Джим Чайковски – Дракон из черного стекла (страница 86)
– Внезапность может сыграть нам на руку, – отозвался Дарант, пожимая плечами.
Грейлин покачал головой.
– Если дозорные нас еще не засекли, то обязательно заметят, когда мы подойдем ближе. Мы не сможем настолько застать их врасплох, чтобы одолеть такие силы.
Дарант обдумал эти слова, потирая подбородок, а затем обратился к дочери:
– Глейс, сбрось скорость до четверти и снижайся, чтобы пройти над самой поверхностью этого треклятого моря. – Он повернулся к Грейлину: – Будем надеяться, что блики, отражающиеся от этого стекла, скроют нас так же надежно, как скрывают то, что успел углядеть Крайш.
Когда Глейс и вахтенные матросы принялись вращать маховики и переставлять рычаги на вспомогательном посту управления, почти непрерывный рев корабельных двигателей заметно стих. Киль «Огненного дракона» стал опускаться, пересекая границу песка и растрескавшегося стекла. Вскоре они уже скользили над слегка подернутым рябью зеркалом. Отблески пламени горелок мерцающим сиянием отражались от поверхности внизу. Однако темное стекло поглощало и приглушало это сияние – точно так же, как и солнечный свет.
Никс лишь подивилась глубинам этого черного зеркала.
Теперь, вблизи, уже было видно, что простор внизу не был девственно-гладким и абсолютно нетронутым. Трещины разделили море на огромные плиты, которые все еще крепко держались вместе. Она заглянула в одну из таких трещин, когда корабль проплывал над ней. Та уходила куда-то далеко вглубь, за пределы досягаемости ее глаз.
Никс подняла взгляд на дымящегося Дракона впереди, припомнив комплекс та’винов в Студеных Пустошах – логово ядовитого Паука. Выглядело то сооружение как гигантский раскинувший щупальца ошкапир, сделанный из меди и окруженный огненными пропастями, в которых светилась расплавленная лава. Простиралось оно как минимум на лигу во все стороны, хотя бо́льшая часть его была скрыта в промерзших насквозь скалах Камнеземья.
Никс попыталась представить себе такое же сооружение под этим Драконом, служащее для защиты массивной сферы из хрусталя и бронзы с пульсирующими в самом ее сердце жуткими энергиями.
Второй турубьи.
Однако судонаправитель сосредоточился на совсем другом месте.
Фенн крикнул со своего поста:
– Дарант! Глянь-ка на запад! На берег с той стороны! Там из песка вырастает какой-то странный лес.
Наконец оторвав взгляд от черной морды Дракона, Никс перевела его с сияющего моря на красные пески впереди. Накатывающие с запада дюны там резко обрывались, оставляя выдающийся навстречу кораблю довольно большой треугольный полуостров свободным от песка. Казалось, будто ветры сдули с него эти странствующие холмы, обнажив упрятанный под ними окаменевший лес, мерцающий тысячами ярких оттенков – словно с неба обрушилась сверкающая грозовая радуга, осколки которой разлетелись по всему этому участку берега стеклянного моря.
Эсме придвинулась ближе к окну, широко раскрыв глаза и понизив голос:
– В наших сагах говорится про такой лес. Под названием Аргош. Про чащобу из живых кристаллов.
Дарант насупился, явно не впечатленный увиденным.
– Да, красиво, Фенн, но и что с того?
Судонаправитель опять ткнул туда рукой.
– Через дальноскоп, в стороне от бликов стекла, я заметил в этом лесу какую-то мерцающую синеву. Что-то вроде озера.
Никс облизнула пересохшие губы, потрескавшиеся от жары и недостатка воды.
Последовало томительное молчание.
Несмотря на всю опасность, упускать такую возможность никому не хотелось.
– Ты уверен? – крикнул Дарант. – Озеро? В этой адской печи?
– Насколько я могу судить с такого расстояния. – Фенн пожал плечами. – Но если подлететь поближе…
Дарант бросил взгляд на Грейлина:
– А ты что думаешь?
Вместо него ответила Никс:
– Нам нужна вода, особенно Баашалийе и рааш’ке.
Даал шагнул к ним, согласно кивнув.
– Никс права. Они все больше слабеют, – твердо произнес он. – Если мы надеемся на их помощь в бою, им понадобится нечто большее, чем эти тоненькие струйки воды, стекающие в их корыта.
Крайш поддержал его:
– Лес находится немного впереди и в стороне. Не исключено, что оттуда я смогу получше рассмотреть эту гору.
Вид у Грейлина был по-прежнему обеспокоенный и настороженный.
Никс уже надоело, что все решения на борту принимают эти двое мужчин за штурвалом.
– Я могу подняться в воздух на Баашалийе и разведать обстановку впереди. Если Фенн ошибается, если это всего лишь мираж, я смогу очень быстро вернуться.
Грейлин сжал челюсти, явно готовый ответить категорическим отказом. Однако, надолго задержав на ней взгляд, наконец кивнул.
– Нам и вправду нужна вода.
