Джим Чайковски – Арктическое зло (страница 44)
Грей понял интерес Сычкина к этим двум зданиям. Иван Великий получил в свои руки Золотую библиотеку, а его внук Иван Грозный эту библиотеку спрятал. «Так что, естественно, архиерей начал поиски именно с этих двух мест».
Анна увлекла своих спутников дальше. Они направились через весь обширный религиозный комплекс к расположенным в противоположной части лавры Святым вратам. Пока что не было видно никаких признаков того, что Сычкин проявлял интерес к Звонковой башне, довольно непримечательному строению среди вычурной красоты монастырского комплекса.
И все-таки
Анна и ее спутники прошли мимо самого высокого строения лавры. Бело-голубая колокольня вздымалась в небо на высоту трехсот футов. Ее позолоченная звонница ярко сияла в лучах утреннего солнца. Под колокольней находился один из священных источников, по преданию вызванных самим Сергием Радонежским.
«Однако сегодня никто не сможет испить этой священной воды».
В настоящий момент вход в колокольню был загорожен лентой, которую охраняли вооруженные автоматами солдаты Российской армии. Так что раскопки или уже начались, или должны были вот-вот начаться.
Сестра Анна провела своих спутников мимо колокольни по обсаженной деревьями аллее, вымощенной кирпичом. Вокруг суетились толпы туристов. Этот уголок лавры был отведен духовной академии. Здесь жили и работали триста монахов, поддерживая статус лавры как действующего монастыря. Однако эта деятельность не вызывала особого интереса у рядовых туристов.
Оставшись наедине со своими спутниками, Анна отбросила роль экскурсовода. В этих садах, навевающих задумчивое настроение, бродили лишь редкие туристы. Послушница подвела своих спутников к высоким белым крепостным стенам, окружающим лавру.
Прямо впереди высилась Звонковая башня.
Оглядевшись по сторонам, Грей не обнаружил никаких признаков присутствия военных. Очевидно, Сычкин еще не разгадал загадку, нарисованную на странице старинной рукописи.
«Но добьемся ли мы каких-либо результатов, проникнув внутрь?»
Следом за своими товарищами Пирс прошел мимо небольшой служебной постройки к входу в башню. Левая лодыжка, затянутая в высокий ботинок, ныла. Грей проглотил несколько таблеток ибупрофена, однако долгая дорога пешком свела на нет действие лекарства.
Чтобы хоть как-то отвлечься, коммандер скользнул взглядом по четырем белым ярусам башни, заканчивающейся высоким зеленым шатром. Элегантный фасад башни, украшенный арками и пилястрами, рассекали узкие бойницы, напоминающие о тех временах, когда лавра еще нуждалась в подобных защитных сооружениях. И все же когда в восемнадцатом веке звонил колокол, он уже не предупреждал о приближении захватчиков, а лишь возвещал о начале и окончании уроков в духовной семинарии, учебном заведении, которое продолжало свою деятельность и по сей день.
– Войти в башню можно здесь, – сказала Анна.
Она подвела всех к каменным ступеням, ведущим к арке. Массивная дверь была распахнута настежь, однако витрина сувенирной лавки рядом с ней была закрыта ставнями – свидетельство отсутствия интереса у туристов к этому отдаленному уголку лавры.
Войдя в арку, все очутились в просторном зале. Белые отштукатуренные стены и своды украшали выцветшие фрески с изображением фигур с нимбами. Одинокий светильник на стене наполнял пространство печальным голубоватым сиянием.
– Похоже, башня полностью в нашем распоряжении, – заметил отец Бейли, обводя взглядом пустынное помещение.
– И что с того? – нахмурился Джейсон. – Мы понятия не имеем, где начинать поиски пропавшей библиотеки.
Филарет изучил нишу справа, где начиналась каменная винтовая лестница, ведущая наверх. Вход на нее перегораживала бархатная лента.
– Я не слышу там шагов и не вижу света. – Епископ смахнул своим посохом паутину с красного бархата. – Определенно, сюда уже давно никто не наведывался.
Грей шагнул к нише напротив; только здесь начиналась лестница, ведущая вниз.
– Если здесь находится библиотека, найти которую не удавалось на протяжении многих столетий, она, скорее всего, под нами.
Он осторожно снял с крючка красную ленту, следя за тем, чтобы не потревожить пыль. Не нужно никого предупреждать о том, что они прошли здесь.
Достав из рюкзачка фонарик, Монк двинулся вниз первым.
– Нет ничего страшного в том, чтобы исследовать старинные подземелья.
Следом за ним шагнул Джейсон, а далее Анна, Филарет и Бейли.
Грей прошел на винтовую лестницу последним, аккуратно повесив за собой на место бархатную ленту. Он также достал фонарик. Каменные ступени от времени стерлись, стали гладкими от многих тысяч сандалий, прошедших по ним вверх и вниз. Сначала стены были кирпичными, как и фундамент башни, но затем кирпич сменился голым известняком.
