Джим Чайковски – Арктическое зло (страница 28)
Не имея возможности узнать ответ на этот вопрос, Сейхан развернулась и направилась к южной стене. Предварительно изучив план монастыря, она обратила внимание на маленькую арку в стене, ведущую в соседний парк. К сожалению, арка была закрыта воротами. Сейхан не знала, заперта эта преграда или нет, – однако другой стратегии отхода у нее все равно не было.
Она бежала сквозь клубы дыма. Вертолет поднялся выше, спасаясь от взрывов на земле. Судя по всему, летчик старался оценить ситуацию, опасаясь стремительно нарастающей неопределенности. Точно так же и полицейские на земле застыли в растерянности.
Лишь один охотник оставался нацелен на добычу.
Бронемашина ОМОНа неслась прямо на Сейхан, не сбавляя скорости, прыгая на ухабах.
Сейхан ускорила свой бег, моля бога о том, чтобы ворота оказались не заперты. У нее не будет времени на то, чтобы возиться с замком или прокладывать себе дорогу взрывом.
За спиной ревел бронеавтомобиль, подобно установленному на колеса тарану.
Откинув руку назад, Сейхан вслепую выстрелила по машине. Не заморачиваясь с экономией патронов, она выпустила длинную очередь. Запели пули, отражаясь рикошетом от стекла и стали, но бронеавтомобиль по-прежнему мчался вперед.
Впереди порыв ветра на мгновение развеял дым, открывая узкую арку в стене и закрывающие ее ворота. Створки стянуты массивной цепью, запертой на навесной замок.
«Нет!..»
Сейхан направила на замок автомат, однако она уже успела полностью опустошить магазин, стреляя в бронеавтомобиль. Задыхаясь, отшвырнула пустой магазин в сторону, лихорадочно хватая другой.
У нее вырвался рев отчаяния.
«Не успею!..»
Но тут ее жалобу разорвали три резких удара.
Перебитая цепь соскользнула на землю. Старые ворота приоткрылись.
Сейхан ускорилась, преодолевая последний отрезок пути.
Бронеавтомобиль взревел, находясь всего в какой-то паре метров позади нее.
Налетев на ворота плечом, Сейхан пролетела под аркой, не сбавляя скорости. У нее за спиной бронеавтомобиль врезался в стену: колесная база оказалась слишком широкой для узкого прохода.
Сейхан продолжала бежать – к мотоциклу «Урал». Он стоял на асфальтовой дорожке в детском парке, двигатель работал на холостых оборотах. Грей выстрелил из своего «ЗИГ-Зауэра» поверх плеча своей напарницы, отбивая охоту продолжать преследование у тех, кто находился в бронеавтомобиле.
Однако бронеавтомобиль был не единственной угрозой.
Сейхан запрыгнула головой вперед в коляску, развернувшись в самый последний момент, чтобы упасть на сиденье спиной, и вскинула автомат вверх.
Вертолет перелетел через стену монастыря, преследуя беглецов.
Сейхан не спеша прицелилась в хвостовую балку и выпустила очередь в рулевой винт. Рулевой винт взорвался. Накренившись, вертолет начал кружиться. Лопасти несущего винта принялись рубить крону деревьев. Наконец вертолет опрокинулся набок и врезался в стену монастыря, взорвавшись огненным шаром.
– Кто-то же должен был довести до конца начатое тобой, – опустив автомат, сказала Грею Сейхан.
– У меня не было времени, – тот пожал плечами. – Я прикинул, что ты попытаешься воспользоваться этими воротами, если сможешь.
– Ты не должен был задерживаться здесь!
Грей строго посмотрел на нее:
– Даже не надейся так легко отвертеться от нашей свадьбы!
Он сосредоточил свое внимание на дороге. Мотоцикл уже мчался вперед через парк. Грей старался держаться под защитой деревьев. Однако солнце уже практически скрылось, а со стороны монастыря на парк волнами накатывался дым, поэтому особого укрытия больше не требовалось.
Покинув парк, Грей и Сейхан поспешили прочь от царящего в монастыре столпотворения. Быстро затерявшись в плотном потоке вечернего часа пик, они направились в центр города. Сейхан оглянулась на оставшийся вдалеке столб дыма.
