Джимми Каджолеас – Гусси. Защитница с огненной скрипкой (страница 38)

– Гусси, – зашипел Коннор.

– Знаю, знаю, – буркнула я, – нам надо бежать.

– Нет, – ответил он, – я не об этом.

Копчёная Люсинда шествовала по улицам посёлка как королева демонов, с короной из голубого огня над головой, и околдованные люди тенью следовали за ней, повинуясь грохочущему басу, принадлежавшему отчасти Люсинде, отчасти кому-то ещё.

– Я знаю, что ты хочешь сказать, – обратилась я к Коннору. – И да, у нас всё ещё есть шанс.

Но я врала. Я знала, что нам крышка. Нам никогда не победить такую армию. Ни мне, ни даже самому дедушке Вдове.

Против фактов не попрёшь. Мы проиграли.

– Бежим, – сказала я. – Возвращаемся в Приют!

Глава 21

Нам удалось добраться до Приюта без приключений благодаря тому, что все заражённые были сосредоточены на Копчёной Люсинде, ставшей ходящей и говорящей инкарнацией самой Погибели. Я не имела представления о том, что могло остаться в этой твари от ведьмы, прикинувшейся Всадницей и запустившей эту катастрофу. Я бы хотела всё же получить возможность узнать у неё, о чём она думала, впуская за ворота такую силу. Было ли это подстроено только самим Сердцем Долины, или она имела что-то против дедушки Вдовы, или Беннингсли, или самого нашего посёлка. Ничего этого я не знала. Я могла ломать над этим голову ночь напролёт – и без толку. Я должна была делать то, что всегда велел мне делать дедушка Вдова.

– Не морочь себе голову объяснениями, ты только потратишь время на миллионы «а что, если», – сказал бы он. – Думай о том, что прямо перед тобой, о главной проблеме. А когда решишь её, будет время на остальное.

Итак, прямо передо мной был заражённый посёлок и ведьма, под завязку наполненная Погибелью, человекообразный сгусток пламени, шатающийся по улицам. Предположительно, она направляется к дому Беннингсли за Сердцем Долины. Я же приняла твёрдое решение вернуть Сердце Долины туда, где ему было место, – в самые недра Заповедной Шахты, где до него никогда не дотянутся людские руки. Вот только всё было не так просто. Что, если Погибель войдёт во вкус, пока разгуливает здесь в теле Копчёной Люсинды, командуя всеми, кто оказался в пределах посёлка? Что, если она навсегда погрузит нас в этот кошмар, лишив рассудка и свободы?

Нет, нам непременно нужно найти выход и предложить ей такую сделку, чтобы она отпустила всех до одного, каждую заблудшую душу в этих стенах.

Значит, решаем проблемы по порядку. Прежде всего нужно завладеть Сердцем Долины. И поскольку мэр Беннигсли с ним расставаться не собирается – а с какой стати, когда он сидит себе в безопасности в прикрытом Ритуалами особняке и в ус не дует? – нашей единственной надеждой остаётся Лулу.

– Как твой обряд? – спросила я Ангелину.

– Кажется, почти закончила, – она серьёзно посмотрела на меня. – В смысле, он сшит на живую нитку, и никто не пробовал работать с такими силами ещё со времён Четырёх странствующих волшебников.

– Это утешает.

– Я делаю, что могу.

Я боялась, я правда боялась. Ангелина наделена большими силами – это несомненно. Но вдруг её доморощенное колдовство не годится для Ритуалов? Что, если её неуклюжие потуги состряпать новый Ритуал лишь разозлят Погибель? Ведь всем известно, что в Ритуалах главное – аккуратность и порядок, иначе они не работают. Но ведь это означает, что сперва они должны быть и составлены аккуратно и упорядоченно? И способна ли Ангелина – даже не обученная Защитница, а малолетняя беглая ведьма, прибившаяся к моему порогу, – и правда создать нечто столь искусное, чтобы возник новый Ритуал?

Ничего этого я не знала, но, судя по шуму и гаму, доносившемуся снаружи, выяснять это было некогда.

– Надеюсь, ты можешь многое.

«А если даже не можешь, – добавила я про себя, – это уже не будет важно, потому что Погибель просто захватит нас всех и волноваться будет некому».

Конечно, ты не будешь вести такие речи, если ты Защитница. Ты до конца будешь держать марку и выкладываться по полной и примешь свою судьбу.

И всё же это было чудесно: смотреть, как Ангелина работает. Поджигая перья кардинала (она пришла в такой восторг от серых пёрышек, что я не удержалась от улыбки), нашёптывая наговоры над мощами святых, над язычками амфибий, над игральной костью и над красным тузом из колоды Коннора (на удачу). Она успевала даже записывать слова Ритуала, чтобы Коннор и Лулу скопировали их и у каждого из нас был свой экземпляр, когда настанет пора для совместной работы.

Что же до меня, то я ковыляла по комнате на укушенной ноге и хрипло повторяла Таинства, молитвы и обереги для всех и всего, что здесь происходило, стараясь удержать Погибель снаружи.

И всё же я не была уверена, что этого хватит. Мы ещё никогда не сталкивались с чем-то подобным. Я даже не знала, случалось ли такое вообще. Компания, собравшаяся в Приюте, не очень походила на борцов с Погибелью. Сирота, беглая шарлатанка, уличный фокусник и беспородный пёс. Достойные кандидаты на спасителей целого посёлка.