– Как глубоко вниз ведет эта лестница? – донесся снизу бестелесный голос Монка.
– Все башни разные, – ответил Филарет. – В подвалах этой когда-то находился винный погреб, где монахи хранили сотни бочонков вина, чего должно было хватать на всю братию.
– Вероятно, вот почему подземелье такое глубокое. – Анна пригнулась, чтобы пройти под низким сводом. – Летом здесь бывает очень жарко, а зимой могут ударить лютые морозы. Однако под землей температура остается одинаковой, что идеально для хранения вина.
– А может быть, также и
Грей поднял взгляд вверх на лестницу. Он мысленно представил себе духовную академию, продолжавшую работать так же, как это было во времена Ивана Грозного. «Царь выбрал это место вследствие его близости к учебному заведению?» Пирс вспомнил, что Грозный привлек десятки ученых для перевода древних текстов. Если царь действительно собирался открыть доступ к библиотеке, разумно было разместить собрание книг именно здесь, в нескольких шагах от храма науки.
– Ну наконец! – воскликнул Монк, очевидно, спустившийся до самого низа.
Присоединившись к нему, все оказались в сводчатом помещении, высеченном в известняке. Давным-давно пол был вымощен плиткой, которая от времени потрескалась. Тут и там зияли дыры, открывающие голый камень. В стенах имелись высеченные ниши, в которых, вероятно, хранились бочонки с самым ценным вином.
Джейсон медленно обошел помещение по периметру.
– Интересно, это не одна ли из тех пещер, в которых жили первые монахи лавры?
– Возможно, – согласилась Анна.
Монк повел вокруг лучом фонарика.
– Если так, они были приверженцами совместного проживания. Здесь самый настоящий подземный лабиринт.
Во все стороны в толще известняка расходились кельи – или винные погреба. Свет так далеко уже не проникал.
– Если мы хотим обследовать это подземелье надлежащим образом, – начал Грей, – нам нужно…
– Даже не говори это! – взмолился Монк.
– Нам нужно разделиться, – не обращая на него внимания, закончил коммандер.
Сверившись с часами, он посмотрел вверх, памятуя о том, что их группа не единственная, кто задействован в операции. Грей надеялся, что Сейхан и Такер уже закончили предварительный осмотр особняка Сычкина, однако у него не было возможности в этом убедиться. Когда они спустились в винные погреба, рации потеряли сигнал.
Грей перевел взгляд на лабиринт пещер.
«Надеюсь, нашим товарищам везет больше, чем нам».
21
Услышав тревожный вой сирены, раскатившийся по всему зданию, Ковальски вздрогнул. Этот звук ворвался ему в черепную коробку – которая до сих пор раскалывалась после того, как вчера колотилась о стенки мусорного бака. От того путешествия все тело великана покрылось синяками и ссадинами. Шея у него ныла.
Поморщившись, Ковальски поднялся с койки, стараясь по возможности стряхнуть с себя всю боль.
«Что ж, у меня бывали похмелья и похуже…»
Сознавая, что случилось что-то, великан шагнул к железной двери своей камеры. Крошечное зарешеченное окошко позволило ему заглянуть в соседнее помещение. Когда Ковальски притащили сюда в предрассветных сумерках вместе с Эллой и Марко, он постарался как мог сориентироваться. Великан отметил котельную с отходящими от нее трубами отопления; затем пленников спустили еще ниже, в подземную темницу. На последнее намекали наручники на цепях, вмурованных в стены.
«Ладно, будем надеяться, что это секс-клуб».
В коридоре за дверью стоял широкоплечий боевик в черном костюме, охраняющий лестницу, ведущую наверх на этаж с котельной. Выпуклость у него под мышкой не оставляла никаких сомнений по поводу того, что он вооружен. Наконец сигнализация умолкла, сменившись приглушенными отголосками выстрелов, донесшихся сверху.
Вниз по лестнице сбежали трое. Двое были в рясах: худой мужчина с окладистой черной бородой и здоровенный верзила с иссеченным старыми шрамами лицом.
Третий человек был прекрасно знаком Ковальски.
Валентина Михайлова хмурилась, ее бледное лицо потемнело от ярости. Левая рука висела на перевязи, плечо было забинтовано.
«Похоже, кто-то уже успел оставить ей отметину».
И Ковальски догадывался, кто именно. Перед самым нападением на посольство он увидел, как Сейхан выскользнула из особняка и направилась в соседнее жилое здание.
Спустившись вниз, Михайлова схватила за руку того из мужчин в рясах, кто был постарше.
– Сычкин, я же вас предупреждала! Вы должны были разрешить мне захватить с собой больше своих людей.