Джим Батчер – Боерожденный (страница 6)

— Спуск должен быть почти вертикальным, Бенни, — сказала она, когда подошел Бенедикт. — Всего около трех тысяч футов, ветер восточный, слабый. Дай отсчет до двух, чтобы миновать корабль, и дергай кольцо.

Бенедикт кивнул.

— Леди Херрингфорд, вы слышали?

— На счет два и дергать, — живо ответила она.

— Мы убрали правые бортовые и нижние мачты «Хищницы», — сказала Гвен. — Путь свободен. — Она повернулась к леерам, щелкнула парой фиксаторов и вытащила секцию ограждения из палубы, отставив ее в сторону. Парочка членов экипажа выдвинула доску и закрепила ее так, чтобы прыгающие миновали обводы корпуса корабля.

— Леди Херрингфорд, прошу вас, — сказал Бенедикт.

— Старость перед красотой, — ответила Херрингфорд. Она подтолкнула Мэйбелл бедром, и две женщины неуклюже пошаркали по доске.

Порыв ветра едва не сдул их, и Мэйбелл взвизгнула:

— Мы упадем!

— Так и задумано, — отозвалась леди Херрингфорд — и нырнула с конца доски, увлекая за собой вопящую Мэйбелл.

— Создатель Путей, — выдохнул Дженсон. Его грудь быстро вздымалась и опадала.

— Были боевые прыжки за время службы? — легко спросил Бенедикт.

Дженсон резко мотнул головой.

— Два тренировочных сброса.

— Ерунда, — сказал ему Бенедикт. — Я делал это десятки раз. Держи руки скрещенными на груди, чтобы мне не мешать.

Дженсон сложил свои мощные руки.

— Ага. Ладно.

Они вдвоем прошаркали к концу доски, и Бенедикт глянул вниз, в бесконечную серую мглу.

— Готов? — спросил он.

— Нет, — ответил Дженсон.

— На счет три, — сказал Бенедикт. — Раз. Два.

— К черту всё, — бросил Дженсон и швырнул себя с конца доски, утаскивая Бенедикта за собой.

***

Был свистящий миг чистой, открытой пустоты. Бенедикт вслух досчитал до двух и дернул кольцо. Бесконечное мгновение они падали все быстрее, затем парашют поймал воздух и раскрылся; обвязка больно дернула тело Бенедикта, когда двойной вес ударил по стропам. Тусклый серый свет зари окрашивал туман вокруг, снижая видимость до минимума. Они скользили вниз сквозь пустую серую мглу, лишенные ориентиров, и Бенедикт направил парашют в медленную нисходящую спираль, высматривая скайпорт колонии.

— Что-то видишь? — крикнул ему Дженсон сквозь ветер.

— Пока нет, — ответил Бенедикт. — Мы уже должны были увидеть их огни.

Они планировали еще пару секунд, прежде чем ноздри Дженсона раздулись.

— Резко влево!

Бенедикт колебался полсекунды, а затем повиновался, натянув стропы управления. Их качнуло в сторону, купол накренился, ломая медленную спираль Бенедикта, и внезапно из тумана выступила черная громада башни из копьекамня, стремительно приближаясь. Нос Бенедикта, впервые за много дней свободный от тесноты корабля, наконец различил запах плесени, чего-то гнилостного и безошибочно узнаваемый резкий, едкий запах самых смертоносных тварей Поверхности.

Бенедикт заметил второй парашют, распластанный на поверхности под ними, нацелился в точку ярдах в десяти от него и спикировал на поверхность Доминиона; ботинки ударились о крышу из копьекамня с глухим стуком. Они с Дженсоном устояли на ногах и замедлились, а леди Херрингфорд поспешила к ним, чтобы погасить купол и удержать его от порывов ветра, пока мужчины отстегивали обвязки.

Бенедикт обвел взглядом порт.

Он был пуст.

Лишь голый копьекамень, темный, матовый, безо всяких украшений.

Где здания? Склады? Причальные мачты для воздушных кораблей, готовые принять торговые суда? Где батареи, стража, прожекторы, сигнальные колокола?

И где люди?

На мгновение, пока боерожденные осматривали крышу башни, единственным, что двигалось, был ветер.