– По крайней мере, теперь мы убедились в том, что Валя определенно замешана во всем этом.
Грей склонился к рулю:
– А может быть, и Русская православная церковь…
Сейхан нахмурилась, вспомнив, что монсеньор Борелли отправил фотографии древнегреческой рукописи «Сигме» – а не в Ватикан.
– Будем надеяться, только она одна, – пробормотала она.
10
Такер спешил по Вадковскому переулку, Кейн семенил рядом с ним. Следом за ними шли Ковальски и Марко, а замыкали шествие Юрий Севериненко и доктор Элла Штутт, с которой он не спускал глаз. Они направлялись к нарядному трехэтажному розовато-оранжевому зданию начала прошлого века на углу, с чугунными решетками на балконах и затейливой лепниной. Это была их цель – Апостольская нунциатура Святого престола в Москве.
– Почему мы идем в посольство Ватикана? – спросила Элла.
Из соображений безопасности о том, куда они направляются, ей сообщили, только когда поезд прибыл на Ленинградский вокзал. В вагоне Элла сменила свою рабочую одежду на голубую ветровку и джинсы. Все остальные были одеты так же неброско. Даже Кейн и Марко расстались с кевларовыми бронежилетами, оставшись в простых ошейниках с поводками.
Такер оглянулся на Эллу, на всех остальных. «Просто группа знакомых, вышедших прогулять своих собак этим погожим весенним вечером…»
– Друзья, о которых я вам рассказывал, – объяснил Такер. – Нам сказали встретиться с ними именно здесь.
Элла раскрыла было рот, собираясь задать вопрос, но передумала.
Такер провел своих спутников вдоль боковой стены здания к черным чугунным воротам. За ними находилась стоянка посольства. С противоположной стороны возвышалось семнадцатиэтажное жилое здание. Такер поднес руку к звонку, однако ворота открылись сами.
– Пора уже, – сказал Монк, приглашая всех войти. – Все уже собрались. Нам нужно многое обсудить, а времени на это мало.
– Чем вызвана такая спешность?
– Мы выезжаем в полночь.
Ковальски всем своим видом выразил недовольство.
– Да мы только что притащились сюда…
– Эй, я только привез остальных. – Такер отступил на шаг. – Я выполнил все, о чем меня просил директор Кроу. Мы с моими мальчиками возвращаемся домой.
– Решать тебе, – нахмурился Монк. – Но сперва предлагаю тебе кое-что выслушать.
Вздохнув, Такер пожал плечами:
– Если у вас есть кофе и что-нибудь перекусить, я, так и быть, послушаю.
– У нас есть и корм для собак. – Монк улыбнулся. – Это я так, к слову.
Выругавшись себе под нос, Такер направился через стоянку.
Нагнав его, доктор Штутт тронула его за руку. Взгляд у нее остекленел от тревоги.
– Я не знаю этих людей, – прошептала она.
Хотя Элла не высказала это вслух, было очевидно, что она не хочет, чтобы Такер уходил.
– Давайте послушаем, что они нам скажут, – уклончиво ответил тот.
Монк подвел гостей к служебному входу в посольство и пригласил всех в фойе. Он указал на лестницу слева.
– Все собрались внизу.
Такер мысленно отметил, что на верхних этажах темно. Похоже, в этот поздний час там никого не было. Он увидел пляшущее пятно света – скорее всего, фонарик охранника, совершающего ночной обход.
Спустившись вниз, Монк провел гостей в конференц-зал. Посредине стоял длинный стол из красного дерева, такими же дорогими породами дерева были обшиты стены. У дальней стены в небольшом камине догорали угли. Над очагом на стене висела эмблема Святого престола – тиара и два скрещенных ключа, золотой и серебряный. Та же самая эмблема была на столешнице – инкрустация, выполненная драгоценными металлами.
Резко контрастировали с царственным величием посольства плоские мониторы, развешенные вдоль стены. На них выводились без звука сюжеты различных новостных каналов, на всех беспорядочные кадры объятых пламенем старинных кирпичных зданий, окруженных высокими стенами.
Такер догадался, кто стоит за этим апокалипсисом.