Джин Соул – Муцянь (страница 68)

– Чтобы вас с ними не спутать.

Ято громко сглотнул, потому что первым понял, что означали эти слова. В пылу сражения сложно различить своих и чужих, отличия весьма условны. А сейчас Чанцзянь ясно дал понять: кто движется – враг.

– Ты уж постарайся не спутать, – дрогнувшим голосом попросил Чэнь Ло.

– Постараюсь, – серьёзно пообещал Чанцзянь.

Он раскрутился на месте, поднимая в воздух песок, и метнулся в сторону. Темнота ночи скрадывала его движения, а может, они были слишком быстры, чтобы человеческий глаз мог их различить. Фонтаны песка били в воздух, рассыпались невидимыми искрами и обрушивались вниз. Изредка вспыхивали алые проблески. Наполнявшая воздух пыльца стремительно начала редеть. Песчаный вихрь описал полный круг и вернулся к начальной точке, алый проблеск стал ярче, сгустился, темнота вокруг него словно просветлела.

Чанцзянь возвращался. Фигура его была окружена алым огнём – так поначалу казалось, но это его одежда сменила цвет: чёрное цзяньсю стало огненно-красным, и даже лента в волосах покраснела.

Кроме этой алой тени в пустыне ничего не было до самого горизонта. Тёмные силуэты скорпионов пропали, точно их никогда и не было, и даже барханы словно сгладились, превращая волны песчаного моря в полный штиль.

98

Неподобающий способ врачевания ран

Рассветные блики отразились на дальних барханах, довлеющая тьма отступала. Чанцзянь подошёл и остановился возле Чэнь Ло, поглядывая на ножны, которые тот держал в руках, но явно не испытывая желания возвращаться в них так скоро. Чэнь Ло придирчиво оглядел его – ни царапины, всё тот же Чанцзянь, не считая сменившей цвет одежды. Чтобы узнать причину, проще было спросить, чем гадать, но тут Чэнь Ло заметил маленькое красное пятнышко на губах меча и так всё понял.

– Ты что, всех их съел? – воскликнул он потрясённо.

– Что добру пропадать? – беспечно отозвался Чанцзянь.

Чэнь Ло широко раскрыл глаза, пытаясь представить, сколько духовной силы получил меч от всех этих гигантских скорпионов. Чанцзянь, словно угадав его мысли, сказал:

– Это ничтожные твари, и сил у них ничтожно мало.

– Ничтожные… – машинально повторил Ято, вспоминая свою сломанную саблю.

– Потрачу на то, чтобы тебя подлечить, – сказал Чанцзянь, беря Чэнь Ло за руку и разворачивая её к себе ладонью.

Он снял с руки Чэнь Ло окровавленную повязку, оценивающе поглядел на запятнанную кровью ладонь – кровь всё ещё струилась из раны – и сказал неодобрительно:

– Не только полученные силы, но и свои тратить придётся. Кто тебя просил резать так глубоко?

– Спасибо бы сказал, что тебя кровью напоили, – проворчал Сяоцинь.

Метод, которым Чанцзянь решил залечить рану Чэнь Ло, превзошёл все их ожидания. Он поднёс руку Чэнь Ло к лицу и… провёл языком по ране.

– Эй! – передёрнуло Чэнь Ло.

Края раны стянуло, кровь перестала течь, от свежего шрама заструился темноватый дымок и вместе со шрамом истаял, точно его и не было.

– Фу… – сказал Чэнь Ло, вытирая руку об одежду. – Обязательно было слюнявить?

– Так вернее, – беспечно отозвался Чанцзянь и поглядел на Сяоциня. Крылья его носа дёрнулись.

– Его тоже подлечи, – велел Чэнь Ло, сомневаясь, что без прямого приказа чёрный меч это сделает.

– Ещё чего! – свирепо воскликнул Сяоцинь. – Не дам я себя лизать!

– Тогда кровь не остановится, – пояснил Ято.

– До стоянки потерпит, – отрезал мальчишка и попятился, потому что все трое переглянулись, кивнули друг другу и двинулись в его сторону с твёрдым намерением мальчишку изловить и подвергнуть принудительному лечению, каким бы неподобающим оно ни казалось.

Удалось им это далеко не сразу: солнце уже успело наполовину выкатиться из-за горизонта, когда Ято поймал мальчишку, а Чэнь Ло зажал его руку так, чтобы он не смог вырваться. Чанцзянь поплевал на палец и провёл им по ладони Сяоциня.

– Я что, даже твоего врачевания недостоин? – сейчас же оскорбился Сяоцинь.

– Опять недоволен… – поразился Чэнь Ло.

Но и этого хватило, чтобы порез на ладони Сяоциня зажил. Мальчишка придирчиво оглядел руку, старательно вытер её об себя и даже спасибо не сказал, только исподлобья уставился на меч, посверкивая жёлтыми, как у фазана, глазами. Чанцзянь, казалось, нисколько не удивился такой неблагодарности и уж точно не расстроился, точно ожидал именно такой реакции.

– Я спать, – провозгласил он и, превратившись в меч, юркнул обратно в ножны. Разговаривать он после этого перестал, видно, сразу же и заснул, как грозился. Совсем как кот.

– Возвращаемся, – сказал Ято. – Они проснутся и нас хватятся.

Сяоцинь был уверен в своём сонном порошке, так он и сказал.