— Бог ты мой, — произнес Дженсон. В его голосе не было ни гнева, ни бравады. — Я думал, это Копье обитаемо.

— Так и есть, — тихо сказал Бенедикт.

— Было, — поправила его леди Херрингфорд.

— Что это за запах? — спросила Мэйбелл, уже закатав рукав над своей перчаткой. Бенедикт переглянулся с Дженсоном и леди Херрингфорд, и по молчаливому согласию они сделали то же самое. Бенедикт и Дженсон проверили свои казенные короткие клинки — прочные, покрытые медью для защиты от железной гнили.

Леди Херрингфорд предпочла дуэльную шпагу, длинную и тонкую; ее острая как бритва стальная кромка была покрыта лишь воском. Она тоже осмотрела свой клинок.

— Полагаю, какая-то мерзкая тварь с Поверхности, — сказала она. Она взглянула на Бенедикта. — Что здесь случилось?

Он встретил ее взгляд и медленно кивнул.

— Да. Вы правы.

— Парашюты? — спросила леди Херрингфорд.

— Переукладываем, — ответил Бенедикт. — На всякий случай.

Леди Херрингфорд кивнула, и они вдвоем тут же принялись складывать парашюты в боевое положение.

Мэйбелл переводила взгляд с одного на другого, пока они работали.

— Правы насчет чего? Что вы делаете?

— Обеспечиваем себе больше одного пути отхода из этого Копья, — сказал Бенедикт. Он глянул на Мэйбелл и добавил: — Убедитесь, что клапан на сумке надежно защищает от дождя, Мэйбелл. Если порох в ракетах отсыреет, мы не сможем подать сигнал «Хищнице». Тогда нашим единственным выходом останутся парашюты.

— На Поверхность? — воскликнула Мэйбелл. — Ты спятил?

— Гниль и прах, женщина, — прорычал Дженсон. — Закрой чертовы ракеты.

Мэйбелл угрюмо завозилась с клапаном рюкзака. Дженсон снял свою кожаную куртку аэронавта и повязал ее поверх для дополнительной защиты от дождя, пока Бенедикт и леди Херрингфорд работали.

Переукладка парашютов заняла несколько минут, но Бенедикт счел, что оно того стоило. Все это время он не спускал глаз с безмолвного входа на транспортные рампы, ведущие вглубь Копья Доминион, давая любой потенциальной опасности время проявить себя. Никто не появился. Единственными звуками были шум дождя и дыхание четверых боерожденных за работой там, где должен был кипеть жизнью пусть маленький, но оживленный порт.

Тишина была жуткой.

— В авангард, — приказал Бенедикт леди Херрингфорд; та кивнула и двинулась по пустому копьекамню к рампам, ведущим вниз, в недра массивного Копья.

— Эй, — позвала Мэйбелл; голос ее был напряженным и нервным. Затянувшаяся тишина начала давить на нее. — Эй, что вы делаете?

— Продолжаем выполнение задания, — ответил Бенедикт.

— Задание было прибыть в Доминион! — заявила Мэйбелл. — Ну так вот, мы явились, а его тут — нет. — Она встряхнула сумку с сигнальными ракетами. — Может, стоит подать сигнал кораблю. Давайте уходить. — Она повернулась к Дженсону и сказала заискивающим тоном: — Давай, милый. Давай просто уйдем.

— Он не может уйти, — кисло ответил Дженсон.

— А я могу, — сказала Мэйбелл, открывая сумку и вытаскивая длинный, тонкий корпус ракеты и пусковую скобу. — Создатель Путей, что-то добралось до них. Вы понимаете? Что-то их прикончило. И может прикончить нас тоже.

— Особенно если мы не узнаем, что именно это было, — сказал Бенедикт.

— Я не собираюсь умирать ради того, чтобы это выяснить, — огрызнулась Мэйбелл. Она сунула руку в карман и достала коробок спичек.

Бенедикт выбил его пальцами — быстро и спокойно. Маленькая омедненная коробочка по дуге улетела в туманный воздух и беззвучно исчезла за краем Копья, отправившись в двухмильное падение к Поверхности.

Мэйбелл зарычала, и ее руки метнулись к лицу Бенедикта — быстрее, чем мог бы заметить человеческий глаз.