Джим Батчер – Горстка чернокнижников (0.1) (страница 3)

Я задумчиво посмотрела на Эрпа. Наверное, была вероятность того, что он заодно с немцем, и они играют какую-то коварную игру. Но это казалось маловероятным. Если бы они с немцем хотели меня убить, то Эрп мог просто посмотреть, как тот выводит меня из салуна, и никак на это не отреагировать.

– Я вам верю, – просто сказала я ему.

– Эта камера заговорена, – сказал Эрп. – Изнутри неё он мало что сможет сделать. – Он глянул на немца, и холодно улыбнулся ему. – Однако если что-то попытаешься сделать, поднимется много шума. Думаю, я успею тебя подстрелить раз пять-шесть, прежде чем ты сможешь собрать достаточно магии, чтобы кому-то навредить.

Немец уставился на Эрпа взглядом прищуренных глаз, а затем внезапно улыбнулся, и будто бы расслабился. Он расстегнул свой воротник, развязал галстук, и уселся на неудобную тюремную лежанку.

– М-м-м, – сказал Эрп с выражением лёгкого отвращения на лице. Он с прищуром оглядел комнату, и глянул на окна. Затем перевёл взгляд на меня, и сказал: – Значит, Страж. То есть, законник... – Он сжал губы. – Я хочу сказать, у вас есть значок.

– Что-то навроде того, – сказала я.

– Я имею ввиду, вы можете сражаться, – сказал Эрп.

– Могу, – сказала я.

Он прислонил своё длинное тело к стене рядом со столом, и дёрнул подбородком в стороне немца:

– Что думаете?

– Я думаю, что у него четверо друзей, – сказала я. – Все они одарённые. У ваших окон есть ставни?

– Ага.

– Тогда нам следует их затворить, – сказала я. – Они придут за ним.

– Чёрт, – протянул он. – Я думаю то же самое. До рассвета?

Часы тьмы были самым лучшим временем для любителей практиковать тёмные искусства, как по практическим, так и по чисто психологическим причинам.

– Почти наверняка.

– И что вы об этом думаете?

Я сощурила глаза, и сказала:

– Я против этого возражаю.

Эрп кивнул, и сказал:

– Я немногое могу против направленных на меня заклинаний. Вы можете им противиться?

– Могу.

Эрп немного поизучал меня оценивающим взглядом тёмных глаз. Затем, похоже, пришёл к какому-то решению:

– Предлагаю мне взять за себя закрытие ставен, – сказал он. – Если только вы не хотите, чтобы я занялся кофе, а я этого не рекомендую.

Я содрогнулась при мысли об американском кофе.

– Этим я сама займусь, – сказала я.

– Хорошо, – сказал он. – Так и поступим.

– Что ж, – сказал Эрп несколько часов спустя. – Всё это ожидание мне не по нраву. Но кофе чертовски хорош, Мисс Анастасия.

Я, конечно же, использовала магию при его готовке. Зёрна не были правильно прожарены, а кофемолка, которая их молола, делала это слишком уж грубо. Некоторые из Стражей считали мои заклинания для приготовления кофе пустой растратой времени перед лицом всей тьмы в этом мире... но чего хорошего в магии, если её нельзя использовать для создания вкусной чашки хорошего напитка?

– Просто радуйтесь, что вы не попросили меня заняться стряпнёй, – сказала я. – Она в число моих дарований не входит.

Эрп шумно выдохнул носом:

– В вас мало женственности, мэм, уж простите за такие слова.

Я мило улыбнулась ему:

– Сейчас я при исполнении.

Он хмыкнул:

– Ищете того Пэйджа, да?

Я кивнула.

– За что он разыскиывается?

– Убил трёх человек в Ливерпуле, – сказала я. – Девшуку, которая ему приглянулась, и её родителей.

– Полагаю, он не приглянулся ей в ответ, – сказал Эрп. – Он их застрелил?

Я покачала головой, и подавила дрожь, вызванную воспоминением о том месте преступления.

– Он вырвал им глаза и языки, – сказала я. – А пока они лежали, ослепшие и истекающие кровью, сделал и другие вещи.

Эрп моргнул.

– Видел я уже таких типов. – Он бросил взгляд на немца.

Немец сидел в том же самом месте, куда уселся несколько часов тому назад. У него были закрыты глаза... но он слегка улыбнулся, будто ощутив на себе взгляд Эрпа.

Эрп повернулся обратно ко мне:

– Что случится с Мистером Пэйджем, когда вы его поймаете?

– Его дело справедливо рассмотрит суд, а потом, наверное, ему отрубят голову за его преступления.

Эрп поизучал ногти на своей правой руке:

– По-настоящему справедливый суд?

– Доказательства его полностью компрометируют, – сказала я. – Но процесс будет достаточно честным.

Эрп снова опустил руку. Она очень естественным образом легла на рукоять его пистолета.

– Я бы ни за что не хотел на такой процесс попасть, по возможности, – сказал он.

Я знала, что он имел ввиду. Бывали моменты, когда мне не нравились те вещи, которые было необходимо делать, чтобы разобраться с разными чудовищами - что в человечьем обличии, что без него. Полагаю, у Эрп и сам сталкивался с ужасами, и занимался необходимой для их удаления грязной работой.

После таких дел оставался груз.

– Я бы и сама не хотела, – сказала я.

Он кивнул, и какое-то время мы оба попивали кофе. Затем он сказал:

– Когда мы с этим закончим, я бы хотел угостить вас хорошим ужином. Когда вы не при исполнении.

Я обнаружила, что улыбаюсь в ответ на эти слова.

Я была привлекательной женщиной, и это всего лишь утверждение истины, а не эгоизм. Я хорошо одевалась, ухаживала за собой, и часто привлекала внимание мужчин и женщин, желавших моего общества. Когда я была моложе, это было источником великой радости и веселья, но в нынешние времена у меня не было для этого нужного терпения.

Однако Эрп был интересен, и в его худощавая, тихая уверенность была чертовски привлекательна.

– Возможно, – сказала я. – Если дела позволят.

Довольный - судя по его виду - Эрп отпил ещё кофе.

Город потемнел и затих, включая салуны, по мере того, как ночь перешла к тем тихим, холодным часам тьмы и неподвижности, которые наступали незадолго до первых признаков рассвета.

Ведьмин час.