Никс ощутила прилив благодарности за это признание, чувствуя, что Грейлин начинает видеть ее более отчетливо – наверное, наконец признавая в ней взрослую женщину, а не того ребенка, которого чуть не потерял.
Однако сразу же последовали и ограничения. Когда она повернулась, чтобы уйти, Грейлин крикнул ей вслед:
– Но только ты полетишь не одна!
Глава 52
Сидя верхом на Пилларе, Даал успел пожалеть о своем решении, как только огромная кормовая дверь нижнего трюма наконец открылась, опущенная ручной лебедкой. Ворвавшийся туда палящий зной одним махом вымел всю прохладу из этого сумеречного пространства. Яркий свет на миг лишил его зрения, даже несмотря на предусмотрительно надетые очки с янтарными линзами. Очередной вдох застрял в горле из-за мерзкого привкуса горящего где-то вдалеке серного камня.
«Дыхания Дракона…»
А еще до него донесся какой-то глухой рокот, похожий на скрежет тяжелого льда прямо перед тем, как рухнет замерзший утес. От вдруг пронзившего предчувствия какой-то беды волоски на руках встали дыбом.
Тамрин, уже оседлавшая Хеффу слева от Даала, тоже пригнулась, спасаясь от жары и шума. Как и он сам, одета она была в кожаный костюм для полетов поверх тонкой сорочки, тоже уже наверняка основательно взмокнув. По крайней мере, вид у нее был не особо радостный. Короткие волосы, по обыкновению, плотно прилизаны, поблескивая от масла, глаза прикрыты защитными очками от яркого солнечного света, лишившего ее кожу всякого изумрудного оттенка…
И все же Тамрин решительно всматривалась в сияние впереди.
У Никс, склонившейся над Баашалийей, было такое же суровое выражение лица. Золотистые пряди в ее темных волосах, стянутых в хвост на затылке, стали еще заметней и ярко играли на солнце. Подняв руку, она махнула ею в сторону открытой двери.
Баашалийя преодолел это расстояние, перебирая задними лапами и балансируя на кончиках крыльев. Вид у него в этот момент был довольно неуклюжий. Наконец огромный летучий зверь спрыгнул с края опущенной двери, пропав из виду. Впрочем, мгновение спустя он появился вновь, взмыв высоко вверх на широко распахнутых крыльях – недавнюю неповоротливость словно унесло ветром.
Даал устремился следом, сопровождаемый Тамрин, которая держалась сбоку от него.
Они вместе вырвались из трюма. Даал ощутил знакомое замирание в животе, когда Пиллар сначала провалился вниз, а затем, взмахнув крыльями, вновь поймал ими воздух. Даал заложил крутой разворот, чтобы последовать вдогонку за Никс. Он надеялся, что встречный ветер хотя бы немного смягчит зной, но воздух лишь по-прежнему обжигал легкие и высушивал пот под кожаным костюмом.
Накренив Баашалийю на крыло, Никс круто повернула на северо-запад, обогнала громаду «Огненного дракона» и помчалась впереди огромного корабля.
Сориентировавшись, Даал поднял ладонь в сторону Тамрин и наклонил ее влево, приказывая ей подлететь к Никс с этой стороны. Она кивнула, наклонилась в ту сторону, и Хеффа тут же отвалила вбок. Даал переместил было свой вес, но Пиллар уже опустил крыло, то ли предвидя, то ли почувствовав его желание, и пристроился справа от Никс.
Так они и неслись над морем из черного стекла, на совсем небольшой высоте. Поймав отражение их полета в темном зеркале, Даал также заметил, что нос «Огненного дракона» медленно поворачивается в их сторону – там явно намеревались последовать за ними. Хотя не то чтобы у огромного корабля была хоть какая-то надежда угнаться за всадниками, которые все той же плотной тройкой стремились к западному берегу.
И тут в черном стекле внизу отразилась огненная вспышка. Даал оглянулся через плечо. С кормы «Огненного дракона», из верхнего трюма вылетела летучая шлюпка, выброшенная из него пусковой баллистой. Маленькое суденышко и само напоминало здоровенную деревянную стрелу, за которой тянулся огненный шлейф. Почти сразу над ним раскрылся сложенный до поры до времени летучий пузырь, который через мгновение надулся, чтобы принять на себя вес шлюпки, прежде чем та успела рухнуть вниз.
Маленькое суденышко круто развернулось, приводимое в движение кормовой горелкой, и устремилось за ними.
Даал нахмурился. Спеша покинуть корабль, он не слышал о том, что кто-то еще последует за ними. Возможно, Никс и поставили в известность, хотя он сомневался в этом. Однако вполне мог предположить, кто находился сейчас на борту шлюпки.
Он вспомнил крик Грейлина, когда они с Никс уже выбегали из рулевой рубки.
«Но только ты полетишь не одна!»
Судя по всему, этот седой рыцарь – отец Никс – счел, что эскорта из двух всадников верхом на рааш’ке все-таки недостаточно для защиты его дочери. Наверняка на шлюпке были и другие люди помимо него.