачал головой.

– Для нее это все очень печально… Но я верю, что ваше положение можно улучшить. Вы готовы переехать в Танбридж-Уэллс? Пожить там какое-то время с леди Трейс? Вы можете стать их компаньонкой, но, уверяю, к вам будут относиться как к гостье.

Интуиция Беллы подсказывала ей отказаться. Она ведь уже решила, что справится сама. Но такое временное убежище было очень заманчивым. Особенно, если это поможет восстановить ее репутацию.

Закралась надежда.

Белла тут же подавила это чувство, опасаясь, что ее снова постигнет разочарование.