Возвращались к стоянке они по собственным следам, ещё не стёртым ветром. У разрубленного надвое скорпиона Чэнь Ло остановился.

– Ято, – обратился он, – когда вернёмся, никому не рассказывай о том, что произошло на самом деле. Этого скорпиона убил ты, покажем его остальным. Обо всём остальном…

Ято со смехом ответил:

– Да кто бы мне поверил? Я и сам-то не до конца верю… Было это наяву или только привиделось?..

– Зато теперь караваны пропадать не будут, – объявил Сяоцинь, незаметно отковырявший и спрятавший несколько клочков от увядшего хвостового цветка и теперь сияющий, как отполированное медное блюдо.

Чэнь Ло бросил взгляд на пустыню и усмехнулся собственным мыслям.

Кто знает, сколько ещё опасных тварей в ней скрывается… А те, что опаснее всех – не скрываются, а ходят караванами.

99

Доблестный наёмник

Костры уже прогорели, люди начали приходить в себя и теперь отрешённо бродили по стоянке, озадаченные тем, что очнулись вповалку у свежих кострищ. Чиновник загонял обратно в паланкин своих жён и наложниц, но те не помнили, как выбрались, а значит, и ругать их было бессмысленно. Караванщики шептались о проделках злых духов.

Гао Сян велел рассчитаться, чтобы проверить, все ли на месте, тогда же и обнаружилось, что пропала нанятая в Фэнцзине троица и Сю Дуань. Чиновник сейчас же раскричался и стал требовать, чтобы оставшиеся караванщики отправились на поиски его «драгоценного сыночка». Гао Сян рассудительно сказал, что прежде нужно осмотреть стоянку: просто так люди ночами из лагеря не пропадают, тем более в пустыне.

Триумфальное возвращение Ято и остальных прервало спор. Наёмник сгрузил бесчувственное тело Сю Дуаня на землю, чиновник сразу же бросился к сыну и запричитал.

– Скоро очухается, – миролюбиво сказал Ято.

Чэнь Ло сел возле одного из костров, вытянул гудящие ноги. Ночное приключение его вымотало. Сяоцинь пристроился рядом с ним.

Караванщики забросали Ято вопросами. Тот, приосанившись, рассказывал, как ночью на стоянку напали чудовищные скорпионы, то есть, конечно, всего один скорпион, но зато гигантский, и как этот скорпион выманил сына чиновника в пустыню, чтобы сожрать, то есть, конечно, не выманил, а утащил, и как они все трое отправились его выручать и убили скорпиона, то есть, конечно, убил его Ято, но Чэнь Ло тоже подсобил, а поскольку чудище они убили, то и караваны теперь в пустыне пропадать не будут.

Гао Сян недоверчиво покачал головой, и тогда оскорблённый в лучших чувствах Ято показал ему сломанную саблю и предложил отвести всех желающих полюбоваться на тушу гигантского скорпиона. Караванщики ушли с ним, но скоро вернулись, принеся с собой отрубленные клешни скорпиона и хвост.

– В столице продадут за большие деньги, – пробормотал Сяоцинь.

Чэнь Ло сейчас хотелось одного – чтобы от него отстали и он мог выспаться. Но караванщики принялись чествовать доблестного наёмника: вновь разожгли костры, чтобы нажарить мяса, и достали припрятанные бурдюки с вином. Увидев гигантскую тушу в пустыне, все поняли, что чудом избежали смерти, то есть, конечно, не чудом, а благодаря храбрости Ято. Чиновник за спасение сына вручил Ято тяжёлый кошель. Они заставляли Ято снова и снова рассказывать, как он одолел гигантского скорпиона.

– Чэнь Ло тоже помогал, – попытался увильнуть от всеобщего внимания Ято.

Но, видимо, люди не слишком верили, что человек такого сложения, как Чэнь Ло, может чем-то помочь в схватке с чудищем, поэтому он удостоился лишь весьма скупой похвалы и чарки вина.

– Тебе нельзя пить вино, – зашипел Сяоцинь.

– Если не выпью, они оскорбятся, – возразил Чэнь Ло и выпил свою «награду». Вино ему не понравилось, оно нагрелось в бурдюках и горчило.

Ято смущённо предложил Чэнь Ло разделить награду. Сяоцинь сейчас же подставил свой полупустой кошель.

– Теперь сможешь купить себе жену, – сказал Чэнь Ло, заметивший, что чиновник не поскупился и дал награду золотом. – Сяоцинь, не бери много, пусть человек мечту исполнит.

– Я только одного убил, а вы… – начал было Ято, оказавшийся на редкость совестливым наёмником.

Чэнь Ло сделал ему знак молчать. К костру подсели караванщики и Гао Сян, и Ято вновь пришлось рассказывать, как он сражался с гигантским скорпионом.

– Они как будто его на вранье поймать пытаются, – заметил Сяоцинь.

– Нет, – покачал головой Чэнь Ло, – спрашивают они, чтобы лучше запомнить и потом пересказывать другим. Ещё и песню сложат, и будут распевать в пути.

Ято, расслышав, страшно смутился:

– Вот уж не думал, что стану героем песен…

– Песнь о доблестном наёмнике, – предложил Сяоцинь, похихикивая, – с одного удара разрубившего гигантского скорпиона саблей, и о его верных спутниках, мечнике и аптекаре, которые…