Но с другой стороны – у нас что, были варианты? Ну, конечно, кроме дедушки Вдовы. Но не его ли поступки в итоге привели к тому, что мы оказались в таком отчаянном положении? Правда, сейчас это уже не имело значения. Нам не дано выбирать помощников, с которыми придётся спасать мир, однако я была чрезвычайно благодарна Тому, Кто Слушает, за ту команду, которую он мне ниспослал.

– Почти готово, – сказала Ангелина. – Но для нашей защиты требуется ещё кое-что.

– И что же? – спросила я.

– Её кольцо. – Ангелина показала на Лулу.

– Чего? Только не бабушкино кольцо! – возмутилась Лулу. Она прижала руку к груди. – С какой стати тебе приспичило?

– С такой, что твой дедушка когда-то взял себе Сердце Долины, – отвечала Ангелина. – И для Ритуала нет ничего сильнее, чем предмет, хранившийся в семье преступившего закон.

– Но это всё, что у меня от неё осталось. – Лулу ещё крепче прижала к себе кольцо. – Это бабушкин подарок, он для нас бесценен.

– Если бы был другой способ, – сказала Ангелина, – можешь не сомневаться, мы бы выбрали его. Но колдовство не работает, если не заплатишь ему самую высокую цену. Может, конечно, у тебя есть что-то ещё более ценное?

– Нет, – вздохнула Лулу, – это вряд ли. Наверное, раз уж наша семья – наследники преступника, значит, нам за него и платить. – Она решительно стащила с пальца кольцо, и оно вдруг засверкало миллионом оттенков – целое ночное небо в одном маленьком камушке.

Ангелина взяла кольцо и поместила на стол дедушки Вдовы, в небольшое железное блюдце, в котором он смешивал снадобья. Она прошептала над камнем наговор и разбила его дедушкиным молотком – мы и охнуть не успели. Опал раскололся от удара и превратился в щепотку сверкающей пыли рядом с расплющенным металлическим кольцом. Ангелина аккуратно пересыпала пыль в чёрную дедушкину ступку.

Внезапно по комнате разлилось ощущение спокойствия, и свечи приветливо мигнули в этот момент. Доброе волшебство иногда так действует: резко, словно лезвие солнечного луча, разрубившего тьму и осветившего всё вокруг – пускай и ненадолго.

– Кажется, это то, что надо. – Ангелина улыбнулась.

Да, это был знак, что Ритуал работает, по крайней мере, в той степени, чтобы защитить нас от заразы. Однако мы пока не могли быть уверены, что он справится и с остальным: изгнанием Погибели и исцелением всех остальных в посёлке.

– И какой у нас план? – спросил Коннор.

Я изложила его, как могла.

– План состоит в том, что сначала мы очистимся и освятимся, насколько сможем, чтобы укрепить защиту от Погибели. А потом пройдём по посёлку, исполняя Ритуал, чтобы все видели, что мы действуем по своей воле. Это нужно главным образом для тех, кто ещё не заразился, чтобы верили и не сдавались. Мне и дедушка Вдова так говорил: «Гусси, мне на моём веку довелось повидать всякое, но знай одно: нет сильнее волшебства, чем надежда». А когда мы поймём, что привлекли внимание Погибели, выйдем на площадь собраний к столбу и вызовем её на разговор. И предложим сделку.

– И что же мы ей предложим? – спросил Коннор Карниволли.

– Как что? Сердце Долины, конечно, – сказала я.

– Но ведь мой папа ни за что не отдаст Сердце, – возразила Лулу. – По доброй воле – никогда. А брата моего как мы будем лечить? Вдруг он умрёт?

– Обещаю тебе, что найду способ добыть лекарство для твоего брата, – сказала я. – Мы не позволим, чтобы ему стало хуже.

Я понятия не имела о том, как это сделаю. Но я надеялась, что если причина болезни Чаппи кроется в проклятии, наложенном Погибелью, то Погибель же его и вылечит. Это должно было стать частью сделки. Вот только захочет ли Погибель вообще заключать с нами сделку? Но на данный момент моей главной целью было освободить от Погибели посёлок, и ради этого я готова была пойти на что угодно. Означало ли это обмануть Лулу? Да, в какой-то степени. Но вот что я вам скажу: если Погибель откажется снять проклятье с Чаппи, как только всё кончится, я посвящу остаток жизни тому, чтобы его исцелить. Хотите верьте, хотите нет – но я могу поклясться вам честью Того, Кто Слушает, и жизнью моего пса Сверчка – а это дорогого стоит.

Снаружи ударил гром такой силы, что меня пробрало до костей. Я подскочила к окну, приоткрыла его и выглянула наружу. Небо пересекали ослепительные арки голубых молний, а гром стоял такой, что даже у ангелов заложило бы уши. От разлетавшихся искр шипел и накалялся воздух. Очевидно, что молнии били по особняку Беннингсли. Я не могла судить о силе оберегов, наложенных на дом дедушкой Вдовой и мистером Майеллой, но вряд ли что-то могло противиться прямому попаданию молнии. Но не это испугало меня больше всего. Летевшие повсюду искры дикого синего пламени, мелкие духи огня, готовые наброситься на любой кусок дерева и устроить пожар.